Как это будет (СИ) - Васильев Николай Федорович

— Упаси нас бог, чтобы Ваша книга оказалась настолько же пророческой. Это же надо: предсказать полный разгром войск Франции и Англии!

— Если не принять решительных мер по обузданию Германии, то так вполне может случиться, — упрямо сказал Серж Костен.

— Ладно, Серж, идите, работайте. А я буду ждать очередной пакости, совпадающей с книгой. О чем там написано в четвертой главе?

— Об упорном нежелании Польши вступать в союз с Россией, которое послужило причиной срыва англо-франко-советских переговоров. В итоге Сталин уволил в мае главу МИДа Литвинова и поставил министром Молотова, который вступил в секретные переговоры с Риббентропом.

С английской стороны объясниться потребовал, конечно, Черчилль. Сара привезла Сержа в Чартвелл-хаус, где наполовину оппозиционный политик остро взглянул в глаза странному французскому атташе и спросил:

— Вы верите в Бога, мсье Костен?

— До сих пор не верил, — признался Серж. — Но сейчас думаю: не он ли водил моей рукой, когда я писал свою книгу? Потому что сам испугался пророческой сущности каждой книжной главы.

— Совпадения удивительны, — подтвердил Уинстон. — Хотя предсказать ход событий Вам было не так уж сложно. Тут важно совпадение деталей и временных сроков, а они есть в изобилии. Если взять за рабочую гипотезу божье вмешательство, то эта книга бесценна, ее надо использовать как руководство к действию. Вернее, поступать вопреки тому ходу событий, что в ней изложен.

— К этому моя книга и призывает! — с некоторым пылом сказал Серж Костен. — Нельзя пятиться и пятиться перед агрессором. Пора вступить с ним в бой!

— Для этого надо поставить вопрос о вотуме недоверия британскому правительству. К сожалению, моих сторонников в палате общин недостаточно и вотум этот неизбежно будет отклонен.

— А что, если перетянуть часть депутатов путем банального подкупа? — спросил с хитрой улыбкой атташе. — Деньги на это готово дать французское правительство.

— Это опасный прецендент, — с некоторой суровостью заговорил Черчилль. — Сегодня мы купим одних, завтра у нас их перекупят другие и наш прославленный парламент потеряет всякий авторитет.

— Но лоббирование придумали именно вы, англичане, — возразил Сергей. — А что такое лоббирование как не скрытая форма взятки?

— С лоббированием не все так просто, молодой человек, — усмехнулся политик. — Мы предпочитаем называть его сейчас «укреплением связей с общественностью». Деньги в этих связях обычно не фигурируют.

— Зато фигурируют обещания повышения статуса, тех или иных привилегий и тому подобного. Например, Вы как будущий премьер-министр можете обещать депутатам места в своем правительстве или в околоправительственных структурах….

— Места в моем правительстве займут, естественно, мои стойкие приверженцы, — возразил Черчилль. — Хотя кормушек при правительстве у нас действительно расплодилось много. Да и на деньги некоторые парламентарии клюнут и особенно в палате лордов. Но Вы гарантируете субсидии Франции?

— Моих гарантий, конечно, недостаточно, — согласился Серж. — Но Вы можете напрямую переговорить с моим шефом, Шарлем Кобреном и он их, я уверен, даст.

— Тогда я начну вербовку дополнительных сторонников, — согласился Черчилль. — Дальнейшее выжидание смерти подобно. Особенно если Сталин саботирует альянс с нами и переметнется к Гитлеру….

Глава сорок пятая

Возвращение в Париж

28 апреля 1939 г. Гитлер произнес речь в рейхстаге, в которой прозвучал «последний призыв к Англии», а также пожелание «реабилитации России». 3 мая Литвинов имел беседу с послом Британии Сидсом, который на прямой вопрос «будет ли Англия защищать Польшу при нападении на нее Германии» ответил в очередной раз уклончиво. В середине дня Литвинов (сторонник коллективной безопасности в Европе) доложил об этом разговоре на заседании Политбюро, в результате чего был немедленно снят с поста народного комиссара иностранных дел и заменен Молотовым. В НКИДе начались неизбежные чистки, а в европейских столицах стали строить догадки о будущем курсе Молотова. Германский посол в СССР Шуленбург предположил, что теперь СССР может оказаться готов к сближению с осью Берлин-Рим. Муссолини, который был против войны Германии с Польшей, заколебался, а 22 мая заключил с Гитлером «Стальной пакт», означавший полную поддержку сторон в вооруженных конфликтах и локальных войнах. (Тем временем 11 мая 1939 г. в Монголии на речке Халхин-Гол начались бои монголо-советских войск с японской дивизией, вздумавшей дислоцироваться рядом с границей Китая и Монголии, которые закончились в канун войны Германии и Польши).

Черчилль разразился очередной критической речью в палате общин. Он прямо упрекнул лорда Галифакса (министра иностранных дел) в политике проволочек на переговорах с Россией и сделал прогноз, что Россия может пойти на союз с Германией — и тогда гегемония Германии в Европе станет подавляющей. Никто не осмелится вступать с ней в войну, в том числе и Франция с Британией. Нужно срочно искать подходы к Сталину и его соратникам, убеждать их в необходимости прежней Антанты. На этот раз его в палате многие поддержали, но большинства для своей резолюции он опять не набрал.

Сергей тем временем обеспокоился положением дел в правительстве Франции (вдруг там до сих пор засилье миротворцев?) и выпросил у Шарля Кобрена пару недель отпуска. Сара, узнав о его поездке во Францию, моментально помрачнела и пустила по щекам слезные дорожки, но удерживать своего ловера не стала. Только в ночь перед отъездом все не давала ему спать, перемежая слова любви страстными соитиями, а еще рыданиями. Он ей искренне сочувствовал и уверял, что непременно вернется.

В этот раз Сергей транспортировал себя самолетом. Соответственно, он успел в свою квартиру на улице Риволи к обеду. Анжеле была послана предварительно телеграмма, и она его ждала, но в весьма воинственном настроении.

— Ой, кто это к нам пришел, Валери? — спросила она у бегающей кругами дочурки. Та приостановилась на секунду, взглянула на пришельца и побежала вновь.

— Не признает тебя доченька, Серж Костен, — сообщила жена. — Чужой, говорит, дядька, ну его!

— Валери! — позвал Сергей и достал из-за спины нарядную куклу. — А вот твой подарок. Я привез его тебе по небу. Держи!

Валери посмотрела на куклу расширенными глазками, что-то пролопотала, схватила диковину и побежала в угол — рассматривать.

— Дочку ты улестил, паршивец! — признала Анжела. — Посмотрим, улестишь ли меня?

Муж вернулся в прихожую и принес оттуда на ладонях плоскую обширную коробку, обтянутую темно-синим бархатом.

— Открой, — сказал он, улыбаясь.

Анжела подцепила ногтями крышку, откинула ее и против воли тоже заулыбалась: в коробке в бархатных углублениях лежали драгоценности, сделанные из голубых многогранных камней в сочетании с вставками из золота, слоновой кости, кораллов, эмалей и очень мелких искрящихся бриллиантов: обширное ожерелье, серьги, браслеты и еще какие то украшения непонятно на какую часть тела.

— Что это? — спросила она в восхищении.

— Это набор драгоценностей индийской принцессы. Я как увидел его в витрине лондонского ювелирного магазина, сразу понял, что куплю его для тебя. Копил деньги целый год, занял еще немного, но свою мечту осуществил.

— Из чего они сделаны?

— В основном из аквамарина, но оживляют их мелкие бриллианты.

— Некоторые украшения мне непонятны. Они для головы?

— Да. Меня научили, как все это надевать. Только я должен тебя иначе причесать. Садись перед зеркалом и оголи плечи и грудь.

— Совсем оголить? Ишь, разбежался….

— Соски можешь не открывать.

— И не открою. Даже если очень будешь просить….

— Ну, не вертись. Мне нужно сделать тебе идеально прямой пробор. Так… вот так. А теперь возьму «тику» и надену ее тебе на голову. Уже мило выглядишь, но не хватает одной детали: вот этого крупного блестящего камня в плоской оправе, который называется «бинди». Подвешу его на лоб, вдену в уши большие «бали» и верхняя часть композиции завершена. А, нет, вот еще серьга для носа, называется «нок бали». Она сделана в виде клипсы. Оп!