Лишний свиток - Антон Чернов

жути, просто прогорающие у меня в руках, уставились на меня с вопросом.

— Это… — осторожно отпустил я слегка обожжённые ладони.

Сгоряющие трупы остались висеть, внимательно внимали.

— Это там, — окинул я рукой склоны. — Враги. Жрать-жрать. А этих — не жрать, — потыкал я в нордов и купца с магичкой. — Вперёд!

На эту дурацкую команду пылающие и постепенно осыпающиеся пеплом огненные умертвия кивнули и, в тишине, рванули к склонам. И начали там заметную вспышками пламени и воплями заживо сжигаемых веселуху.

— Это ты с огненного плана элементалей дёрнул. И в трупы вселил, — растерянно констатировал Анас. — Никогда о таком не слышал! Атронахи — понятно. Но духи в тело? С огненного плана? Хотя они тебе не подчинены, по-моему, — копошился он ошалело. — Пришли на зов, приняли условия. Всё-таки ты — даэдра. Для них — тоже, — бормотал Анас.

Я обернулся, несколько утратившая в стервозности Листа пучила на меня глаза, но кивнула и занялась дырявым Вурваром. Который глаза демонстративно закатывал и страдал ещё более ответственно, чем раньше. Норды в ногах копошились, и я отошёл от греха подальше: очнутся, полезут благодарить, с обнимашками там… Нафиг, в общем, знаем мы эти обнимашки.

И сил становится всё меньше, отметил я накатывающую слабость. Стрелы в нас не летели, фигур не было, но вспышки-отсветы на скалах показывали, что порождения моего сумрачного всего продолжают веселуху.

— Слетаю, проверю, — оповестил Анас. — И отзывай меня, как покажусь. Что-то тебе неважно, перенапрягаешься, — покачал он черепом.

— Капитан на мостике, — устало констатировал я, на что мертвечина развела костяшками, мол, есть как есть, и улетела.

Вскоре вернулась, помотала башкой, после чего я его отозвал, чувствуя себя совсем усталым. Впрочем, через полминуты мне стало полегче, а через минуту ко мне подлетел объятый пламенем покоцанный череп, держащий в руках полузапечённую, полуобугленную руку. Уронил её мне к ногам, кивнул и рассыпался пеплом и искрами.

А я присел на дорогу — реально было неважно. Но заржал совершенно искренне.

— Что с вами, Рарил? — послышался профессионально-эскулапский вопрос от Листы.

— Нормально со мной. Мой призыв со мной поделился, — поднял я вкусняшку и помотал в воздухе.

В ответ послышалось мычание, но в итоге — ржач. К которому постанывающе присоединился Вурвар и покряхтывающие, но поднимающиеся на ноги норды — пришли в себя, симулянты.

— Да, благодарю вас… Благодарим… Вы достойно выполняете контракт, уважаемый Рарил, — послышалось от спутников.

Ну и начали разбираться. Ущерба мы, кроме стрелы в бедро (жалко, что не в колено) Вурвира, караван не понёс. Артефактные стрелы, видимо, были у лучших стрелков эшлендеров. Это племя этих хипарей-кочевников на нас напало, как экспертно заявили спутники. Очень не повезло с эшлендерами, повезло с замечательным мной.

Хотя отношение явно поменялось — тот же Вурвар не трындел и старался на меня не смотреть. Листа — зыркала заинтересованно исподлобья. Нордам, правда, было пофиг — поспасибкали, да и повели повозку дальше.

И через полтора часа мы пересекли бежевый, с округлыми и грибообразными колоннами, мост. А река, делая петлю, разделяла на две половины город, заполненный бежевыми же, от одного до трёх этажей высотой, округлыми домами. Такая, купольная, бежево-кремовая, с элементами византийщины из-за округлости и парапетов архитектура. Более “человеческая”, чем редоранская, прямо скажем.

И никаких крепостных стен. Просто начинается город, мощёный, с набережной, без предварительных ласк. Правда, река была в этаком неглубоком каньоне, стены которого ограничивали-ограждали Балмору с двух сторон. Но с двух оставшихся — просто пустота в плане защиты. Но магия, наверное.

И не успели мы вступить на мостовую с дороги — появились трое данмеров в кожаных доспехах. Зыркнули и утопали. А Вурвар, постанывая, нарочито слабым голосом проблеял:

— Уважаемый Рарил, подойдите. Я не имею сил встать, из-за раны…

— Которая получена вследствие вашего выбора маршрута, — вежливо заметил я, сползая с телеги и подтопывая к оной.

— Это… неважно. Мы дошли, — страдальчески закатил глаза Вурвар. — Вы выполнили свои обязательства, время выполнить мои, — страдал он.

Покопался в каменном сундучке и выдал мне немаленький кошель из кожи.

— Две сотни дрейков, почтенный Рарил, ваш гонорар, — озвучил он, с надеждой смотря на меня.

Но я на его надежды клал вприсядку. Был разговор о надбавке за риск? — Был!

Причём, если бы этот риск появился из-за какого-то форс-мажора — я бы если не забил, то посочувствовал в умеренной форме раскулачиваемому мной купцу. Но в текущих раскладах этот придурок чуть сам не угробился и нас не угробил. Так что смотрел я на него с мордой алчной и требовательной, без всякого снисхождения.

Вурвар вздохнул совсем печально, приоткрыл сундук и стал в нём копаться.

— Две сотни дрейков — премия, — сухо бросил он, не протянув, а бросив кошель, который я поймал.

— А вот швырятся не надо, Вурвар,— отметил я. — Сами виноваты — дошли бы спокойно в обход. И денег бы сэкономили, и стрелу в жопу бы не получили.

— В бедро! — возмутился Вурвар.

На что я подошел к телеге, преувеличенно внимательно осмотрел купца и озвучил:

— Не заметил. Впрочем ладно, вы дошли. Прощайте, Вурвар, прощайте, Листа.

— Прощайте, Рарил, — кивнула ехидно скалящаяся магичка, пока Вурвар переживал то, что его, задницу такую, опознали.

— Прощайте, Шор и Кайлен, — кивнул я.

— Погоди, маг Рарил. Наша благодарность. И погоди, — потопал ко мне норд.

А я напрягся, прикидывая, не сигануть ли мне с недалёкой набережной в реку, если норд вознамерится со мной прощаться “по-брежневски”. Но — пронесло. Подтопавший норд протянул звякнувший холщовый мешочек, как бы не побольше, чем один от Вурвара.

— Твоя доля с трофеев, маг, — пояснил он. — Честная половина, — слегка поклонился, скорее, кивнул он, всучил мне мешок и потопал к телеге.

А слона-то я и не замел, задумался я, наблюдая, как телеги двигают по набережной вглубь города. Ну… и хрен с ними, а я на месте, логично заключил я, поправляя мешок с поклажей и ныкая богатство за пазуху, под жилетку.

Так, а дальше-то что? Как-то вокруг никто не орёт: “тебе сюда, Рарил!” — и вообще ценных указаний не наблюдается. Редким прохожим на меня, похоже, наплевать. Как и страже — ходит троица в отдалении, лениво так, по набережной.

Так, надо в какую-нибудь гостиницу, прикинул я. Нумер снять и