Вестник Креономикона - Александр Го

нижней челюсти. Астро с восхищением разглядывал континент хоть и не размеченный на границы, но богатый на резные детали и примечательные пометки. Изображения разных животных обозначали ареал, рука мастера хорошо передала горные хребты, крупнейшие леса и реки.

Крейстиц встал из-за стола и подошёл к Астро.

— Ты проспал даже дольше, чем твой юный товарищ, мы с ним уже пообедали, — сказал торговец без упрёка, просто высказав факт.

— Гил уже проснулся? — удивился Астро, потому что, как ему показалось, за всё время путешествия мальчишка спал по возможности очень долго и даже на ходу его часто клонило в сон — не удивительно, ещё совсем ребёнок.

— Да, он попросился осмотреть внутренний двор, моя прислуга за ним присмотрит, не волнуйся. Тебе понравилась эта карта Землераздела? — с многозначительной улыбкой спросил Крейстиц.

— Да, нужно отдать должное мастеру, невероятный барельеф.

— Поверь, я отдал ему должное и даже больше, — усмехнулся Крейстиц. — Я ведь не только торговец, но и немного коллекционер, хотя, я думаю, ты понял это сразу же, как сюда вошёл.

— Да, это заметно, — согласился Астро кивнув. — А почему Землераздел?

— Почему? Хм… Так называется наш континент, и это знают все, даже дикари из Окраинных Земель, — удивлённо ответил Крейстиц и даже с некоторым сомнением посмотрел на гостя.

— Да, я знаю, — поспешил оправдаться Астро. — Я имел в виду само название, откуда оно произошло?

— Хм, ну, на этот вопрос хорошо отвечает наша мифология, — задумчиво ответил Крейстиц. — Некоторые детали, конечно, неведомы простому люду, но они не особо-то этой мифологией и заинтересованы. Пройдём к столу, я с радостью расскажу тебе парочку историй, раз уж тебе интересно, да и просто переговорим.

Произнеся свои «просто переговорим», торговец еле заметно хитро сощурился, и сразу же прояснилось, что за радушие и гостеприимство потребуется плата. Но какая? Немного подумав, Астро не нашёл ничего ценного, чего бы он мог предложить этому человеку, который наверняка рассматривает его как простого человека, который каким-то образом сблизился с Ринной.

Они уселись за стол, Астро набросился на еду, немного остывшую, но всё ещё ароматную и выглядящую аппетитно. Стол полнился морепродуктами: некоторые из них выглядели незнакомо, и Астро не прикасался к ним, потому что попросту не понимал, как такое есть. Однако была и привычная красная рыба, вареные крабы и даже икра, красная крупнозернистая. Здесь нашлось много мясных блюд в основном в тушёном виде, и с овощами, над всем изобилием возвышалась тройка графинов с напитками, один из которых привлекательно отливал тёмно-красным цветом. Именно к этому графину сразу же потянулся Крейстиц.

— Предлагаю выпить вина, некоторые знающие говорят, что оно полезно для здоровья, — предложил торговец и, не дожидаясь согласия, разлил напиток. Астро не возражал. — Скажи, как там поживает Ринна? Давно вы знакомы?

— Не слишком давно, — честно ответил Астро и, чувствуя некую проверку со стороны хозяина дома, добавил. — Мне кажется, она слишком добра ко мне и завышает мои заслуги.

— Она добра ко всем, не зря её второе имя — милосердие, — заметил Крейстиц с улыбкой.

— Дел у неё сейчас немало: нескончаемый поток беженцев и разрастающийся лагерь вокруг церкви. Приходят всякие люди, не всегда честные, но благо у неё есть защитники. — Упоминать про мародёров с перерезанными глотками Астро не захотел, хотя залитая кровью сцена вновь предстала перед его глазами. Вино очень походило на кровь, Астро быстро перехотелось пить.

— Да, времена настали тяжёлые, — произнёс торговец, вздохнув, и пригубил бокал. — Раньше жилось как будто бы иначе, хотя, наверное, это лишь иллюзия. Ах да, я обещал тебе рассказать про Землераздел. Есть много историй, причём записанных умными людьми в толстенные книги. — На долю секунды от слов торговца Астро затошнило, перед глазами вновь появилась книга в кожаном переплёте. Стоило только моргнуть, и наваждение рассеялось. — Мне больше всего нравится история приземлённая, изложенная в форме поэмы в сборнике, популярном среди читающих. — Говорил это торговец с гордостью, особенно выделяя «читающих». — Там сказано про то, как наш мир зародился естественным порядком течения времени, а Всесоздатель лишь пришёл сюда, обладая знанием, и выступил архитектором, но это ни в коем случае не умаляет его значимости. Да простит меня Всесоздатель и Ринна Милосердная. Бог создал много существ, и человек среди общего обилия и многообразия был обычной поначалу не слишком сильной и умной букашкой. Самые сильные на те времена создания затеяли разрушительную войну и разгневали Всесоздателя, тогда он ударил по континенту, отчего окраины, населённые сильнейшими его детьми, откололись и часть этих осколков разнесло по океану, а часть осталась у берегов в небольших архипелагах. Кто-то даже считает, что есть и другие континенты, так далеко, куда не заплывают даже лучшие корабли и мореплаватели. Божественный гнев сразу не смог остановить все войны. Его создания — Его дети не понимали столь явных знаков, либо не хотели понимать. Разгневавшись во второй раз, Всесоздатель достал огненный хлыст и рассёк нашу землю так, что взбугрились высокие горы и разошлись огромные расщелины. Если посмотришь на барельеф, то увидишь горную гряду, что тянется через весь континент. Так, враждующие силы оказались разделены горами, именно из-за этого нашу землю называют Землеразделом. Однако… — Торговец вздохнул, и Астро воспользовался паузой, чтобы высказать своё предположение.

— Войны не закончились, и Всесоздатель разгневался в третий раз?

— Да, всё верно! — воскликнул Крейстиц схватив воздух в кулак, и топнул ногой под столом, то ли обрадовавшись догадливости гостя, то ли высказывая полную поддержку богу.

— На третий раз он уже не стал колотить бедную землю, зато извёл всех враждующих и сеющих насилие существ. — Крейстиц оказался хорошим рассказчиком, его голос становился напряженнее, и громкость нарастала, а там, где нужно было снизить накал, голос немного замедлялся и утихал. — Однако очень скоро Всесоздатель понял истину, в те времена, неведомую даже ему: всякое существо рано или поздно начинает творить насилие, ведь за счёт этого оно и развивается. Люди, ставшие на долгое время его любимчиками, со временем из миролюбивых существ превратились в нас. — Крейстиц тяжело вздохнул, пожал плечами и поморщился. — Какие мы есть, думаю, тебе не нужно рассказывать. На этом вмешательства бога прекратились. Наверное, он разочаровался — и правильно. Ринна сейчас бы осудила меня, но я бы и не стал говорить при ней подобного, ведь её церковь и вера стремится к тому, чтобы вернуть нам всем милость Всесоздателя.

— Вы не похожи на глубоко верующего человека, — осмелился высказать свои мысли Астро.

— Да, наверное, но всё же я верующий, иначе бы не выделял деньги на содержание церкви Ринны Милосердной. Да-да, поэтому мы с ней знакомы