Купец VIII ранга - Павел Вяч

Обелиск мигнул красным, и мне в глаз ударил луч света.

— Хм, доступ к руководящим должностям в гос учреждениях? И всё? И ради этого ты убил Понсона?

— Из твоих уст это звучит как-то обидно.

— Это и есть обидно! — возмутился Стелларис. — Макс, тебя же не ценят! Скажу тебе больше, тебя… используют!

Честно говоря, не знай я Стеллу так хорошо, как сейчас, то, возможно, слова обелиска смогли бы меня смутить. Однако же я отлично помнил все те дары, которые я получал от Стеллы.

— Серьезно, Макс, — Стелларис и не думал успокаиваться. — Хочешь, я прямо сейчас дам тебе десятый ранг с возможностью открыть портал в любой из доступных к перемещению миров?

Хах! Чего уж греха таить, предложение чертовски заманчивое, но что-то мне подсказывает, что плата будет соответствующая.

— Прямо-таки десятый?

— Верно, — подтвердил обелиск. — Здесь и сейчас.

— Но это же так не работает. Стела дает ранг в награду, а не просто так.

— Предпочитаю, чтобы меня называли обелиском, — поправил меня Стелларис. — Что до ранговой системы, то в общем и целом, ты прав. Но есть выход.

— И какой же?

— Убьешь старика Ежи, — огорошил меня Стелларис. — За десятирангового Хранителя ты мгновенно получишь очередной ранг. Ну а десятый получишь за общую сеть стел.

Ага, вот теперь все встало на свои места! Стелларису нужен доступ к сети. И его нисколько не смущает, что все это время я только и делал, что присоединял обелиски к общей сети стел!

— Я и так получу ранг за стелы, к тому же, я уже включил их в общую сеть.

— Технически да, — тут же согласился Стелларис. — Но без управляющего обелиска они бесполезны.

— А управляющий обелиск, как я понимаю, это ты?

— Можно сказать и так, — подтвердил Стелларис. — По крайней мере, если говорить про этот полуостров, то последние полсотни лет я выполняю именно эту функцию.

— Что-то не складывается, — нахмурился я. — За столько времени ты бы уже смог включить стелы в свою сеть…

— Это невыгодно, — огорошил меня Стелларис. — Будь они желтые — другое дело. Тогда можно было побороться. В моем случае идеальная стратегия заключается в том, чтобы дождаться адекватного разумного, который не прочь заключить выгодную сделку.

— У нас разные понимания о том, что такое выгодно, — усмехнулся я. — Ты предлагаешь мне ровно то же самое, что и Стелла. Вот только она, по факту, владеет целым материком, а ты крошечным островом.

— Чушь! — фыркнул Стелларис, ведясь на мою уловку. — Стелла контролирует часть Российской Империи, две точки на юге и несколько восточных регионов. Я же контролирую почти всю Европу и недавно основал плацдарм в Северной Америке.

— В Америке? — мне и не пришлось изображать удивление. — Врешь, поди!

— Зачем мне врать? — удивился Стелларис. — Если бы не Сидералис, я бы контролировал три материка!

— Сидералис сидит в Америке? — догадался я. — Он, что, там один?

— Ему повезло, — подтвердил обелиск. — Если не считать вялотекущую войну с шаманами песьеголовых, которые пытаются подмять под себя южный материк.

— Не могу понять, зачем вы соперничаете, — вздохнул я, закидывая очередную удочку. — Вы же семья. Да и мало вас осталось…

— В гробу я видал такую семейку, — заявил обелиск. — Вот ты бы сам добровольно пошел на слияние разумов с десятком других людей? Пусть даже знакомых?

— Скорее нет, чем да. Все зависит от вводных данных.

Неужели повезет, и Стелларис приоткроет завесу тайны стел?

— Ой да какие вводные данные! — обелиск полыхнул красным. — Любой адекватный разумный сделает все, чтобы сохранить себя.

— Даже если для этого придется убивать других… соседей?

Из тех крох информации, которыми я владел, мне было известно, что есть стелы, которые сохранили разум, как, например Стелла и тот же самый Стелларис.

Ещё я знал, что есть зеленые стелы, дружественные Стелле, желтые — эдакие нейтралы, красные — которые принадлежат другим, м-м-м, игрокам, и черные.

Черные, если я правильно понял, это обелиски, попавшие под контроль иномирцев, коими и являлись шаманы песьеголовых.

А ещё, судя по всему, раньше разумных стел было много, но между ними случилась война, и их осталось не так уж и много… Знать бы ещё, в чем их интерес…

— Соседей? — голос обелиска так и сочился скепсисом. — Ты хотел сказать, конкурентов?

— Стелла, Стелларис… — протянул я. — Судя по именам, не такие уж вы и конкуренты?

— Я всю жизнь был у неё на побегушках, — свечение обелиска сменилось на темно-багровое. — Ты думаешь, этого я хотел в посмертии⁈

Я молча пожал плечами, не спеша прерывать монолог разъярённого Стеллариса.

— Плевать я хотел на центральный мир! Да без гнёта Порога остальные миры вздохнули свободно! А на Императора я плевал ещё больше! Все они одинаковые! Их всех интересует только власть! Неудивительно, что его прихлебатели с легкостью пожертвовали целым миром, сделав из него Арену! А про периферию и вовсе молчу! Хочешь развиваться дальше, выбирай, или испытание, или начинать с нуля на Пороге! В Бездну все это!

Судя по той экспрессии, с которой вещал обелиск, он уже не единожды думал о сложившейся ситуации. И благодаря Стелларису, я начал чуть лучше понимать мотивы Стеллы.

Однако, меня смущал один момент.

— Скажи, Стелларис, ты сам согласился на эту роль или должность, или тебя вынудили?

— К чему ты клонишь? — на смену гневу пришла подозрительность.

— Ты заключал договор? — напрямую спросил я. — Вы же без договора и шагу ступить не можете. А раз так, то…

— Заключал, — бесцветным голосом отозвался обелиск. — В этом и вся проблема…

— Давши слово, держись, а не давши, крепись, — сумничал я. — Ведь…

— Крепись, говоришь… — перебил меня Стелларис. — Это Путь слабых, таких, как Стелла. Сильные же, вместо того, чтобы терпеть, меняют правила игры! Не терпеливо ждут, когда их призовут, цепляясь за каждого форточника с каплей благородной крови, а сами рвутся к административному допуску, чтобы раз и навсегда позабыть о Пороге!

Пульсация обелиска достигла своего апогея, и деревушку залил кроваво-красный свет надвигающихся проблем.

— Но довольно разговоров, — одёрнул сам