Купец IX ранга - Павел Вяч

к дипломатии, но сейчас не то время. Вы же не хотите встать между нами и нашими детьми?

Похоже, именно этого Бруге и добивался, но сейчас, оказавшись под прицелом напряжённых родителей, для которых здоровье детей было важнее всего на свете, герцогу пришлось отступить.

— Конечно, господа, — сто́ит отдать ему должное, Бруге умел держать удар. — Я буду ждать столько, сколько потребуется для решения вашего вопроса. Но потом князю Пылаеву придётся объясниться!

Я же, мысленно отметив, как топорно Бруге перекинул мяч в мои ворота — его род точно славится склонностью к дипломатии? — негромко произнёс.

— Когда дело касается детей, ваших не существует.

Выстроившиеся в очередь дворяне одобрительно зашептались — они мои слова оценили в полной мере. Что до Бруге, то он проигнорировал мою фразу.

— Начало партии за тобой, Макс, — протянул Виш, расправляя крылья. — Не теряй!

И дракончик, спрыгнув с моего плеча, подлетел к герцогу и… уселся ему на голову!

Я лишь чудом сумел удержаться от смешка, который в текущих реалиях был бы совершенно неуместен.

— Приветствую Вас, князь, — подошедший ко мне Герман протянул мне руку. — Предлагаю отставить этикет в сторону и перейти к делу.

— Здравствуйте…

— Герман, — с полуслова понял меня дворянин. — Прошу, называйте меня Герман.

— А Вы меня Максом.

Герман кивнул, и я, заметив в его глазах огонёк нетерпения, достал из Инвентаря зелье.

— Слушайте внимательно, Герман, — я убедился, что внимание дворянина переключилось с заветной склянки на меня, и продолжил. — Первое. Это зелье с вероятностью в девяносто процентов поможет Вашему сыну. Но платой за это будет его дар.

— Что, простите?

— Учитывая, что человек с вашими возможностями до сих пор не смог поставить сына на ноги, это значит одно, — я чуть ли не слово в слово пересказал рассуждения Поля. — Хворь поразила именно дар.

— Хворь? — прищурился Герман. — Вы завуалированно избегаете слова «Проклятье», Макс?

— Я не видел Вашего сына, Герман. К тому же я не лекарь. А раз так, то с моей стороны будет опрометчиво бросаться ничем не подтверждёнными словами.

— Пусть так, — не стал спорить дворянин. — Ваше зелье… Оно сделает моего сына… бездарным?

— Не знаю, — я пожал плечами. — Одно точно. Он выздоровеет. Но ценой тому будет его текущий ранг. Если повезёт, Ваш сын, м-м-м, скажем так, откатится на первый ранг. Если нет, то полностью потеряет дар.

— На эту вероятность можно как-то повлиять?

— Увы, — я развёл руками. — Всё, что у меня есть — это рецепт Зелья, которое исцеляет физическую немощь ценой магического дара.

— Не буду спрашивать, поделитесь ли вы рецептом, — Герман растянул губы в кривой улыбке. — Спрошу другое. Этот рецепт Вашего рода, Макс?

— Нет, — я посмотрел в глаза дворянину. — Клянусь своей честью, что этот рецепт не является наследием моего рода. Это — трофей.

— Вы — Купец, Макс, — Герман испытывающе заглянул мне в глаза. — А Купцы — это люди чести. И только поэтому я согласился на встречу с Вами.

На самом деле Герман был готов пойти на всё ради спасения сына, и мы оба это знали. Но мне было несложно ему подыграть, что я и сделал.

— Даю Вам слово, Герман, — я прикоснулся к висящему на груди амулету. — Я никоим образом непричастен к хвори вашего сына и всех остальных. Моя цель в Европе — сделать бизнес. И для того, чтобы заинтересовать местный высший свет, я и отправил в Данию Марию. И да покарает меня Стела, если я солгал.

— Я верю Вам, Макс, — несмотря на дружелюбный тон, взгляд Германа был устремлён на мой амулет. — А жена герцога Гофильгема?

— Та микстура оставалась в единственном экземпляре, — кажется, я дословно повторил слова Новиковой. — Она шла вместе с рецептом вот этого зелья, — я продемонстрировал Герману склянку. — Скажем прямо, герцогу Гофильгему повезло.

— Оставалась? — тут же зацепился за мою оговорку Герман.

— Изначально их было три. Первый достался сестре моего друга. Второй — Виолетте. Третий…

— Виолетте? — не удержался Герман. — И Вы так спокойно об этом говорите?

— Моё княжество — буфер между двумя империями, — поморщился я. — Дальше продолжать, Герман?

— Не стоит, — кивнул дворянин, — в любом случае я бы на Вашем месте, Макс, никому об этом не рассказывал.

— Хорошо, — легко согласился я. — Не буду. Зато теперь Вы мне верите, Герман?

— Я верил Вам и до этого, Макс, — легко и непринуждённо соврал дворянин. — Выходит, третье зелье досталось герцогу Гофильгему?

— Верно. Мои алхимики бьются над созданием рецепта, но ничего не выходит, — я развёл руками. Всё, что мы можем, создавать вот такие вот микстуры… — я протянул Герману склянку. — Жизнь в обмен на магию.

— Благодарю Вас, Макс, — Герман с достоинством принял зелье. — Я Вам должен.

— Нет, — было огромное искушение согласиться, но я покачал головой. — Как я уже сказал, это всё безвозмездно. К тому же… для кого-то лекарство может оказаться страшнее болезни.

— Жизнь дороже, — покачал головой Герман. — И всё же, Макс, я настаиваю!

— Герман, — я нахмурился. — Вопрос закрыт. Хотите выразить благодарность, — я кивнул на Марию, — Ваше право. Но ещё раз повторю, Вы ничего мне не должны. Здоровья Вашему сыну.

— Вы благородный человек, Макс, — дворянин стиснул мою ладонь. — Жду Вас или Ваших представителей в любое время. Думаю, нам найдётся что обсудить. Что до заказа трёхсот защитных артефактов и трёх огневиков из уникального огненного Прокола, то я готов заказать ещё столько же.

— С удовольствием, Герман, — я ответил на его рукопожатие. — Будете в Петербурге, двери моего дома открыты для Вас.

— Взаимно, Макс, — кивнул дворянин. — Будете в Вене, двери моего дома открыты для Вас! Что до деталей сделки…

— Оставим их нашим представителям, — предложил я. — С моей стороны будет Мария.

— Договорились, — улыбнулся Герман. — А сейчас прошу меня простить…

— Понимаю, — покивал я. — Здоровья Вашему сыну.

— Благодарю. А теперь, если позволите, я бы хотел украсть на минуту Марию.

— Но только на минуту!