Клиника «Вскрытие покажет», или Живым вход воспрещён - Александра Шервинская

– Ну что, обезопасил девушку? – насмешливо спросила Летиция. – Ждём её полчаса и потом идём. Мухи нас заждались…

– Может, хоть теперь вы объясните мне, что это за мухи такие? – жалобно попросил Денис, принимая из рук ведьмы чашку с чаем. – А то все про них знают, даже Аделаида, а я как дурак…

– Магаскальские мухи, – на губах ведьмы мелькнула коварная улыбка, – это существа, которые водятся исключительно в болотах возле города Магаскаль. Они внешне очень похожи на крупных мух, но их крылья покрыты веществом, которое является идеальным болеутоляющим. Муху ловят, стряхивают с её крыльев нужное вещество, а потом добавляют в нужное зелье.

– И в чём подвох? – тут же спросил Денис.

– Видишь ли, милый, – ведьма покровительственно похлопала его по плечу, а Генри хихикнул, – мухи должны отдать его добровольно, иначе пропадёт весь эффект. Обычно они не против – кое-какие зачатки благородства в них есть, хотя мне всегда казалось, что дело не в нём, а в ощущении собственной исключительности. А они у тебя с утра в коробке сидят… Причём Деля была совершенно права: характер у них и в обычной обстановке так себе. Даже не знаю, как ты будешь с ними договариваться…

– С ними – это с мухами? – на всякий случай уточнил Денис, который, кажется, уже перестал удивляться вообще хоть чему-то.

– Разумеется, – сладко улыбнулась Летиция и аж зажмурилась от предвкушения.

– И тебе меня совершенно не жалко? – грустно поинтересовался Денис. – А вдруг они меня укусят?

– Ну что поделать, – театрально вздохнула ведьма, – такова, значит, твоя участь… Но ты не переживай, я обязательно буду ходить к тебе на могилку и даже посажу там какой-нибудь цветочек.

– Да не кусаются они, – не выдержал Генри и с упрёком посмотрел на тётку, которая ответила ему совершенно невинным взглядом. – Склочные – это да, но ни разу не ядовитые, не слушай ты её.

Денис успел только осуждающе посмотреть на довольную Летицию, когда в дверь лавки вежливо постучали. Ведьма дрогнула бровью и пошла открывать: за дверью совершенно предсказуемо обнаружилась Аделаида, но как же она изменилась!

Вместо напоминающего капустный кочан платья на девушке были надеты достаточно свободные брючки, напоминающие восточные шаровары, тёмная блузка и длинный жилет. И было просто удивительно, насколько эта свободная, демократичная одежда шла ей! Длинные волосы Деля заплела в косу и узлом скрутила на затылке, прихватив тёмной лентой. Даже тяжёлые и не слишком привлекательные черты лица при таком костюме смотрелись не отталкивающе, а, скорее, пикантно.

Оглядев девушку, ведьма одобрительно хмыкнула и бросила быстрый взгляд на племянника.

– Ты такая молодец, что пришла! – радостно сказал Дэн, с удовольствием рассматривая смутившуюся от пристальных взглядов Делю. – Слушай, тебе так идёт такая одежда, это просто что-то! Правда, Генри?

– Очень, – не стал спорить инспектор, с явным одобрением поглядывавший на девушку, – всё прошло спокойно? Вас… в смысле тебя никто не заметил?

– Нет, – Деля замотала головой, – я скатала одеяло и положила его на кровать, будто это я там сплю. В комнате темно, никто не станет меня до утра искать. А вылезла через окно – у меня ведь комната на первом этаже, потому что я люблю сама ухаживать за палисадником.

– Ты очень смелая, – похвалил покрасневшую от удовольствия девушку Дэн, – просто здорово!

– Тогда идёмте освобождать мух, – решительно сказал Генри, – потому как ещё и поспать надо хоть сколько-то.

Никто не стал с ним спорить, и вся дружная четвёрка, выйдя через чёрный ход, расположенный позади лавки, быстрым шагом направилась к клинике. При этом Денис успел заметить, как Генри по пути прихватил лежавшую на прилавке гилану.

Как ни странно, на ступеньках не обнаружилось ни нетерпеливо приплясывающего Захария, ни каких-либо ещё страждущих, и все спокойно поднялись на крыльцо.

– А я ведь никогда не бывала на той стороне, – вдруг сказала Деля, – мне папа не разрешал.

– С нами можешь ничего не бояться, – засмеялся Денис, – и потом, знаешь, там очень красиво и уютно. Ты только от меня далеко не отходи или вот от Генри.

Он первым вошёл в клинику, убедился, что в ней нет никого постороннего, и жестом пригласил остальных. Деля, не переставая, крутила головой, рассматривая, казалось бы, ничем не примечательные стены.

Быстро пройдя по коридору, Дэн вышел на крыльцо с «лесной» стороны, оглядел абсолютно пустую полянку и попросил выскочившего навстречу Нафаню принести для гостей стулья.

– Ведьме тоже нести? – шёпотом уточнил домовой, искоса поглядывая на Летицию, с интересом изучающую полянку. – Чего это она притащилась-то?

– Она моя гостья, – строго ответил ему Денис, – и гостья очень желанная, понимаешь?

– Ох ты ж, горюшко, – покачал головой Нафаня, – ведьма в доме к неприятностям.

Денис тем временем подошёл к большой коробке, стоящей под деревом, то есть там, куда он её утром и приспособил. Присев возле неё на корточки, он прислушался: внутри коробки было подозрительно тихо. Осторожно взяв её в руки, Денис приложил ухо в боковой стороне и аккуратно встряхнул обиталище неведомых магаскальских мух. Ни малейшей реакции не последовало.

– Боюсь, что они всё-таки сдохли в этой коробке, – виновато глядя на друзей, сказал Денис, – эх, не знал я, а так бы оставил коробку приоткрытой, что ли…

– В любом случае открывай, – сказала ведьма и зачем-то пересела поближе, – только проверь, закрыта ли решётка…

– Зачем, если они всё равно дохлые? – расстроенно пожал плечами Денис.

– Делай, как знаешь, но помни, что я тебя предупреждала.

Денис покрутил в руках достаточно большую, но лёгкую коробку и снял крышку. Он сам не знал, что ожидал увидеть внутри, но точно не плотную сетку, закреплённую по краям.

– Ты гляди! Вспомнил! И года не прошло! – раздалось из-за сетки настолько неожиданно, что Денис разжал руки и коробка шлёпнулась на землю. – Он ещё и криворукий ко всему прочему!

– Вы кто? – растерялся Дэн, краем глаза заметив, что к веселящимся девушкам и Генри присоединились Захарий и Нафаня.

– И туповатенький, – добавил другой, не менее склочный голос, – кто-кто… лиймора дрессированная!

И из коробки донеслось дружное ехидное хихиканье.

– Ты, милок, сеточку-то отстегни, дай нам подышать, а то упрели тут за день, – скомандовал первый голос, – и ступай себе, куда шёл.

– Я, собственно, к вам и шёл, – сюрреализм происходящего зашкаливал, при этом Денис понимал, что в ситуации с мухами он должен справиться сам, без посторонней помощи. Что-то подсказывало ему, что кусты вокруг просто кишат спрятавшимися зрителями.

– К нам? Да ты ж моя красота! – заорал из коробки третий голос. – А чего так долго шёл-то? Заблудился что ли?

– Говорю же – тупенький, – противно прокомментировали за сеткой.

– Слушайте,