Лекс. Книга 1 - Евгений Нетт
— Вот как, — задумчиво протянула Шталь. Её голос звучал ровно, но вот в моё запястье она вцепилась с такой силой, что налицо была попытка удержать эмоции под контролем. — Значит, лояльность простолюдинки для тебя важнее, чем?..
Она осеклась, не договорив. Резкими движениями Эльза закончила перевязку, окончательно зафиксировав бинт и пригладив края. Встала, выпрямившись, и посмотрела на меня сверху вниз с выражением, в котором смешались обида, злость и что-то ещё, чему я пока не мог подобрать названия.
— Перевязка закончена, Лазарь, — отчеканила девушка. — Следующая — завтра, в это же время. И постарайся не мочить больше руку.
Я поднялся, одёрнув рукав и накинув пиджак. Посмотрел на Эльзу, мазнул взглядом по Лизе и медсестре. Мысленно выругался, подойдя к девушке и кончиками пальцев коснувшись её плеча:
— Эльза, речь не о том, что для меня важнее. Я ценю и то, что ты для меня делаешь, и своё прошлое. И мне жаль, что моя просьба вчера тебя обидела. Правда жаль, — Эльза, фыркнув, обернулась, горделиво вскинув голову и посмотрев на меня. Её грудь вздымалась неравномерно, так, словно она дышала рывками. Губы вытянулись в тонкую линию, а в глазах опасно заблестела влага. — Как насчёт того, чтобы прогуляться вечером вокруг академии и обо всём поговорить? Обстоятельно и без… необходимости торопиться.
Я неопределённо покрутил рукой в воздухе, не став прямо указывать на нежелательное присутствие Лизы, и уж тем более — медсестры.
— Прогуляться? — Эльза вскинула брови и на секунду застыла. — Ты серьёзно, Лазарь?
— Абсолютно, — я глубоко кивнул, улыбнувшись. — У тебя сегодня как со свободным временем?
Лиза демонстративно прокашлялась, глядя на нас с каким-то насмешливым взглядом исподлобья:
— Эльза сообщит тебе о своём свободном времени позже, Лазарь. Давай-ка ты сейчас пойдёшь по своим делам, а её я забираю, — Громова стремительно приблизилась к Эльзе, подхватив её под локоток и потащив на выход. — Всё потом, Лазарь!
— Эм… — я успел только рот открыть, когда Лиза уже вытащила возмущающуюся девушку наружу — лишь каскад рыжих волос мелькнул, и только. Хлопнула дверь, и я остался стоять посреди перевязочной с невысказанным вопросом на языке: что это было, и почему у меня такое ощущение, что надо мной поржали?
— Господин Лазарь, если у вас нет жалоб или просьб, пожалуйста, освободите кабинет, — от терминала отлипла медсестра, взгляд которой был не менее ехидным.
— Да-да, конечно…
На ходу застёгивая пуговицы, я вышел в пустующий коридор. Ни Элизабет, ни Эльзы. Только тишина и шелест вентиляции.
«Это была плохая идея, или очень плохая идея — вот в чём вопрос. Остаётся только надеяться на то, что я не наломал дров ещё больших».
В холл восточного крыла я вернулся в мрачной задумчивости.
Абитуриентов тут уже прибавилось — с десяток человек сгрудились у доски объявлений, обсуждая что-то вполголоса. Несколько парней у кресел громко спорили о том, какая подготовительная секция даст увеличит их шансы на поступление, пока третий указывал на то, что за несколько дней из них атлантов не слепит даже сам батюшка-Император. Чуть поодаль обнаружилась и одна-единственная девушка, что-то читающая на экранчике своего браслета и постоянно озирающаяся: ждала кого-то, не иначе.
Убедившись в том, что тут делать нечего, я уже собирался подняться к себе, чтобы сориентироваться относительно обязательной к изучению литературы, когда меня окликнули:
— Господин Лазарь! Господин Лазарь!..
Комендант, этот пожилой мужчина с военной выправкой и статью в каждом движении, вчера распределивший нас по комнатам, сегодня выглядел ещё более официально: его китель был застёгнут на все пуговицы, а на груди блестел начищенный до блеска значок с символикой академии.
«Не иначе, как вчера мы были сродни дождю в ясный день. А сегодня он успел принарядиться».
— Я вас слушаю, господин комендант, — я подошёл к нему ближе, обозначив приветственный полупоклон.
— Для вас оставили сообщение, господин Лазарь, — комендант говорил негромко, но чётко. — Звонили из поместья Лазарей. Граф Альберт Лазарь просил передать, чтобы вы связались с ним незамедлительно по этому номеру…
«Отец. Что ему нужно? И почему он звонит сюда, а не… ах да, я же гол, как сокол. И полностью отрезан от мира» — промелькнула мысль одновременно с тем, как в руки перекочевала обычная бумажка с записанной на ней вереницей цифр.
— Благодарю, — ответил я ровно, в мыслях уже перебирая все возможные варианты замаячившего на горизонте разговора. — К сожалению, так вышло, что я остался без средств связи…
— Ох, конечно же, — комендант кивнул понимающе. — Теракт, понимаю. Вы не первый с такой проблемой, господин Лазарь. Пойдёмте, пожалуйста…
Он двинулся на выход, и я шагнул следом, прислушиваясь ко всему тому, что мужчина счёл необходимым мне сообщить:
— На территории академии присутствует связная комната. Обычно ею пользуются студенты без знатного происхождения, потому как им запрещено иметь при себе средства связи, кроме академических коммуникаторов. Но в вашей ситуации это, не сочтите за оскорбление, оптимальный вариант, — мы вышли на улицу, двинувшись по дорожке вдоль стен корпуса. — Вон та пристройка, видите?
Я кивнул, сразу же заметив аккуратную, но не выделяющуюся особой «скрытой роскошью» постройку в полтора этажа высотой. О её предназначении говорила только россыпь антенн на крыше, почти невидимых из-за окружающей растительности.
— Вижу, господин комендант. И ещё раз спасибо. Признаться, я бы потратил порядком времени в попытках связаться с графом без вашей помощи…
— Пустое, господин Лазарь, — комендант довольно улыбнулся. — Мне не трудно оказать помощь сыну человека, который столько сделал для Империи. Прошу…
Комендант распахнул довольно неприметную с виду дверь, и мы сразу вошли в просторное помещение, не очень-то напоминающее «комнату». Это скорее был приличных размеров зал с высокими потолками и рядом деревянных кабинок вдоль стен.
В каждой кабинке виднелись примитивные, — для меня, — телефонные аппараты, чёрные, с наборными дисками и витыми шнурами, уходящими в стену. Над каждой из кабинок светилась тёплым жёлтым светом надпись «СВОБОДНО», а на открытых сейчас дверцах висели отполированные до блеска бронзовые таблички с номерами.
Людей тут не было — ни персонала, ни студентов, так что комендант был вынужден сопроводить меня к кабинке лично, по пути покопавшись в распределительном щитке и запустив оборудование.
— Вот, господин Лазарь. Набираете внешний код — вот этот, — он ткнул пальцем в один из номеров, записанных на бумажке с цифрами, — затем номер абонента. Оплата не требуется, всё за счёт академии. Когда закончите разговор, просто положите трубку.
— Благодарю, господин комендант, — я кивнул. — Вы очень помогли.
Мужчина в ответ лишь улыбнулся, коротко поклонился и
