Дом, который будет ждать. Книга 3 - Александра Шервинская

– Ты заинтриговала меня, Лиз, – как Шегрил умудрился сделать так, чтобы его голос не напоминал камнепад в горах, я не знаю, но сейчас он говорил со мной почти шёпотом.

– Это касается моего прошлого, – выдавила из себя я, уже пожалев, что решилась на разговор, – мне просто не у кого спросить кроме тебя, понимаешь?

– Не волнуйся так, leanabh, – Шегрил откинул капюшон, и я в очередной раз почувствовала, как закололо где-то в области сердца. – Я постараюсь быть тебе полезным.

– Скажи, ты ведь помнишь то время, когда я жида здесь, до моего исчезновения?

– Конечно, – в багровых глазах мелькнули искры понимания, – ты хочешь узнать о том времени? Мы были приятелями, Лиз, хотя и не друзьями. Поэтому я так удивился, когда ты предложила мне приходить в твой дом, стать твоим другом. Это было радостное удивление.

– А ты знаешь, почему я убежала? – теперь я, кажется, приблизительно представляла, что чувствует человек, решившийся прыгнуть с высокого моста в текущую где-то внизу воду.

– Почему ты не спросишь у Домиана? Ты ведь так называешь его? – по интонации я поняла, что это не отказ отвечать, просто Шегрил не хотел переходить дорогу Домиану.

– Он сказал, что не хочет говорить об этом, – я опустила голову, глубоко вздохнула и пояснила, – меня интересует не всё. Точнее, всё, конечно, потому что я практически ничего не помню, но остальное можно и потом… Прости, я так путано объясняю… В общем, я хочу знать, из-за кого я убежала.

Шегрил молчал, я гипнотизировала взглядом траву под ногами, банально опасаясь поднять взгляд и наткнуться на насмешливое или, того хуже, презрительное выражение его лица.

– Ты этого не помнишь, – он не спрашивал, а просто озвучивал очевидный факт. – Нет… – я покачала головой, – я не помню ни имени, ни внешности, ни голоса… ничего.

Снова повисла тишина, только слышно было как возле крыльца что-то говорит Домиан и звонко смеётся Элла.

– Его звали Тревор, – негромко проговорил Шегрил, – он однажды пришёл сюда порталом с посылкой для тебя. Тебе часто тогда передавали игрушки, сладости, затем книги и красивую одежду… Как правило, всё всегда приносил один и тот же человек, доверенное лицо твоей матери, императрицы Элизабет. Но случилось так, что он погиб, и вместо него пришёл Тревор. Вы стали общаться, обмениваться магическими вестниками, а потом однажды ты исчезла, оставив записку, что уходишь за любимым. Тебя искали, но след обрывался сразу за периметром, и никто ничего не смог найти. Единственное, что хоть как-то успокоило твоих близких, это то, что я точно мог сказать: среди мёртвых тебя нет. А потом выяснилось… совершенно случайно… что никакого Тревора никто во дворце и в окружении императрицы не знает и даже никогда не слышал о человеке с таким именем. Но ты исчезла, а дом стал постепенно разрушаться, так как ты перестала его поддерживать, питать энергией. К тому же Домиан винил себя в том, что вовремя не уследил за тобой, не разузнал ничего о негодяе, выманившем тебя.

– Но почему я ничего этого не помню? Даже сейчас, когда я начала вспоминать многое, когда я приняла своё прошлое, то, что я Лиз, я ничего не помню о нём? Разве так бывает?

– Я думаю, что эта часть твоих воспоминаний запечатана каким-нибудь заклинанием из разряда редких или неизвестных. Этому Тревору не нужно было, чтобы ты хоть что-то помнила, Лиз. Я думаю, он сознательно выпихнул тебя на ту ветку Мирового дерева, где прошли последние годы твоей жизни, чтобы ты никогда сюда не вернулась. То, что ты здесь, это просто чудо.

В голосе Шегрила было всё что угодно, только не осуждение и не насмешка. Я чувствовала, была абсолютно уверена в том, что он говорит искренне, что он понимает и сочувствует мне.

– Он мог работать на моего брата, Максимилиана?

– Я не знаю, Лиз, если честно, дела живых всегда мало интересовали меня, – улыбка сделала его красивое лицо совершенно неотразимым, – но не стал бы исключать и такую возможность.

– И никто не знает, куда он исчез после моего побега?

– Никто, Лиз, – Шегрил посмотрел за моё плечо и добавил, – не старайся вспомнить то, что причиняло тебе боль, отпусти прошлое и живи настоящим.

– О чём вы разговариваете так долго? – раздался за моей спиной голос Домиана.

– Я не думаю, что Лиз или я обязаны давать тебе отчёт в своих действиях, seann dhia, – Шегрил говорил сдержанно, с едва заметным ледком в голосе, – не волнуйся, мы говорили о пустяках, не стоящих твоего внимания.

– Шегрил обещал, когда будет можно, рассказать мне о тайных путях, – я улыбнулась Домиану, чувствуя себя ужасно из-за того, что приходится его обманывать. Но и рассказывать то, что я узнала от Шегрила, я не собиралась: мне нужно сначала самой разобраться.

Глава 24

Каспер

Когда-то очень давно я в одной старинной книге прочитал о том, что человек, как правило, не может предположить, какие сюрпризы готовит ему судьба. Даже предсказания провидцев, пророков и ясновидящих не являются гарантией того, что события будут развиваться по заявленному сценарию. И сейчас я имел возможность на практике убедиться в том, насколько это верно: ещё месяц назад я даже предположить не мог, что следующее полнолуние буду встречать в столь странном месте и в такой невероятной компании. А уж о том, чтобы отправиться по таинственным скрытым путям в компании Повелителя мёртвых (которого вроде как не существует) и собственной матери, по совместительству монахини загадочной Ирманской обители (о которой никто ничего не знает), я и помыслить не мог.

Глядя на удивительно крупные звёзды, каким-то чудом пробившиеся сквозь туманы Франгая, я сидел возле распахнутого настежь окна и думал о том, почему согласился на предложенную авантюру.

Врать не буду: судьбы мира волновали меня не так чтобы очень сильно, так как грамотный маг в случае смертельной опасности всегда может вышвырнуть себя на другую ветку Мирового дерева. Да, он будет обречён на жизнь за Гранью, но это всё равно лучше смерти, с какой стороны ни посмотри.

Двигало ли мной любопытство? Однозначно да, так как я никогда даже не слышал, чтобы хоть кому-то выпадала возможность пройти тайными путями мёртвых. Упусти такую возможность, и будешь потом всю жизнь локти кусать.

Хотелось ли мне восхищения? Разумеется, было бы глупо отрицать столь очевидную вещь. Мне очень хотелось увидеть восторг и уважение в глазах дочери и, как бы дико и нелепо это ни звучало, в глазах Лиз. Почему-то