Первый среди равных. Книга VII - Жорж Бор

красок на основе отдельных аспектов силы. Ну или подобной информации просто не было в открытом доступе.

— Как затычки в ушах, — широко улыбнулся Алексей. — А ваши рисунки, как шлем изоляционный работают.

Змей осторожно провёл ладонью по предплечью и пара символов размазалась в цветные полосы. Лицо парня тут же искривилось от неприятных ощущений и он виновато посмотрел на меня.

— Не страшно, — невозмутимо произнёс я. — Это только пробный вариант. Вообще не думал, что из этого что-то выйдет с первого раза. Зачем Кот приезжал?

— Меня проверять, — ответил Змей, а потом смущённо добавил. — Ваша светлость, а не могли бы вы… Ну… Восстановить рисунок. Пожалуйста…

— Могу, — улыбнулся в ответ я и потянулся за специальным стилусом. — Но этого всё равно надолго не хватит. Краска впитывается в кожу слишком медленно. На это потребуется несколько часов, но даже так эффекта хватит максимум на день активных действий. Чтобы она держалась дольше, нужно её модифицировать, а любое изменение снижает концентрацию магии в веществе. Если только менять основу…

— Я не буду двигаться до самого утра, Ярослав Константинович, — пообещал Алексей и я сразу поверил, что парень действительно не шелохнётся до рассвета, чтобы не нарушать построение магических знаков. Когда всю бригаду Витязей обработали мазью в логове россожа, бойцы выглядели примерно так же. Но в этот раз, если приложить немного усилий, результат будет значительно более стабильным.

— Отдыхай, — восстановив повреждённый участок рунной вязи, произнёс я. Змей очень осторожно кивнул и сел, скрестив ноги. Скорее всего, в таком положении он планировал провести оставшиеся до рассвета несколько часов. Я решил не возвращаться в Горынино посреди ночи и остаться ночевать в имении. После койки на базе дружины, диван в гостиной показался настоящим подарком. Однако, перед сном я решил позвонить Аршавину. — Не разбудил, Николай Петрович?

— Сон? Что это? — рассмеялся Ратай. — Доброй ночи, ваша светлость.

— Как обстановка на границе? — спросил я.

— Тихо всё, — ответил Шатун. — Даже там, где огнеростов нет. Настолько это странно, что мы с Вепрем решили дополнительные силы в патрули отправить. Мало того, что крупняка никакого нет, так и мелочь не идёт. Я даже наших в рощу на другую сторону границы отправлял. Огня нет.

— Действительно странно, — согласился я. — Ну вот и дополнительный повод нашёлся.

— Повод для чего? — мгновенно насторожился Аршавин. — Только не говорите, что решили в аномалию идти, Ярослав Константинович! Вот вообще не время сейчас. Так всё отлично идёт. Третий день уже без потерь. Другие владетели уже кровью не по одному разу умылись. Ну и что, что добычи мало совсем. Сейчас не та ситуация, когда о доходах надо беспокоиться. Найдём же способ…

— Мне надо в аномалию, — коротко произнёс я. Голос Ратая и так становился всё менее уверенным с каждой следующей фразой, а после моего ответа он только тяжело вздохнул.

— Зачем? — немного помолчав, спросил Николай Петрович.

— Вы в курсе, что мазь, блокирующая безумие Витязей практически перестала работать, Николай Петрович? — вместо ответа, спросил я.

— Нет, — удивлённо ответил Аршавин. — Рыков мне ничего не говорил по этому поводу.

— Возможно, он сам не знает, — произнёс я. — Мы сегодня разговаривали со старостой Сумани. Сашок сказал, что действие мази сходит на нет после пятого применения. Как вы думаете, для какого процента Витязей она сейчас уже бесполезна?

— Для всех, — уверенно ответил Ратай.

— Несколько часов назад на меня напал Змей, — сообщил я и Шатун тихо выругался. — Всё обошлось, но меня удивил один момент. Той задержки, которая нужна для реакции соратников на безумие, не было. Вообще. Он просто сразу напал. Возможно, это последствия действия мази.

— Это плохо, — угрюмо произнёс Шатун. — За последние пару дней было уже несколько таких случаев, но там сложно было сказать, почему ребята Вепря не справились с ситуацией. Теперь понятно.

— Я нашёл решение, — произнёс я.

— И оно находится в аномальной зоне, — как-то обречённо вздохнул Аршавин.

— Его часть, — подтвердил я. — Мне нужно к тому месту, которое мы искали с дружиной пару недель назад.

— В десяти километрах от границы⁈ — не смог сдержаться Шатун. — Это самоубийство!

— Учитывая срочность и сложную ситуацию с гоном, можем воспользоваться помощью Улитки, — немного подумав, произнёс я. — Но до места нужно будет добраться своим ходом.

— Всё равно слишком рискованно, — взвесив ситуацию, неохотно произнёс Аршавин. — А что вам там нужно, Ярослав Константинович?

— Сырьё, — не особенно скрываясь, ответил я. — Там есть подходящее месторождение.

— А остальное? — уточнил Аршавин. Как и я, Ратай прекрасно понимал всю опасность состояния Витязей. На данный момент, бойцы бригады тащили на себе огромное количество задач и справлялись с нагрузкой только потому, что перестали так много сил тратить на свои приступы.

— Есть в Себыкино, — вспомнив подробный ответ Пескарёва, сообщил я. — Возьму со склада, раз сортировочный цех всё равно работает в минус.

— Утром выходим? — поняв, что решение я уже принял, уточнил Аршавин.

Скорее ближе к двум часам дня, — ответил я. — Но перед этим мне нужно, чтобы все свободные от дежурства Витязи заехали в имение. Постарайся отобрать лучших в первую волну.

— Я всё организую, ваша светлость, — без паузы произнёс Шатун. — Первый отряд прибудет в районе восьми утра.

Я попрощался с главой родовой дружины и повесил трубку. Задумчиво посмотрев на оставшийся запас краски, сделал вывод, что хватит его человек на тридцать. Значит, в рейд завтра пойдёт не больше трёх десятков дружинников.

Утром вышел из дома за несколько минут до восьми. В утреннем свете, сидевший посреди лужайки Змей выглядел довольно колоритно. Линии пяти разных цветов переплетались в причудливый узор. Краска подсохла и чуть потеряла в яркости, но зато хорошо закрепилась на коже, создавая эффект трёхмерного рисунка, от которого рябило в глазах. Похоже выглядело заклинание отрицания, но тут деталей и узловых рун было во много раз больше, потому что мне приходилось блокировать пятью аспектами каждый из многочисленных узлов энергетики Змея.

— Доброе утро, ваша светлость, — открыв при моём приближении глаза, счастливо улыбнулся Змей. Парень чуть шевельнул плечами и плавно поднялся. Ни один обычный человек не смог бы