Индульгенция 1. Без права выбора - Тимур Машуков

так что можешь начинать завидовать. Он меня так отодрал, что думала, ходить не смогу!

Толпа, собравшаяся вокруг нас, взорвалась смехом, но в следующую секунду зал погрузился в гробовую тишину. На пороге стоял глашатай в маске из черного обсидиана:

— Его Темнейшее Величество Борис Пятый, наследник престола цесаревич Петр и принцесса Кристина Борисовна Годуновы.

Аристократы замерли, склонившись в поклоне. Высокий мужчина, внешне похожий на богатыря — с широкими плечами, бородой и мощными сильными руками, уверенным шагом прошел сквозь толпу, после чего развернулся, оглядел ее и сел на трон.

По обеим сторонам встали его дети, Петр и Кристина. И если первый меня не шибко интересовал, то вот вторая…

Красивая, казалось бы, нежная и хрупкая, со сложной прической на голове и в платье цвета крови — она была желанна для каждого мужчины, что тут присутствовал. Но увы, она сама никого тут не желала. Поэтому и смотрела на собравшихся, как на говно.

Ее брат далеко от нее не ушел и так же презрительно оглядывал зал, часто останавливаясь взглядом на двери, откуда они пришли. Казалось, он с нетерпением ожидал момента, когда можно будет побыстрей смыться отсюда, не нарушая приличий.

Тут надобно сделать небольшую ремарку, почему я говорю о детях, но ничего об их матерях. Дело в том, что император Темных, согласно традиции, женат не был. Зато наложниц у него было больше двадцати. А детей от них еще больше. И вот эти дети проходили суровую школу отбора. Не было никакого права первенца — кто будет наследовать престол, решал сам император. А для упрощения принятия решения все они проходили суровую тренировку, развиваясь телом и духом. А он смотрел, решал, думал.

И тогда делал выбор — одного или двоих — всегда мальчика и девочку. Крайне редко троих. Все остальные становились бесправными и безземельными дворянами, чья участь — служить в гарнизонах Пустошей и самим себе добывать хлеб. Никакой помощи от отца они не видели.

Правда, всегда на примете оставалась парочка претендентов, которые, если вдруг кто-то из выбранных умрет, могли бы занять его место. Так вот, кто это именно, было не известно никому, включая самих претендентов, дабы их не отправили раньше времени в Навь.

Так что Кристина и Петр были лучшими представителями императорской семьи и опорой рода Годуновых, на которых его глава возлагал большие надежды, очень многое им позволяя. Ну, как бы в качестве компенсации за тяжелое детство.

— Подойдите те, кто прошел инициацию, — загремел голос императора.

— Удачи, — шепнула мне Настя, чуть пожав руку.

Ох, не к добру это! Знаки внимания от нее — все равно что знаки внимания от змеи.

Пятеро из присутствующих здесь одновременно шагнули вперед и застыли, склонив головы, в десяти шагах от трона.

Краем глаза я заметил в толпе Таньку с Гиви — их родня стояла монолитной стеной и, видать, оберегала детишек от ненужного общения. Чего это они?

— Я вижу перед собой новое поколение темных магов, — загрохотал император так, что его голос был слышен в каждом углу дворца, — достойное своих предков и их славы! Поднимите головы — отныне вы часть нашей силы. Над вами лишь боги-покровители и мы, правящие от их имени. Слава юным и великим! Слава новой крови достойных! Слава!!!

И весь зал подхватил его вопль, от которого, признаюсь, я чуть не оглох.

— А теперь ешьте, пейте, веселитесь — этот прием в честь вас и для вас!

Опять поклон, и я уже собирался свалить, как император куда более тихим голосом сказал:

— Видар, задержись на минутку.

«Начинается! — мысленно простонал я, чувствуя, как на мне скрестились прожигающие взгляды всех придворных. — А у меня еще Кривдин не наказан. Впрочем, вон как Кристина смотрит. Надо не ударить в грязь лицом».

— Ваше Величество, — на мое плечо легла рука отца, вставшего рядом.

— Григорий, — кивнул тот, и нас накрыла Темная Вуаль отражения, отсекая все посторонние звуки.

— Так вот он каков, удалец, — улыбнулся Борис, вполне одобрительно глядя на меня. — Кстати, ты же ещё не знаком лично ни с Петром, ни с Кристиной? Дети — представляю вам очень перспективного юношу. Вот прямо очень. Дочь, ты в этой вашей академии уже чувствуешь себя как рыба в воде? Возьмешь под крыло удальца?

— А что? Сам выплыть не сможет? — чуть скривились ее губы. — Я в няньки не нанималась.

— А сколько стоит, чтобы нанять? –вопрос слетел прежде, чем я успел ударить себя по губам.

— Денег не хватит.

— А если прицениться?

— Пустой торг — пустая потеря времени.

— Так я и не собираюсь торговаться. Но раз есть предложение, возник и спрос. Так что? — меня уже понесло, и я не мог остановиться. Потому как это сразу опустило бы меня в ее глазах на дно. А так я уже видел за раздражением легкий интерес. Совсем не заметный, если не знать, куда смотреть.

— Это ведь ты тогда отгрыз пальцы Роману?

— Это не то, чем я горжусь. Случайно вышло.

— А по-моему очень эпично, — заржал Петр. — Слухи ходят, что он теперь их тебе в зад хочет засунуть?

— Роман извращенец? — приподнял я бровь. — Но если что, я все же предпочитаю девушек.

— Он на третьем курсе в академии учится. Прохода тебе не даст, — с вызовом посмотрела на меня Кристина.

— А ты?

— А что я?

— Ты мне дашь проход? Позаботишься обо мне?

— С чего бы это?

— Жена должна заботиться о будущем муже.

— ЧТО?!!!

— Ах, дети, я так рад за вас! — Его Величество был доволен как слон. Мой отец тоже улыбался, а вот Петр просто во весь голос ржал.

— Видар, — вытер он слезы. — Если ты захомутаешь мою сестричку, я обещаю тебе свою дружбу. Вот честью клянусь! Правда, чую, выжить при этом будет сложно и есть шанс подохнуть, но я в тебя верю.

— Этому не бывать!!! — Кристина прямо исходила гневом. — Такой, как ты, мне не нужен. Держись от меня подальше! — бросив на меня угрожающий взгляд, она двинулась в народ.

— Уверен, что справишься? — с усмешкой спросил меня император.

— Уже справился, — чуть улыбнулся я. — Теперь в ее голове я единственный, кто сделал ей такое предложение. Она