Тафгай - Владислав Викторович Порошин

кольцом на безымянном пальце, на которое я обратил внимание только сейчас.

— Хорошая у вас здесь медицина, — сиплым голосом пробормотал я. — И главное действенная. А я ещё там умирать не хотел, переживал.

— Типун тебе на язык! — Наигранно возмутилась врачиха. — С ума сошёл — умирать! Ты у нас на заводе один из самых полезных мужиков.

— Так это завод? — Пробормотал я, вставая с кушетки. — А я думал, что попал в колхоз, комбайнёр механизатор. Первого сентября буду здесь, на кушетке, в полной боевой готовности, а то как-то неудобно сегодня получилось.

Я медленно проследовал за дверь врачебного кабинета, и лишь в коридоре посмотрев на табличку, узнал, что меня сегодня «поставила на ноги» медицинская сестра — Ладина Ольга Борисовна. Затем повинуясь рефлексам своего тела, которое лучше меня знало, куда надо идти, и что делать, пошаркал по старому линолеуму на приглушённые звуки работающих заводских цехов.

Сейчас, для себя, мне срочно требовалось придумать хоть какие-то правила игры. Первое: если это не рай и не ад, то, скорее всего чистилище, или что-то наподобие промежуточного потустороннего мира. Плохо я знаком с учением о реинкарнации. Но всегда верил, что после смерти жизнь души не прекращается. И вот я в этом убедился. Но самое интересное — как тут всё натурально! Какие губы, язык и рот у этой чудесной медсестры. Никакой разницы с земными женщинами абсолютно! Через день обязательно зайду ещё раз и проверю — подтвердятся мои ощущения или нет.

«Второе: что за тело мне досталось после смерти? Вроде сейчас как я и покрепче, да и помоложе», — с такими мыслями я прошаркал на ватных ногах в туалет. Внимательные внешний осмотр выявил ряд значительных перетурбаций. Лицо — сходство есть, примерно таким я и был лет двадцать пять назад. Тело — сходство тоже имеется, но подкачаться чуть-чуть не мешает. Я когда в Америке играл, то был более физически мощным.

«А может быть, я попал в какой-то мир, где ходят одни аватары! В игру! — осенило меня. — Вывод, значит, будет такой: делаю вид, что я ничему не удивлён, всё мне здесь знакомо. А дальше разберёмся!»

Третье: нужно срочно разобраться, где я живу, и как происходит энергетическая подпитка организма-аватара? Через еду или нужно найти какую-нибудь бракозябру и её поймать?

От всех этих почему и как — у меня закружилась голова и я, открыв кран с холодной водой, так как другой тут не было, засунул голову под струю.

— Тафгаев! Вот ты где бездельник! Почему не на рабочем месте? — Закричал какой-то мелкий, но крепенький аватарчик.

«А можно здесь тех, кто неприятен — мутузить битой, ножом или кулаком, если ничего нет под рукой?» — подумалось сразу, как только я увидел этого въедливого и вредного мужичка.

— У меня справка, освобождение от работы, — я достал из широких штанин медицинский заверенный печатью документ. — И на будущее, если мы ещё раз пересечёмся, случайно, и ты позволишь себе на меня гавкать, я тебе нос сломаю.

— В милицию захотел? — Пискнул мужичок, отступив от меня на пару шагов.

— То есть ты хочешь сказать, здесь и милиция есть? А может быть, и суд тоже с правительством? — Удивился я. — И кто тогда здесь самый главный?

— Кто самый главный?! — Взвыл перепуганный бедолага. — Леонид Ильич Брежнев — Председатель Президиума Верховного Совета СССР!

— Эпическая сила, — причесал я пятерней свои мокрые волосы. — Вот это попадосий! И капиталисты тоже имеются?

— Теперь верю, что у тебя с головой что-то повредилось. А может ты пьяный?! — Опять взвизгнул вредный коротышка. — Ладно, иди домой, пока. Но разговор ещё не окончен. Ты ещё по делу гражданки Марухиной перед товарищеским судом предстанешь!

— Уймись уже мужик, чего привязался, я здесь первый день, — я посмотрел на него, как удав на кролика. — У вас здесь всех в первый день по судам товарищеским таскают с Марухиной вашей?

— Иди на хер, — протараторил аватар и быстро выбежал из туалетной комнаты.

Примерно минут сорок я потратил на то, чтобы разобраться, как правильно руководить данным мне телом то есть аватаром. Нужно было просто расслабиться и дать телу команду — хочу в душ. И оно само вело меня мыться. Потом — хочу переодеться. И из нескольких десятков железных шкафчиков мое тело отыскало мой собственный. Наконец я потребовал — хочу выйти с завода. И мой аватар повёл меня на проходную. Там я немного начудил, не мог долго разобраться, куда вставлять пластмассовый с фотокарточкой пропуск. Кстати, на нём я и прочитал, что лет мне — двадцать пять, и зовут меня — Тафгаев Иван Иванович. И если имя с отчеством поменять местами, а фамилию не трогать — то моё ФИО будет один в один, как там на земле. Чудеса!

С мыслями о том, что нужно как можно больше узнать об этом потустороннем мире, я купил несколько газет в киоске «Союзпечати». И удобно разместившись около фонтана напротив памятника Ленину на проспекте его же имени, я углубился в чтение последних новостей.

В общем, прав был коротышка. Весь этот потусторонний мир — это копия 1971 года, где в телевизоре по всем каналам сидит Брежнев, а «Международная панорама» клеймит позором загнивающий капитализм. И живу я сейчас в городе Горьком. При этом зачем-то работаю на одноимённом предприятии, где клепают отечественные авто.

Что это значит? Врали всё там, на земле, мистики и хироманты всякие, буддисты со своим колесом сансары. Вот она потусторонняя жизнь — кипит, шумит, пылит, воняет, стучит, бибикает, вот только женщины одеваются лучше. Все в мини платьях, в туфельках на каблуке, и с причёсками с химической завивкой. И самое главное вся эта красота идёт на вторую смену и мне улыбается. Ну и я тоже всем подмигиваю, и машу рукой, как своим хорошим подружкам. Плохо, конечно, что умер, но с такими красавицами можно пожить и пожить хорошо, хоть и не в раю!

— Ванюша привет! — Крикнули мне красотули разного роста и телосложения.

— Привет мои хорошие! — Выкрикнуло вместо меня моё вдруг взбодрившееся в разных местах тело.

Глава 3

После прочтения советских газет, в пику совета