Ты волшебник, Гарри! - Сергей Викторович Вишневский

уже потом, но.. На тот момент это было действительно для меня большим напряжением.

Да, я шёл вперед.

Да, я занимался и старался стать сильнее.

Да, я точно знал: зачем и в какую сторону иду.

Но вот становиться старшим братом... Сейчас мне хотелось бы написать «не хотел», но тут было кое-что другое. Наверное, в первую очередь — это непонимание. Неизвестность.

Нет. Я понимал, что мама будет вся в заботах, и ей будет просто не до меня. Ну, и что? Я был довольно самостоятельным. Не получу её фирменных куриных ножек в секретной панировке? Да и бог с ними. Я знал, что она родной мне человек. И не морщитесь. Да, она мне была родным человеком, которая обо мне беспокоилась, за меня волновалась и была всегда на моей стороне. Даже, когда я сам понимал, что не прав. Просто эта неизвестность и точное непонимание перемен меня... пугали?

Да, наверное, это слово тут подходит больше всего.

Я на тот момент был ещё молод в теле, но возраст моего разума на тот момент не играл роли.

Почему?

Да потому что я все сильнее сживался со своим телом. Мне хотелось веселиться — и я веселился. Мне хотелось пошлых шуточек? Я шутил. Мне хотелось попробовать что-то неизвестное — я пробовал. И плевать, что это может быть опасным.

А что делать с тем, что происходило вокруг меня?

Будь вы подростком, если перед вами девочки готовы ноги раздвигать — не воспользовались бы? Не кривите душой. Даже я, будучи настоящим подростком не пропустил бы такую возможность. А если вас, взрослого человека поставить в эту же ситуацию? Только вот с небольшим нюансом — риск оказаться женатым на этой девочке, без права на развод, а так же оказаться младшим в большой семье с влиянием на правах породистого быка производителя? Тут уже начинаешь думать. А у меня в довесок за спиной женщина, которая родила это тело и Петр — очень даже неплохой парень.

Все это уже не выглядит настолько однозначным.

Но я вам рассказываю это, чтобы вы поняли, что те интриги, что творились вокруг и которых я не видел были для меня новым опытом. И как к ним относиться — я понятия не имел.

Одно знал точно: коней гнать не надо. Надо иметь выдержку и держаться Бори. И даже если отбросить нашу дружбу, то его стоило держаться просто потому, что он аристократ и кое-что понимает в этой публике.

Как итог — я старался говорить, как он, держаться, как он.

Даже когда на меня совершили первое покушение.

Хотя...

Сейчас я задумался, а первым ли оно было?

Ладно, скорее всего оно было не первым, но сколько из них я не заметил?

Глава 15

— У меня сейчас шея отвалится, — пожаловалась Дарья, пытаясь размять её в районе второго шейного позвонка.

— Что-то сегодня прям жёстко вышло, — буркнул Гарри, хмуро взглянув на Бориса.

— Согласен, — кивнул тот.

— Мы есть пойдём? — спросила Катя, тоже пребывая не в лучшем состоянии. — И вообще, на кой черт мы именно сегодня так торопились?

— Потому что осталось всего два дня выходных, — буркнул Гарри. — Нам надо выбраться на пустырь, подальше от людей и сделать продувку. Я закончил второй слой, и сейчас надо было завершить последние элементы.

— Я тоже закончил, — кивнул Борис. — Правда, второй слой немного жжётся. Так и должно быть?

— Кто бы знал, Боря. Кто бы знал, — вздохнул Гарри.

— Стихия во втором слое должна ощущаться, — пояснила Дарья. — Отец говорил, что дядя Федор, когда второй закончил, орал как резаный.

— Кхэм, — кашлянул начинающий некромант и покосился на Бориса.

— Надо очень безлюдное место, — пояснил он.

Ребята уже вышли за пределы промзоны и подошли к аллее, которая вела к блинной. Там, в небольшом кармане у дороги, стоял представительский автомобиль с гербом Демидовых на борту.

— Это за мной, — пояснила Дарья и махнула рукой. — До следующей тренировки.

— Угу, давай, — кивнул Гарри.

— До встречи, — махнул рукой Боря.

— Увидимся, — кивнула Катя.

Девушка направилась к машине, сопровождаемая взорами мальчишек, остановивших их на девушке, чуть ниже спины. Когда она села в авто, оно медленно и осторожно поднялось и с ускорением поплыло вверх.

— Слушайте, — задумчиво произнёс Гарри. — На чем летают эти автомобили?

— На магической энергии, — хмыкнул Боря. — Это же артефакт по сути. Дорогущий, зараза, артефакт.

Проводив взглядом удаляющийся автомобиль, Боря вздохнул.

— Борь, у вас автомобиля нет что ли? — спросил Гарри.

— Есть, конечно, но такой только у отца, — пояснил друг. — Обычных — на бензине или спирту — полно.

— Сударь, ваш вздох, мне подсказал, что вы... крайне заинтересованы в таком аппарате, — задумчиво произнёс Гарри. — Неужели в уголках вашей души притаился романтик, мечтающий о небе? Или это банальная аристократическая жажда выделиться?

Борис хмыкнул и тяжело вздохнул:

— Нет, друг мой. Это глупая ребяческая жажда скорости, — развёл руками он. — Ничего не могу с собой поделать.

— Вы водили эти штуки, сударь? — кивнул в сторону, куда улетел авто Демидовых, Гарри.

— Всего раз, — вздохнул Борис. — И скорости у них... неимоверно много. Не чета бензиновым и спиртовым вариантам.

— Господа, — подала голос Екатерина. — Ваши речи искусны, но, к сожалению, не имеют веса, способного утолить жажду и насытить приличную представительницу общества.

Гарри вскинул брови и взглянул на Катю, а потом перевёл взгляд на удивленного друга.

— Кать, ты чего? — спросил Борис.

— Че встали? Я есть хочу и пить! — всплеснула руками она и подтолкнула ребят в сторону аллеи. — И если вы решили, что ваша аристократическая болтовня заменит мне блин с яичной начинкой и чесночным соусом — вы дофига ошибаетесь!

Борис с улыбкой последовал указаниям Екатерины, а Гарри пристроился рядом.

— Кать, ты делаешь успехи в словесном мастерстве, — произнёс Боря, взглянув на девушку.

— А что делать, если вы, два напыщенных идиота, постоянно несёте такую хрень? — буркнула в ответ та.

— Кать, если всё выгорит, и мы закончим университет, то тебе дадут ненаследуемое дворянство. И вот представь, приходишь ты такая на вечер в «Дворянский клуб» на Ямской, смотришь на виолончель и спрашиваешь: