Кровь черного мага 3 - Эрик Гарднер

— Похоже, это твоя недобрая и последняя ночь. Потому что я — дракон и твоя смерть.

Позади меня вдруг расхохоталась Маргарете.

— Это было чересчур пафосно, Харди, — сказала она. — Даже для тебя.

— Ты находишь? Ну и черт с ним.

Я прижал ладонь к груди суккуба, там где как сумасшедшее стучало ее сердце, и прикрыл глаза, когда меня окатило горячими золотыми искрами.

Позади вскрикнула Маргарете. Я обернулся. Девушка опрокинулась навзничь и ее колотило так, словно у нее случился приступ эпилепсии. На губах заалела кровавая пена. Следом из пор на коже стала выделяться серая слизь, которая зашипела, будто вскипая, и стала испаряться черным дымом. Через пять минут перед моей постелью лежала совершенно почерневшая от копоти мертвая девушка.

— Проклятье, — только и сказал я.

Я представил, что скажет Маделиф, когда узнает о преждевременной кончине моей супруги и как нам придется ломать голову над версией, почему новый герцог Фризии так скоропостижно стал вдовцом. Одновременно с этим я слышал, как где-то в замке разрывается телефон, чей резкий звонок разносился в ночи по гулким коридорам. В голову пришло, что если эти чертовы вампиры и суккуб перебили в Хоэцоллерне всех людей мне это тоже прибавит проблем.

— Да чтобы вас всех черти сожрали, — ругнулся я и в этот миг Маргарете, судорожно вдохнув, села.

Она посмотрела на меня и задрожала как в лихорадке. Я пригляделся к ней и не увидел больше ауры суккуба, осталась лишь тень неиницированной темной ведьмы.

— Да какого черта… — возмутился я, понимая, что это катастрофа.

Еще не веря, я подошел к девушке, присмотрелся внимательнее. Но тут же понял, что не ошибся — Маргарете больше не являлась суккубом.

Я очень живо представил, что все это значит. Никакой скорой смерти моей нечаянной супруги. И никакого развода, потому что я лишусь титула, Фризия потеряет герцога и отойдет Прусской короне.

По коже еще текла кровь. Я провел ладонью по окровавленному боку. Всего одна капля и проблемы не будет. И черт с Маделиф, которая будет недовольна случайно гибелью девушки. В конце концов, не столкни я Маргарете с постели, она бы уже давно превратилась со всеми остальными в облако пепла.

— Харди? — прошептала она, испуганно глядя на меня, и ее зубы отбивали дробь.

— Скажи, Гретке, как ты додумалась притащись их всех сюда?

— Они помогли мне сбежать и добраться до сюда.

— Ты помнишь, зачем меня искала? — я вглядывался в ее лицо.

— Я соскучилась…

— Ты привела суккуба и пятерых вампирш, которые хотели меня убить, — сказал я. — Не слышала, что говорила твоя опытная «подруга»? Или ты была не в себе?

— Слышала… И я была не в себе, да, — она покивала, неотрывно смотря на меня. — Всё не могла понять, что со мной происходит. Словно какое-то наваждение… Но я знала, что они тебе ничего не смогут сделать.

Трясясь, она выдавила из себя улыбку.

— Знала?

— Скорее чувствовала.

Я хмуро смотрел на нее.

— А ты знала, что она сделала тебя суккубом? И что ты уже много раз пыталась меня убить, Гретке? Знаешь, что происходит с теми, кто хочет меня прикончить? Ты только что видела.

На лице Маргарете отразился самый искренний ужас.

— Это невозможно. Мне и в голову никогда бы не пришло причинять тебе вред… Харди, пожалуйста… — до нее наконец дошло.

— По своей воле или нет, но ты пыталась меня убить, Гретке, — мрачно сообщил я, делая к ней последний шаг. — Мне жаль.

Капающая с руки кровь пролетела перед самым ее носом. В этот миг распахнулась дверь и за своей спиной я услышал испуганный возглас.

— Ваша Светлость⁈ — воскликнул Ноткер.

— Эгихард, что тут произошло? — услышал я следом встревоженный голос Цецилия. — Маделиф только что звонила, сообщила, что…

Я сделал шаг в сторону, открыв их взорам Маргарете, и обернулся в сторону застывших на пороге тети и кобольда.

— Твоя постель в крови… Чьей? Что случилось? — спросила Цецилия.

— Это моя кровь. Так что поаккуратнее тут. Маргарете пришла не одна: с ней была еще одна суккуб и пять вампирш. Ноткер, проверь с людьми в Хоэцоллерне все в порядке?

— Один миг, Ваша Светлость! — кобольд исчез.

Цецилия между тем оглядывала девушку.

— Это герцогиня? Не вижу ауры суккуба.

— Потому что я убил ту, которая обратила Маргарете в себе подобную. Не знал, что будет такой освобождающий эффект для не прошедшего до конца инициацию суккуба.

— Надо сообщить Маделиф.

— Не надо, — жестко сказал я.

— Эгихард? — тетушка от удивления даже приподняла брови.

Я, хмурясь, стащил одеяло и простынь, залитые моей кровью, вытер ими кровь на себе и несколько пятен на полу и бросил в камин. После этого посмотрел на тетушку.

— Ты хочешь избавиться от нее? — едва слышно произнесла Цецилия. — Не стоит.

— Не стоит? Будь на моем месте кто-то другой, она бы его давно уже убила, выпив жизненные силы.

— Но ты ведь знаешь, что ей подобное не по силам и, если я правильно поняла, она делала это неосознанно. К тому же, она больше не суккуб. Мой совет — девушку не трогай. Она не пробужденная темная, ее можно будет обучить.

Я в мрачной задумчивости молчал. Вернулся Ноткер, уставился на догорающее белье в камине, потом посмотрел на меня.

— В замке все спокойно, Ваша Светлость. Из людей никто не пострадал. Осмотрел каждого лично, — сообщил он.

— Вот и хорошо. Присмотрите пока за ней, пока я приведу себя в порядок, — я кивнув в сторону Маргарете, направился в ванную смывать с себя кровь.

Быстро приняв душ, я осмотрел себя. Но все раны затянулись и от них не осталось и следа. Надев халат, я вернулся в спальню, обнаружил замотанную в плед Маргарете, сидящую на диване у камина, рядом с ней тетушку, которая заботливо обтирала ей маленьким влажным полотенцем чумазое от копоти лицо. Ноткер рядом колдовал за чайным столиком, засыпая в заварочный чайник лечебные травы, чей аромат уже густо стоял в воздухе, вызывая теперь стойкие ассоциации с травяной аптекой. Я прокашлялся. Цецилия обернулась ко мне.

— Бедняжке тоже не помешало бы принять душ и лечь в постель.

— Угу. В мою?

— Она ведь твоя супруга, —