Ария Вечности - Михаил Злобин

быть осторожным, но я уверена, что вашего влияния хватит, чтобы выцарапать этого человека из любой норы.

— Хм-м… я не ожидал просьбы такого характера, — почесал затылок нор Лисаль. — Но, полагаю, я смогу вам помочь.

— Прекрасно, экселенс Кассиан, просто прекрасно! А теперь, быть может, вы уже разбудите своих ленивых слуг, да прикажете накормить гостий вашего дома⁈

— Ох, прошу прощения, веил’ди, конечно, сей же момент…

— И не уходите далеко, составьте нам компанию, — обворожительно улыбнулась Элиира. — Мне так не терпится из первых уст послушать о всём, что произошло в столице Патриархии с тех пор, как дипломатические отношения между нашими странами охладели…

* * *

— … иными словами, Милостивый Князь гран Ривнар, вы правильно поступаете, желая остаться в стороне от конфликта, распаляющегося на западном побережье. Мы об этом не забудем. Более того, имею полномочия вам пообещать — коли так останется и дальше, то Капитулат закроет глаза на досадное недоразумение, произошедшее на землях Патриархии между нашими войсками и фалангами Сыновей копья.

Правитель Равнинного Княжества неопределённо хмыкнул и воззрился на собеседника без намёка на смущение или заискивание. Он понимал — алавийцы в его поддержке сейчас нуждаются больше, чем он в их прощении. И поэтому не проглотил мимоходом пророненного упрёка.

— Что вы говорите, веил’ди? А не желаете ли поинтересоваться, закрою ли я глаза на выходку Капитулата⁈ — ядовито отозвался монарх. — Ваша армия подошла опасно близко к границам моего государства. И я был в полном праве действовать на упреждение, покуда подошвы ваших солдат не ступили на мою землю!

— Наши силы не представляли опасности для вас, ибо наши страны находились и продолжают находиться в добрых отношениях, — легкомысленно отмахнулся алавийский посланник.

— С Медесом Капитулат тоже не состоял в конфликте. Но это не помешало вам несколько лет назад вторгнуться в королевство, — не преминул напомнить правитель.

— Сиятельнейший Князь, мы сейчас обсуждаем не Медес… — попытался сдвинуть беседу в другое русло темноликий.

— И тем не менее, пример моего восточного соседа ярко показал, что подпускать к границам ваши армии небезопасно, — припечатал монарх. — Будете упорствовать и пробовать меня в том разубедить?

— Нет. Вовсе нет, Светлейший Государь. Могу лишь пояснить, чем руководствовался Высший Совет, посылая легионы. Медес слаб и не мог защитить себя самостоятельно. А учитывая опасность, исходящую из Абиссалийских пустошей…

Не считая нужным скрывать своё истинное отношение, князь расхохотался прямо в лицо посланнику. Но тот, казалось бы, ничуть не обиделся. Он лишь вежливо замолчал, ожидая, пока монаршая особа закончит веселиться.

— Драгоровы кости, да вы, видно, держите всех в этой части света за идиотов⁈ — произнёс гран Ривнар.

— Нет, это вовсе не так, — спокойно покачал головой алавиец.

— Как же цинично и нагло прикрывать вторжение в Медес заботой об этом самом королевстве, — скривился правитель. — Знали бы вы, веил’ди, как о вас отзывался сам гран Эльдрег в своих письмах, когда просил у меня защиты от чёрных легионов. И если вы сегодня пришли ко мне с такими бесхитростными оправданиями, то признаюсь — мне жаль потраченного на вас времени. Соглашаться на встречу с посланником Капитулата было ошибкой.

— Прошу меня извинить, Милостивый Князь, но вообще-то в мои планы не входило обсуждать Медес. Я поддержал беседу из уважения к вам. Причина, по которой Высший Совет направил меня, заключается в ином, — с мертвенным спокойствием поведал алавиец.

— Так назовите уже её! — не оставил князь гостю путей к отступлению.

— Сто тысяч полновесных глориалов алавийской чеканки, — с достоинством выдал темноликий. — Достаточная ли это плата за то, чтобы Равнинное Княжество осталось в стороне и не поддержало вступление в конфликт с Капитулатом?

— Двести тысяч, — тут же задрал планку князь. — Двести тысяч и беспошлинный доступ для моих купцов в порты Элдрима и остальных прибрежных колоний!

— Сто пятьдесят тысяч золотых глориалов и специальные торговые привилегии для ваших товаров, — охотно включился в торг посланник темноликих.

— По рукам! — неожиданно быстро согласился князь.

И тут уже маска невозмутимости собеседника дала трещину. Он досадливо цокнул языком, понимая, что начал торги с непозволительно высокой ставки.

— Скажите, Милостивый Князь, это правда, что вы не так давно отправили Леорану гран Блейсин приглашение посетить вашу столицу? — переключился на иную тему алавиец.

— Да, — с вызовом вскинул подбородок монарх. — Но не потому, что хочу. Патриархия давно добивается от меня этой встречи. И дальше откладывать уже не получается.

— Тогда позвольте спросить, имеются ли у вас предположения, что нужно грану Блейсин от вашей страны?

— Это ясно, как сегодняшний безоблачный день, веил’ди. Патриарх хочет заполучить моих солдат, — улыбнулся правитель.

— Мы тоже склонны так считать, Сиятельнейший Князь. Но могу ли я поинтересоваться, что вы намерены ответить?

— А это уже будет зависеть от вас, — таинственно хмыкнул гран Ривнар.

— За составление текста соглашения об открытии наших портов на Старом континенте для Равнинного Княжества мы готовы сесть хоть сегодня же, — прекрасно понял намёк монарха собеседник. — Что же касается денег, то это груз объёмом порядка восьмидесяти пудов. Перевезти его через неспокойные западные земли будет непросто…

Лицо князя скривилось, демонстрируя истинное отношение к чужим проблемам. И темноликому, который собирался таким ненавязчивым образом получить хоть какую-то отсрочку по обязательствам, пришлось спешно сглаживать этот угол в речи.

— … однако уверен, мы успеем доставить золото уже к началу следующей луны.

— Что ж, ваш ответ воодушевляет, веил’ди, — удовлетворённо кивнул гран Ривнар. — Неподдельная радость наполняет меня, когда обещания воплощаются в жизнь. С Капитулатом действительно приятно вести дела.

Уста посланника растянулись в загадочной улыбке:

— Не просто «приятно», но ещё и чрезвычайно выгодно, Сиятельнейший Князь. Вы всегда можете положиться на нас. Моя страна готова поддержать Равнинное Княжество во многих сферах. Не только в торговой…

Глава 18

Сумерки постепенно укрывали многолюдные улицы Арнфальда, вынуждая горожан зажигать фонари. Элиира выбрала именно это время, чтобы покинуть гостеприимный дом семейства нор Лисаль. С собой она не стала брать даже свою спутницу, которая, в общем-то, неплохо зарекомендовала себя. Немногословная и исполнительная, Лаайда не боялась высказывать смелых суждений. А навыки боевого целителя делали её ещё ценней. Однако сегодня она вряд ли чем-то поможет.

Закутавшись в длинные, но всё же лёгкие