Новая жизнь. Финал (СИ) - Хонихоев Виталий

— Не вздумай! — предупреждает меня она, не разрывая объятий и все еще крепко прижимая меня к себе: — никаких повторить! Мне достаточно…

— Ну… если ты так считаешь, то кто я такой…

— Ты еще хуже Зрячего — утверждает она, вжимая свое лицо мне в плечо: — еще хуже. Я знаю, что ты меня обманул, что все подстроил, что я испытала худшие два часа в своей жизни и все благодаря тебе! Но… почему-то я не могу на тебя сердится.

— Это все гормоны, дорогая. Сперва ты поверила, что умираешь… а потом — оказалось, что ты жива. Выброс гормонов, нейромедиаторов и черт знает чего еще — кратковременная эйфория, а тут я рядом, знакомое лицо. Подсознание крепок связывает пережитое со мной… мне просто достаточно оказаться рядом, когда ты открыла глаза… — отвечаю я.

— И зачем ты все это мне говоришь? — спрашивает она, наконец немного отстранившись: — ты бы мог и промолчать… ты сам развенчиваешь свою сказку.

— Ну нет. Мне чужих заслуг не надо, это раз. А во-вторых — чтобы показать тебе, как это действует. Даже если ты знаешь, как именно это действует и что тебя обманывают — ты ничего не можешь с собой поделать. Вот ты — знаешь, что ситуация была создана искусственно, что никакого землетрясения не было — но ты все равно испытываешь то, что испытываешь. Ты не можешь убрать гормоны из своей крови. К сожалению, это работает именно так, независимо от нашего холодного, рационального мышления… и вынужден тебя разочаровать, такого мышления у человека нет вовсе.

— Ты хочешь сказать… что я зря так обижалась на маму все это время? — задумывается Натсуми: — что у нее, по сути, не было выбора?

— Вот чему не устаю поражаться — так это твоему уровню интеллекта. Ты невероятно умна и очень быстро заглядываешь в самые глубины… — качаю я головой: — правда это же является и недостатком… впрочем об этом позже. А сейчас я беззастенчиво использую остатки гормонов в твоей крови, чтобы закрепить твое отношение к нам… и оставить приятное послевкусие… ах, да, а еще — отпраздновать. Ничто так не бодрит, как близость смерти, нэ?

— Что? Праздник? — спрашивает она, но я уже встал и сделал шаг назад. Дверь в комнату открывается и где-то далеко, фоном — звучит музыка. Нет, не фанфары — спокойная музыка, флейта Просветленного, именно этот звук должно быть и слышал Гаутама, сидя под деревом в долине Бодхи… в открытую дверь входит Томоко, она несет торт со свечами, за ней — Наоми, Шизука, Мико, Бьянка и Рыжик, Сора-тян со своим неизменным боккеном, Косум и конечно Мидори.

— Натсуми-тян! — громко говорит Томоко, держа торт перед собой: — я всегда восхищалась тобой! Ты всегда была чем-то недосягаемым… а я хотела уметь так разговаривать с людьми, как ты, хотела быть хоть чуточку похожей на тебя! Правда я думала, что ты — холодная стерва, прости меня, Натсуми-тян. Но сегодня я поняла, что ты — такая же как мы все. И что тебе тоже нужны друзья. Спасибо тебе за это знание! И… поздравляю с началом новой жизни! — она оглядывается по сторонам и делает шаг назад. Вперед выступает Наоми, наша староста, она в обычном летнем платье, в руках она держит разноцветный цилиндр хлопушки, на голове у нее — картонный разрисованный конус с надписью «С днем рождения!».

— Натсуми-сан — говорит она: — мы с тобой в чем-то похожи. Ты, как и я — следуешь правилам, ты, как и я — бунтуешь против них. Я… уже знала, что ты — не такая как все. Я жила свою жизнь рядом с тобой, параллельно. Спасибо Кенте, благодаря ему наши судьбы переплелись, и я благодарна ему и тебе за это. Сегодня, в день твоего нового рождения — я хочу пожелать тебе прожить эту жизнь ярко и запоминающе! И чтобы никто и ничто тебя не сдерживало! И… чтобы твоя судьба и твоя жизнь — все так же были переплетены с нашими. С моими. — она тоже делает шаг назад. Оглядывается. Вперед выходит Шизука.

— Ты… ничего — говорит она: — смотри у меня… — и она делает шаг назад, уходя за спины и растворяясь в воздухе.

— Это было сильно — комментирует Натсуми, но вперед уже выходит Бьянка.

— Я вообще не понимаю, почему я выступаю после всех? — ворчит она: — ну и что, что одноклассники? Я вот понимаю тебя, На-тян, лучше всех них. Я даже дала тебе поиграть со своими игрушками… хорошо, что ты не испортила мой puddin' пока играла с ним… но на будущее — спрашивай разрешения, ладно? И… пожалуйста пойми, что мир — это куда как больше, чем «Общество Истины» или просто Япония, или даже вся планета. У тебя так много всего впереди… ты можешь устроить кавардак в мировом масштабе… а я тебе помогу. Ты мне нравишься, На-тян, ты напоминаешь мне меня в молодости, такая же беспринципность и такое же рвение в деле наведения беспорядка и хаоса. У тебя хорошие задатки и я… чего ты мне кулак показываешь, puddin'? Что значит «не поощряй ее»? Сам сказал — надо подбодрить, вот я и подбадриваю. Короче — ты теперь моя подружка, На-тян, а знаешь, что это значит? Это значит, что ты не избавишься от меня, даже если умрешь. И… я очень большая собственница… раз уж ты — моя, то жить ты будешь долго. А если в течение этой жизни будешь себя хорошо вести, то я буду давать тебе свои игрушки… поиграть… — Бьянка делает шаг назад и приваливается к стене, сложив руки на груди.

— Натсуми-тян! — выходит вперед Мидори: — извини меня, пожалуйста! Я не думала, что это будет… так травматично. Но это пошло тебе на пользу, у тебя были явные изменения в психике, и обычная психотерапия не помогла бы, ты слишком умна и цинична… нам потребовались бы годы… а я хочу, чтобы ты жила и наслаждалась силой и красотой своей Юности прямо сейчас! Я не знаю, есть ли у тебя эти годы, или нет, но я совершенно точно знаю, что терять их сейчас — преступление! Я и сама в юности совершила немало ошибок и наделала немало глупостей и сейчас — твой черед. Соверши свои собственные ошибки, наделай своих собственных глупостей! Ты же знаешь, что двери моего дома всегда открыты для тебя и там, за этими дверьми — всегда найдется одна старая женщина, готовая подставить плечо и дать совет, выслушать и не осудить, сварить твой любимый кофе и поддержать в любой ситуации. Так что… с днем рождения тебя, с новой жизнью… и не забывай о своей школьной медсестре, заходи иногда в гости… — по щекам у Мидори-сан текут слезы, и она поспешно вытирает их белым платком, делая шаг назад.

— Спасибо, Мидори-сан — шепотом отвечает Натсуми и я вижу, что ее глаза покраснели.

— Я не знаю тебя близко, Натсуми-сан — делает шаг вперед Сора: — кто ты такая и что ты из себя представляешь. Но… я была рядом с Кентой на шоу и каждый день ему на телефон приходили твои голосовые сообщения. Я не знаю, что ты говорила в них, но я видела, как эти твои сообщения помогали ему, он словно светился изнутри. Поэтому я не знаю тебя лично, Натсуми-сан, но я знаю Кенту. А ты — важный для него человек. И любой иной человек, который доставил бы ему столько боли и неприятностей — испытал бы на себе мой гнев. Но ты — близкий человек, а близкие люди всегда причиняют боль… и эту боль нельзя просто отбросить в сторону. Эту боль надо пережить и стать лучше. Для этого и нужны близкие люди… я не испытываю пиетета на пустом месте, просто так — ни к кому на свете. Как говорил Миямото Мусаси — даже если сам Будда встанет на пути мечника — рассеки его. Никто на свете не может заставить меня поклонится ему силой… но поклониться силе… внутренней силе человека, испытавшего смерть лично… поздравляю тебя, Натсуми-тян… в день твоего нового рождения. И с новой жизнью тебя. — Сора-тян кланяется, и выпрямляется. Она глядит серьезно и строго, ее глаза сухи.

— Позвольте и мне — делает шаг вперед Косум: — знаешь, На-тян, а я тебя по-другому представляла. Ты — мелкая манипуляторша и эгоистка, которая пыталась подставить всех нас под молотки. И если бы ты не умерла в той шахте лифта, то познакомилась бы с моими кулаками, а это не самое лучшее блюдо на свете. Тебе жутко повезло, что этот малый — тебя любит и ценит. На мой взгляд — ты не стоишь такого внимания… но не мне решать. Я бы многое высказала прежней тебе… но прежняя ты умерла. А тебе новой… тебе новой я хочу сказать следующее — ты пришла в новую жизнь с огромным преимуществом, которого обычно не бывает у тех, кто только что родился. У тебя уже есть много друзей и близких, у тебя огромный кредит доверия от Кенты, кредит, который не получить никому и никогда. Он есть только у тебя. Не знаю, насколько ты его заслужила, но постарайся не профукать его, ладно? У тебя сегодня появился еще один шанс… не упусти его. Это шанс не на то, чтобы выиграть в лотерею миллионы или поездку на острова. Это шанс прожить жизнь достойным человеком. Ведь — как правильно говорит мелкий — все мы умрем, вопрос только в том — как. И когда в следующий раз костлявая придет за тобой — я хочу чтобы ты не ныла и не плакала как мелкая сучка, а встретила ее с гордо поднятой головой и расправленными плечами, глядя ей в глаза! Потому что ты прожила остаток жизни достойно! Потому что ты — часть моей семьи, а у меня в семье трусов нет! — Косум трясет головой и складывает руки на груди: — поняла, мелкая засранка⁈