Валькирии Восточной границы (СИ) - Виталий Абанов

Глава 20

— Это совсем нет надежды. Без надежды? — говорит барышня Лана из рода Цин и мотает головой: — совсем! Ты… ты ничего не чувствуешь?

— Безнадежно? — переспрашиваю я. Барышня Лана удивительно хорошо говорит на русском, только легкий акцент и иногда она спотыкается на словах, вот как сейчас.

— Да! Безнадежно! — она садится на землю и откидывает голову назад, на стену каменного купола, надежно запирающего нас внутри. Сперва я пытался пробить его, прокопать ход, но потом я понял задумку того, кто в свое время изобрел эту технику. Ведь если в этом мире есть магия, и существует такой Родовой Дар как мой — то и изобрести что-нибудь против местные маги просто обязаны были. Например, какая-нибудь техника «Баскервильские болота» — вот идешь и провариваешься туда, какая-нибудь неньютоновская жидкость, чтобы от сопротивления только более вязкой и тугой становилась. Засасывала в себя и адью. Или там портал в жопу мира — раз и ты уже где-нибудь на острове Пасхи… или вовсе посреди Тихого Океана. И кому ты там докажешь, что самый сильный на деревне?

Так вот, стены этого купола вокруг — каменные только на несколько сантиметров. Дальше идет рыхлая земля. Если Вы вокруг меня возвели каменный купол на поле боя, то я бы разбил его кулаками и даже не заметил. Однако если эту сферу утащили далеко под землю… то это как со знаменитой осадой насыпных стен Вавилона Велисарием — он сам шутил что от выстрелов пушек и от каменных ядер, прилетающих и втыкающихся в земляной вал — тот только крепче становился. В то время, как каменные стены ядра разрушили бы до основания, раскололи. Но рыхлая земля, в которой пушечные ядра вязнут? Так и тут — бить ее бесполезно, можно только копать… а копать руками… в зависимости от глубины залегания сферы, скорости потребления кислорода и потребности в оном. Даже если я лично не потребляю кислород и смогу обойтись без него, то вот эта конкретная барышня Лана из рода Цин — задохнется тут примерно через два-три часа. Если не будет совершать активных действий — то продержится до шести часов. Значит мы должны выбраться отсюда до того, как это произойдет. Почему вместе с ней? Не проще ли ее тут удушить? Нет, не проще, что за глупости. Начало легенды об лейтенанте Уварове должно быть блистательным, никаких «удушил девчонку, чтобы самому воздуха хватило». И потом — за это время я уже как-то привык к ней, что ли. Драться она не лезет, какую-никакую компанию составляет… светит своей секирой, опять-таки. Вот помрет — совсем темно станет.

— Почему безнадежно-то? — спрашиваю я у нее: — эту вашу ци сколько надо учить?

— Бодхисаттва Гуанинь, будь милостива к своей скромной последовательнице и даруй мне мгновенную смерть и хорошее перерождение! — закатывает глаза барышня. Надо сказать, что в свете своей секиры она выглядит вполне соблазнительно — разорванное шелковое одеяние, голые коленки из-под него, оторванные пуговицы на плече, из-за чего она периодически прикрывает грудь клочком ткани… а иногда забывает про это. Перепачканное лицо и руки. Естественный инстинкт мужчины — спасти, отмыть, закутать в теплое, накормить и… да, в соответствии с идеологической доктриной гусара фон Келлера. «Выходим в город и ебем-с все, что шевелится! Что не шевелится — шевелим и ебем-с!». Да, совершенно верно, как иначе обеспечить лояльность вражеской боевой единицы? Для того, чтобы завербовать противника, сперва надо посеять сомнения в том, что его лояльность направлена в нужную сторону, что его недооценивают и подставляют под удар. У нас это уже исполнено, вражеский полководец намеренно сделал из нее приманку, и сейчас она может сказать, что ее долг перед работодателем исполнен. Хотя… какие тут работодатели, это же вожди, полководцы.

В любом случае, мысль о сексуальном контакте и последующем импринтинге в силу особенностей женской физиологии — не самая глупая. Стресс от осознания близкой смерти, прилив гормонов, которые приказывают телу осуществить акт размножения в критический ситуации — такое обычно у мужчин. Женщины более склонны спасаться сами, однако в какой-то мере мы одинаковы. Потому мне следует воспользоваться ситуацией и привязать девушку к себе. Она достаточно умна, хороший воин, знает наш язык, знает язык чжурчжэней и ханьцев… такая мне пригодится. Все что надо — отвлечь ее от мрачных мыслей, послужить триггером для всплеска гормонов и сформировать условный рефлекс. Ах, да, а потом — выжить.

— «Эту вашу ци» всю жизнь учат! — говорит Лана, пытаясь прикрыть свою грудь оторванным лоскутком от ее желтого шелкового платья: — и не ци учат, а способность управлять ею! Она везде! Кто-то лучше может… делать ци, которая растворена в воде, кто-то — ци, которая бурлит в пламени, кто-то владеет пассивной ци в земле… уникумы владеющие ци, разлитой в воздухе — умеют летать! Оружейники — такие как я, например — управляют своим оружием благодаря ци, которой напитали клинки! — она поднимает указательный и средний пальцы, сжатые вместе, и светящаяся секирка — совершает круг над нашими головами.

— Я думала, что у тебя есть талант управлять ци бессознательно — вздыхает она и секира снова опускается на землю рядом с ней: — думала, что мы сможем разрушить заклинание… если ты все-таки осознаешь свою силу. Никогда так не было, чтобы технику «Бессмертной черепахи» применяли без осознания движения ци.

— Ну… да, я не ощущаю никакой ци — признаюсь я, садясь рядом с ней: — но во всем можно найти светлую сторону. Не переживайте вы так.

— Ом-мани-падме-хум… — выдыхает она, закрывая глаза: — и почему из всех лаоваев мне попался именно такой!

— Ты бы, твое высочество голову не задирала — говорю я, припоминая что барышня из рода Цин при дворе своей Восточной Ся довольно большой пост занимает, по-нашему — княжна, даром что не Великая Княжна, а так, но все равно, по сравнению со мной так и вовсе дворянка.

— По чьей вине я тут с тобой лясы точу? — я смотрю на нее и вижу как она прикусывает губу и смотрит вниз, под ноги: — кто у нас тут из себя приманку изображал пока твои соратники меня в могилу решили свести? Где честный поединок и прочий дух рыцарства? С точки зрения формальной — это не просто обман, это нарушение всех договоренностей, кто потом будет с тобой дело иметь? Нарушение договоренностей — это чревато.

— А… зачем тебе что-то точить? — осторожно спрашивает Лана, сжимая в руках свои секиры: — у тебя грубой силы достаточно…

— Да не об этом — отмахиваюсь я: — ситуацию давай разберем. Начать с того, что ваши ребята с самого начала задумали обман. Или как там по Сунь Цзы