Война - Тимофей Грехов

тут появился, — спокойным голосом сказал я. Для себя я сделал вывод, что поступил бы точно также.

Драко скривился и ответил.

— Да, и твоим щитам окклюменции в тринадцать лет позавидовал даже наш лидер. И это при том, что он магистр менталистики, он не смог их взломать. Он не отходил несколько дней от твоей кровати, пока не убедился, что ты не Фламель под обороткой.

— Как зовут вашего лидера? — спросил я.

— Сам узнаешь, но ты о нём слышал в своё время. Просто прими как данность — он сражается на нашей стороне.

— А какая она ваша сторона? — спросил я Драко.

— Рон, сейчас мы думаем только о выживании и продолжении наших родов. Он выдвигает идею о превосходстве магической расы над маглами, и предлагает централизовать власть в одни руки. После всего прожитого, мне кажется это логичным. Или нас ждёт повторение истории, в которой маглы нападут на нас.

Я остановился и ладонью остановил Драко.

— А чем он тогда отличается от Фламелей?

Но договорить я не успел дверь перед нами открылась и нам пришлось войти в зал. У стен стояли мужчины и женщины, которых я не узнавал, они смотрели на меня, словно изучая.

— Со школы не был так популярен, — сказал я так, чтобы меня все услышали.

— Даже не сомневаюсь в этом, — сказал мужчина, шедший в мою сторону. Ему на вид было лет сорок, седовласый, короткостриженый, что выдавало в нём мага не из Британии, черты лица говорили о том, что он аристократ и акцент был едва заметен, но всего этого было мало, я не мог узнать его. Вероятно, мои мысли читались на моём лице, и маг представился.

— Я не знаю Вашего текущего статуса, — сказал он мне. Я также промолчал, потому что скорее всего Перси стал главой рода, а наследником сын Билла, тем временем мужчина продолжал, — но, тем не менее, рад приветствовать Вас, Рональд Биллиус Уизли, в моём замке Нурменгард. К моему сожалению первый был уничтожен, и это замок номер два. И меня, как Вы уже, наверное, поняли, зовут ГЕЛЛЕРТ ГРИНДЕВАЛЬД!

Глава 7

Со дня знакомства с Гриндевальдом прошла неделя. Мои воспоминания дали посмотреть немногим, посчитав, что информацию о способе перемещения необходимо оставить в тайне. Геллерт несколько раз пересмотрел их после чего, не сказав никому ни слова, ушёл из зала с задумчивым видом. С ним я пересекался в основном во время обеда.

В комнате для прислуги, которая находилась в моих апартаментах, поселилась Грейнджер. Я запретил ей выходить из своей комнаты без артефакта подмены личности. С Гриндевальдом у меня был непростой разговор, в итоге он выдал артефакт для Грейнджер. Мне пришлось взять с неё множество обетов прежде чем я выпустил её гулять по замку. Клятвы составлялись с учетом того, чтобы не произошло «конфликта» с уже имеющимися.

Но прежде мы с ней долго разговаривали, чтобы прийти к взаимопониманию.

— Зачем я тебе? — спросила Гермиона. — Я же грязнокровка, и тем более на моих руках много крови волшебников.

— Скажи, если бы у тебя была возможность вернуться в прошлое, ты бы захотела изменить что-то в своей жизни? — и улыбнувшись добавил: — Ну, кроме твоего первого сексуального опыта.

— О, Рончик знает, что такое секс в тринадцать лет? — изменив линию поведения сказала Гермиона облизнув губы и положив свою руку мне на колени поднимая ладонь выше.

— Руку убери или я решу, что она тебе не нужна, — твердо сказал я, глядя ей в глаза. Она хмыкнула и откинулась на спинку кресла.

— Честно, ты странный, — сказала Гермиона, изучающе смотря в мою сторону. — Я была уверенна, что ты поведешься!

— Возможно тебя бы и ждал успех, если бы я не видел твои воспоминания и все твои трюки я знаю. Совратить неопытного, молодого мага, чтобы он начал плясать под твою дудку, лишь добраться до твоего тела?! Ты ведь об этом думала? — она ухмыльнулась. Ответа мне было не нужно, и так было всё понятно.

— Ты хочешь, сказать я стара для тебя? — предприняла новую попытку Гермиона.

Я посмотрел на неё и подумал, что не стоит строить с ней взаимоотношения на ненависти. Тем более она была достаточно хороша собой. Не так как Дафна. Гермиона стала хищницей, она была опасна и это притягивало к ней. А Дафна сняла маску ледяной королевы и стала любящей матерью.

— Если я захочу тебя, то ты первая об этом узнаешь. Но мы отдалились от нашего изначального разговора. Что ты будешь делать, если я сниму с тебя обеты и клятвы? — спросил я.

— Это невозможно. Я ходила к гоблинам, но даже они не смогли мне помочь.

— Да, вероятность крайне мала, — подумав, сказал я, — но давай на секунду предположим, что я смогу вернуться назад во времени, и не дам тебе совершить те ошибки.

— А тебе известно как вернуться? — напряглась всем телом Гермиона, видимо мне удалось её заинтересовать.

— Пока нет, — ответил я, видя «как рыбка заглотила наживку», — но я примерно понимаю, что произошло. Нужно изучить этот феномен, тогда, думаю, я смогу найти способ вернуться.

Гермиона задумалась, а мне ничего не оставалось как ждать.

— Ты хотя бы понимаешь, что если кто-то узнает, что ты нашёл способ перемещаться во времени, то с тебя даже с мертвого не слезут. В рядах КМОЛ есть неслабые некроманты, а что уж говорить, про Фламелей и другие чистокровные рода.

— Прекрасно понимаю, но ради того, чтобы изменить такое будущее стоит рискнуть.

— Хорошо, но для чего тебе я? — спросила Гермиона. — Ты изучал артефакторику, в отличие от меня. Ты быстрее найдешь ответы сам, прежде чем сможешь меня обучить. Я не понимаю…

— Я постараюсь быть предельно откровенным с тобой. У рода Уизли перед тобой долг жизни, — она не поняла о чём я, и тогда я пояснил, — вспомни девушку с ребенком, которых ты спасла и переправила в Империю. Они мои родственники. При просмотре воспоминаний Магия посчитала, что мой род тебе должен. Это одна из причин, почему ты ещё жива. Как тебе помочь я понятия не имею. Но если я вернусь в прошлое… — не стал оканчивать фразу я.

— Договор! — воскликнула Гермиона, смотря на меня. — Мы заключим магический договор! Вернувшись в прошлое ты возьмёшь меня в вассалы!

— А что сразу не женою, или хотя бы официальной любовницей? — скептически спросил я.

— Я прошу тот максимум, на который ты можешь согласиться, — ответила она. — Как только ты примешь меня в вассалы, долг жизни будет считаться выплаченным.

— Гермиона, в