Последний Герой. Том 6 (СИ) - Дамиров Рафаэль

— Слава богу, теперь у нас ножи есть, — сказал я.

— А можно мне заточку? — робко попросил мажорчик.

— Ой! А тебе на кой-чёрт она? — поморщился Ефим. — Ты ж только ныть умеешь.

— Ну пожалуйста, — вдруг слишком просяще проговорил он.

— Держи, — протянул ему оружие здоровяк.

— Сейчас хоть похаваем нормально, — воскликнул Костя. — С голодухи не помрем, и то хорошо.

Дед еще что-то ворчал на молодого, но на него никто внимания не обратил — все были слишком рады тому, что у нас появилась долгожданная еда.

Мы растопили печку, в котелке вскипятили воду из ручья, сварили нехитрый суп: бухнули туда пару банок тушёнки, макароны, щепоть соли. Варево получилось божественное.

Народ ел жадно, хлебал шумно, кто-то даже причмокивал.

— Эх, хлебца бы ещё с маслом, — мечтательно пробормотал Ефим.

— Ага, и красной икры к нему, — подколол мажорчик.

После плотного обеда настроение заметно улучшилось. Народ завалился кто на лавки, кто на нары. Даже Ефим, бурчащий без перерыва, как старый мотор холодильника, прикорнул, развалившись на войлоке, и захрапел сразу же.

Я же решил осмотреть территорию. Обшарил тропки и кусты вокруг домика — ничего интересного. Уже собирался возвращаться, как заметил приставленную у стены лестницу. Поразмыслил, куда она может вести, забрался по ней на чердак и там наткнулся на железный ящик.

Крышка со скрипом открылась, и внутри я увидел ножовку, молоток, пеньковую веревку, топор, пачку гвоздей и моток толстой проволоки. Настоящие инструменты.

Я выдохнул, будто камень с души свалился. Это была не просто находка — это был шанс. С таким набором можно и починить, и построить, и ловушки поставить, и даже тот самый плот сколотить. Теперь у нас появилась реальная возможность уйти от головорезов.

Я спустился по лестнице на землю, подхватил ящик с инструментами. Бухнул его перед дверью и почти бегом влетел в домик.

— Ну что, друзья, — сказал я, переводя дыхание. — Кто со мной строить плот?

Инженер сидел в кабинете и смотрел на мониторы, где шла прямая трансляция. Камера прыгала, ракурс был сверху — явно снимал беспилотник. На экране — группа зэков. В кадре заметен стал разлад: кто-то спорил, толкался. Один из дронов подлетел ближе, но зэки заметили его, вдруг с яростью забросали камнями и палками — картинка дёрнулась и оборвалась.

Инженер нахмурился. На другом экране с другого ракурса было видно: трое заключённых отделились от общей группы и ушли в сторону.

Он устало потер виски, глаза покраснели от бессонницы. В одной руке он держал пустой бокал, а вторая потянулась к стоящей рядом бутылке из темного стекла. Но на полпути замерла. Он резко швырнул бокал в стену — стекло разлетелось, осколки со звоном упали на пол.

Инженер тяжело выдохнул, снова подумал, будто решаясь на что-то. Потом схватил бутылку, сорвал пробку и стал пить прямо из горла. Темный, с переливом, это был ром. Сделал несколько больших глотков, даже не поморщился.

Поставив бутылку на стол, он потянулся к телефону, набрал номер.

— Привет. Это я, — сказал он.

— Я знаю, — отозвалась в трубке Линда. — Ведь только ты звонишь на этот телефон.

— Это защищённый канал, ты знаешь, — тихо проговорил Инженер.

— Что случилось? — спросила женщина.

— Кажется, у нас небольшие проблемы, — проговорил Инженер. — Группа «Б» разделилась.

— Хм… — хмыкнула Линда. — Они решили, что эффективнее охотиться двумя группами?

— Нет. Расшифруй-ка запись браслетов. Аудио. Прослушай, о чем они там спорили. Судя по тому, что я наблюдал через второго дрона-оператора, по жестам и мимике, они просто решили смотаться. Если так — это ослабит группу «Б».

— Ясно, — процедила Линда. — Может, как-то попытаться их вернуть в строй? Припугнуть?

Повисла пауза. Инженер подумал, потом сказал:

— Дельная мысль. Тогда найди их. Убей одного из троих. Показательно. Остальных верни в группу. Нужно сделать это быстрее. Радиус действия браслетов ограничен. Пока они ещё не ушли слишком далеко, а потом….

— Да, я всё сделаю, — сказала Линда.

— Как там Рихард? — сухо поинтересовался он.

— Отошёл, — ответила Линда. — Уже не истерит.

— Хорошо, Линда. Я знаю, как ты умеешь успокаивать мужчин, — подчеркнуто холодно проговорил Инженер. — Молодец.

В его похвале не было тепла и искренности — лишь скрытая насмешка.

Линда отреагировала в том же духе:

— Да, этого у меня не отнять, — проговорила она с издёвкой.

Инженер ничего не ответил и положил трубку.

Сергеич и ещё двое зэков упрямо пробирались через тайгу. Тот, что со сломанной рукой, шёл медленнее всех. Его звали Андрей. Сергеич помог ему соорудить подобие шины: примотал к перелому ветки ивовой коры, руку кое-как подвесил на шею. Получилось топорно, но всё же лучше, чем ничего. При каждом шаге боль отдавалась в плечо и кисть, Андрей морщился, матерился сквозь зубы и то и дело норовил присесть, передохнуть.

Другой зэк — по прозвищу Пёстрый. Кличку он получил из-за странной черты своей внешности: сам чернявый, а несколько клочков волос на голове светло-желтые, будто окрашенные, но это было природное.

Пёстрый шептал Сергеичу, стараясь, чтобы Андрей не слышал:

— Слушай, мы так далеко не уйдём. У нас браслеты, нам нельзя останавливаться так часто — ты же помнишь, что эта вобла у барака говорила. Нужно рвать когти как можно дальше. Я пробовал снять, не получается.

Его браслет действительно выглядел невредимым, лишь с мелкими царапинами.

— И что ты предлагаешь? — буркнул Сергеич. — Бросить его?

— Ну а чё? — пожал плечами Пёстрый. — Или мы тут все на хрен загнёмся, или попытаемся выжить вдвоём. У него рука — если и дальше по лесу бродить, он всё равно долго не протянет.

— Фуфло всё это, — вырвалось у Сергеича. — Для чего тогда мы его вообще с собой брали?

— Кто его знает… — пробурчал Пёстрый.

— Слушай сюда, — Сергеич остановился и повернулся к нему. — Андрей идёт с нами. И если надо будет, ты его больную тушку на своём горбу потащишь. Усёк?

— Неправильно ты базаришь, — прошипел Пёстрый. — Никого я не потащу. Он и дальше будет нас тормозить. Я от вас дёрну, сами потом пурхайтесь.

Сергеич хотел ещё что-то ответить, но не успел — сверху донёсся далёкий рокот. В тайге, над кронами, послышался звук вертолёта.

— Сука… по ходу, за нами! — Сергеич задрал голову и посмотрел на небо. — Ну, точняк — вертухаи.

Из вертолёта по канатам спускались бойцы в чёрном камуфляже, автоматы за спиной были четко заметны, не спутаешь ни с чем.

— А быстро как явились… — прохрипел он.

Андрей, сидевший на поваленном стволе, задрал штанину. На угольно-черном браслете слежения теперь горел красный индикатор.

— Чертовы кандалы — выдохнул Сергеич.

— Бежим! — выпалил Пёстрый и первым ломанулся в чащу.

— Х*ли толку… — грустно вздохнул Сергеич. Он посмотрел на Андрея, потом в сторону, где трещали кусты от бегущего Пёстрого. — Всё равно догонят. Тут лучше договариваться.

И, будто в подтверждение его слов, с вертолёта раздались короткие автоматные очереди. Несколько очередей полоснули по тому месту, где только что скрылся Пёстрый. Он было уходил в заросли, но впереди оказалась проплешина. Торопясь, он не стал обходить, решил проскочить напрямик — и самонадеянно выскочил на открытое место.

Пули скосили его враз — прошлись по спине, по ногам. Он рухнул, дернулся, закричал так, что у Сергеича сердце екнуло, и стих.

Сергеич не видел, как он умер, но всё понял по этому крику. К месту, где упал Пёстрый, уже бежали двое автоматчиков — добить, если вдруг жив. А ещё двое вышли вперёд, наставив стволы прямо на Сергеича и Андрея.

Следом по тросу с вертолета спустилась женщина. Волосы её трепал ветер от лопастей вертолёта. Она ступала слишком уверенно, лицо было сосредоточенное и злое. Женщина — без автомата, но выглядела не менее опасной, чем бойцы с оружием. На боку висел пистолет, и этого хватало, чтобы ясно понять — шутить с ней никто не решится.