Трактирные шалости - Ева Финова

кресле и укрыл её моим пальто, на этот раз потянул меня в сторону.

— Алина, нужно поговорить.

Сердце заныло в груди от ощущения неизбежности. Неужели он уедет? Я ведь не смогу оставить дочь… Но и его отпускать не хочу. Не хочу. Просто не хочу… Боюсь снова остаться одной, понять бы саму себя в этот миг… Однако с моей стороны будет эгоистично просить его не бросать нас с дочерью? Ведь так? Тем более сейчас, когда вместо молоденькой красавицы я вновь стала собой. Он, конечно, молодец, не выказывал удивления или же отвращения. Но я всё понимаю. Сейчас я наверняка ему не так интересна, как раньше, и он рядом только из чувства благодарности за спасение.

— Маришу переодену и поговорим, это подождёт? — посмотрела на него с надеждой. Не знаю, что я хотела увидеть в его глазах, но только не угрюмую настороженность.

Немного помолчав, он руку мою отпустил и шепнул еле слышно:

— Хорошо.

— Твоя одежда вон там, Гоша, проводи князя.

— Как? — изумилась я. — Куда?

— Ему уже пора уезжать, — напугала меня Соня. — Ему предстоит вернуться на погост, дела всё хуже и хуже, нужна твёрдая рука и здравый ум.

— Я… — Открыла и закрыла рот.

— Хочешь, я сама переодену Маришу, — подсказала бабуленька. — Идите, поговорите. Тулуп вон на крючке накинь и платком повяжися.

Долго не думая, я сделала так и устремилась на выход первая, действуя вопреки, а не благодаря. Князь не отставал, вышел в сени и молча сел переобуваться, как и я. Зачем мы это делали, не понятно. Наверняка мне хотелось поговорить с ним без свидетелей в тишине леса. Есть в этом что-то романтичное и успокаивающее одновременно. Свежий воздух, природа и тишина. Никакой суеты кругом, только ты и деревья вокруг.

Это если нет поблизости волков и медведей, я горько усмехнулась собственным мыслям.

— Если не хочешь, можешь вернуться. Не обязательно рвать себе душу, — тихонько проронил Слава.

Вот что ему на это ответить.

— Понимаешь, дочь, куда я без неё теперь? — тихонько ответила я. — Идём, поговорим на опушке. Я тоже хочу тебе кое-что сказать.

Вначале ляпнула не подумав, а потом испугалась. Что мне ему сообщить такого, из того, что он ещё не знает обо мне? Неясно. Попробовать объяснить наше путешествие в мой мир? Да, наверное, об этом и скажу, если совсем ничего на ум не придёт.

Переобувшись, князь помог мне, придержал за локоть, едва я опять не оступилась. А внутри так потеплело вдруг. Его проявленная ко мне забота вселяла надежду и рвала душу одновременно. Мне не хотелось, чтобы он уезжал. Побольше бы времени провести рядом и, быть может, мы бы смогли найти общий язык, понять друг друга, притереться. Но сейчас? Он уедет и через некоторое время даже не вспомнит обо мне. Хотя попробуй забудь такое путешествие в другой мир.

— Алина… — князь вдруг застыл, едва мы скрылись с ним за поворотом тропинки.

— Не надо, Слава, я всё понимаю, — перебила его, заламывая руки. — Раньше я была молодая, красивая, а сейчас… снова стала собой. Я всё понимаю.

Обернувшись, он посмотрел на меня с грустью и досадой.

— Откажешь мне?

— Отказ? — Я вытерла непрошеные слёзы. — Разве ты о чём-то просил?

— А ты уже не помнишь?

— Но…

Смутившись, я опустила взгляд, слишком уж красноречиво он намекал на мою вину.

— Неужели не помнишь?

— Ты просил поехать с тобой! — воскликнула я обиженно. — В самом деле думаешь, это возможно? Кем я буду для тебя? Обузой, приживалкой с дочерью на руках? Смотреть на то, как ты заведёшь семью и будешь счастлив?

Боль стиснула мою грудную клетку, и я отвернулась, пряча лицо в ладонях. Нельзя раскисать. Нельзя думать о таком. Нельзя плакать перед отъездом, ему будет тяжело уходить.

— Алина…

Князь подошёл ко мне и обнял за плечи.

— Я готов ждать столько, сколько потребуется. Готов ждать, пока ты не откроешь мне своё сердце и не полюбишь всей душой, потому что на меньшее я не согласен.

Голос его охрип, и мой неожиданно тоже.

— Но как же, — было сложно поверить в его слова. — Я ведь…

Осторожно повернув меня к себе, он спросил с надеждой:

— Уважь в последний раз, прежде чем распрощаться. Позволь поцеловать тебя, как я того желаю, Алина.

Оцепенело кивнув вначале, я сама потянулась к нему и приобняла за шею. Большего и не потребовалось. Буря эмоций захватила нас настоящим вихрем, сметая всё на своём пути. Приобняв за талию, князь поднял меня выше и, кажется, двинулся куда-то. Я парила в облаках, забыв обо всём на свете. Мысли улетучились. Поцелуй наш длился и длился, пока я спиной не почувствовала твёрдую поверхность. Прижав меня к стволу дерева, Мстислав на этот раз позволил себе больше, чем просто объятья: высвободил одну руку, получив дополнительную опору, он запустил её под мой тулуп. Я не возражала, наоборот, сильнее прижалась к нему.

Неужели это правда? Неужели я ему нравлюсь? Я настоящая.

— Любимая… — прошептал князь, насилу отрываясь от моих губ. — Как ты можешь после такого желать, чтобы я уехал и никогда не возвращался?

— Я не хочу! — выпалила я, не подумав. Радость на лице плавно сменилась удивлением и досадой. — Не хочу, чтобы ты уезжал, но разве тебе можно остаться? Разве у нас что-то может получиться?

Реальность накатывала волнами. Я постепенно вернулась в этот мир мыслями и попробовала собраться.

— Пойми, у меня теперь дочь.

— Алина, не рви душу, не отказывай, — взмолился он, роняя голову мне на плечо. Он всё ещё держал меня, притиснув к дереву, но в этот раз погладил по щеке.

— Я не отказываю, — честно призналась я. — Мне бы хотелось, чтобы ты остался, но я боюсь, это невозможно. Они же сказали, тебе нужно ехать на погост… Дела совсем скверные.

— Скажи, Алина, — спросил князь с надеждой в голосе, — позволишь ли ты вернуться и забрать тебя с собой, едва срочные дела будут кончены? Едва опасность минует?

Действуя по наитию, я потянулась к нему и поцеловала в губы такого, как оказалось, родного человека.

— Возвращайся поскорее, а там решим. Мне сложно представить, как это будет, но я действительно хотела бы быть рядом с тобой, Слава.

Шумно выдохнув от облегчения, князь стиснул меня, аж кости затрещали.

— Я вернусь, обязательно. Только дождись и никуда не уезжай. Иначе я всю жизнь положу, чтобы тебя найти, слышишь? Не успокоюсь, пока мы не будем вместе, Велимира. Ой, Алина.

— Можно, — улыбнулась ему я. — Велимира, Алина, какая разница. Главное, чтобы ты сдержал своё слово. А я буду