Моя НЕвеселая ферма - Игорь Николаевич Конычев

Мы вышли на главную улицу Лесных далей. Тут пока было не слишком оживленно — время еще раннее, хотя кто-то уже вовсю суетился на огородах. Мне бы тоже что-то с семенами от Ниры сделать.

Но это подождет.

— А не проще было бы привести к колодцу кого-то из местных? К вам же сюда не каждый день иномирцы попадают.

— Думаешь, я не пыталась? Проклятье мамы отвадило жителей острова от нашего дома. Они могли ходить мимо, но ни у кого не возникало желания приблизиться. На меня особо и внимания-то не обращали.

— Погоди, а что этот Загрид? Откуда у него сундук?

— Загрид сдал мою маму инквизиции. Доказательств нет, но больше некому. А сундук просто украл, почувствовал в нем силу. Сам старик — пустой.

— В смысле пустоголовый?

— В смысле ему не передался дар от родителей. Он знает о магии, владеет теорией, может даже артефактами пользоваться и свитками, но сам творить волшебство не способен. Более того, пустые имеют сопротивляемость любому колдовству. Такие, как Загрид — редкость. Почти, как иномирцы. Этот старый пенек поддался проклятью мамы, но не полностью. Чувствовал, что в сундуке, но не понимал как и что делать.

— Сериал какой-то, — я покачал головой. — А если бы меня сюда не занесло, ты так бы и осталась кошкой?

— Вероятно.

— Да уж, удружила тебе мамаша.

Отреагировать на мое заявление ведьма не успела. Нам по пути встретился Корвус.

— Приветствую, Дмитрий, Адалинда, — он приподнял свой колпак.

Я коротко кивнул. Ведьма же расплылась в вежливой улыбке:

— Здравствуйте, дядюшка Корвус! Как ваше здоровье?

— Не жалуюсь, — отозвался старый маг. — Вот, поручил ученику наварить зелий, а сам решил проверить, что за магические всплески были ночью на окраине. Я их почувствовал, но уже был в пижаме, поэтому никуда не пошел.

— О, это я тренировалась, — успокоила старика Адалинда, — и немного не рассчитала силы.

— Очень похвально, девочка! — просиял Корвус. — Ты исключительно талантлива, как и твоя мать. Жаль, что с ней так вышло. Ну да ладно, если мне ничего не нужно проверять, то я вернусь к себе. Парр, наверное, скоро заварит чай.

— Он же зелья варил, — вставил я.

— Зелья, чай — какая разница? — отмахнулся Корвус. — А если к чайным листьям добавить пару каких-нибудь ингредиентов, то вкус станет только пикантнее!

— Ага… — спорить я не стал.

Волшебник помахал нам на прощание и направился обратно домой. Я растерянно посмотрел ему в след, а потом обратился к спутнице:

— Он не выглядел удивленным.

— Проклятье спало и все вспомнили обо мне, но без деталей. — Пояснила ведьма. — Для них я как будто все это время жила по соседству.

— Привет, Линда! — пробегающий мимо в обличие волка Михаэль помахал ведьме лапой и приветливо оскалил окровавленные клыки. — И тебе привет, Злой!

Оборотень промчался мимо прежде, чем мы успели хоть что-то ответить. Следом за ним бежала грузная женщина, от топота которой дрожала земля. Мадам с серой кожей была трехметрового роста и весила килограмм пятьсот. Она размахивала огромной скалкой и орала:

— Вторая курица за три дня! Вернись и заплати, псина блохастая!

— Я все верну-у-у-у! — завыл в ответ Михаэль и скрылся за поворотом.

Мы с Адалиндой посмотрели вслед бегущим, переглянулись, пожали плечами и продолжили путь. Вскоре кривая привела нас в самое злачное место во всех Лесных далях — таверну «Вкусная щечка».

За стойкой бара стоял грузный бородач. Он приветливо улыбнулся нам и вновь сосредоточился на стирании с кружек несуществующих пятен. Трудолюбивый мужик. И чистоплотный. Уважаю.

— Приветик! — не успели мы сесть за столик у дальней стены, как к нам уже подскочила троллиха-подавальщица. — Чего изволите?

— Кувшин вина и сыра, — незамедлительно заказала Адалинда.

— Сейчас же утро, — заметил я.

— Точно. — Спохватилась ведьма. — Тогда — два кувшина!

— Не изменяешь себе, да, Линда? — троллиха тоже никак не продемонстрировала удивления при виде ведьмы. Дождавшись утвердительного кивка и приняв заказ, она повернулась ко мне. — А тебе что, дружок?

— Чай.

— Ску-у-у-к-а-а, — протянула Адалинда.

— С меня пока хватит веселья.

Заказ нам принесли довольно быстро. Пока я хлебал горький насыщенный напиток. Адалинда в мгновение ока расправилась с одним кувшином. Вино вошло, что называется, как в сухую землю. А вот дальше она откинулась на удобном стуле и начала смаковать ароматное угощение, то и дело заедая его мелкими кусочками белого сыра с травами.

Правду говорят: человек, у которого нет ни машины, ни семьи — практически беззащитен перед алкоголем.

— Как мне этого не хватало, — блаженно зажмурилась ведьма. — Знаешь, в жизни кошки так мало радостей.

— Есть, спать и бегать за клубочком?

— Почти, — она сделала неторопливый глоток.

— Кстати, об этом, — вспомнил я. — Почему ночью ты два раза превращалась в кошку?

— Слишком много времени провела в этом облике. После кошки, спать человеком не слишком-то удобно — руки и ноги мешаются, нельзя свернуться в клубочек и закрыть нос хвостом.

— А ко мне зачем приходила?

— От тебя исходит много тепла, — она лукаво подмигнула мне и придвинулась ближе.

— А от тебя исходит запах бухла, — хмыкнул я.

— Завидуй молча!

— Ага, — я сосредоточился на чае.

Раньше вот не понимал этот напиток. Зеленые листья в воде — ерунда какая-то. То ли дело черный чай, с лимоном, имбирем и сахаром! А если еще бутеров с колбасой и сыром наделать — одно загляденье.

Но потом как-то распробовал зеленый чай. На удивление со второго раза понравилось. И сахар не нужен. Сидишь, пьешь, вдыхаешь аромат и думаешь о том, о сем. Особенно, когда никто не мешает…

Так как других клиентов в таверне не было, троллиха подавальщица уселась за наш стол и принялась непринужденно болтать с ведьмой. Говорили они о всякой ерунде: шмотках, парфюме, вине и других женских штучках.

Мне это слушать быстро надоело, поэтому я прихватил чай и отправился на улицу, где на широком крыльце стояло несколько кресел-качалок. С них открывался вид на узкую полоску пляжа и бескрайнее синее море.

Я как раз собирался им насладиться, но Адалинда окликнула меня буквально на пороге:

— Милый, — проворковала она, — прошу, никому не