Лишний свиток - Антон Чернов

вкусно пожрать всегда хорошо. А мертвечине — шиш а не напоследок, заключил я и захихикал.

Ситуация — блеск. Я намстить мертвечине могу, если захочется. Воздержанием, лечебными голодовками, невкусными диетами. В общем, негативными ощущениями себя любимого. Так что пусть живёт ненамщённым, как дурак, резонно заключил я.

В столовке было пусто, какая-то заспанная девица уронила на стол моё пропитание. Чудом на стол, а не на меня. Да и не меньшим чудом не свалилась вслед за деревянными тарелками.

Но, всё же, еда оказалась на столе и не на мне, ОЧЕРЕДНАЯ незапланированная девка на меня не свалилась, так что принялся я хрустеть пропитанием.

А через несколько минут подвалили спутники. Норды всё так же сурово, брутально и пида… боевито жрали, не обращая на окружающее внимание. Листа, небрежно кивнув, ковыряла какой-то салатик из мяса с мясом под мясным соусом. Видно, аппетита не было. А вот Вурвар был неестественно бодр и весел, жрал и чавкал. И вообще, если подумать, выходило, что этот лопух настоял на глупости, а теперь радостно делает вид, что всё в порядке.

Хотя, слопав серой картошки и какое-то насекомие (креветка-раком на вкус, и соус ничего) я своё похоронное настроение подутратил. Не хрен хоронить себя раньше времени: лучше других вовремя хоронить. И вообще, хотя бы убежать, возможно, смогу. А может, и не придётся.

Выдвинулись, в итоге, на двух повозках. Я с нордами, пристроился сзади, в смысле задней части телеги. Ну и Вурвар с Листой, соответственно. Проехав ворота, я тут же призвал Анаса, который в благопристойном виде духа предка пошебуршал вперёд.

— Разведка! — подал я голос на вопросительный жест Листы.

Магичка понимающе кивнула, да и норды впереди телеги, не оборачиваясь, покивали. Телеги двигались, одинокий скальный наездник даже каркнуть не успел — подавился огненной стрелой и помер. Анас боро сновал метрах в тридцати от нас, впереди. Ко мне всполошенно не возвращался, так что решил я расслабляться и напрягаться по месту.

До места, где напрягаться, мы через часок добрались: относительно невысокий горный хребет, с узким петляющим ущельем, продолжающим грунтовую тропинку. Местные горы, кстати, были не чёрными, а коричневыми, покрытыми мхом, кое-где травой и кустарниками. Древние горы, в общем, а не чёрные заострённые новообразования рядом с роковой дырой.

Соответственно, напрягся я, переместил кинжал поудобнее и стал вращать башкой. Правда, вскоре прекратил — занятие дурацкое, прямо скажем. Анас впереди ситуацию мониторит, просто поглядывать по сторонам — и достаточно. А дёргаться и нервы тратить на бессмысленное дёрганье — а ну его нафиг.

И вот, едем по ущелью уже полчаса, как вдруг ко мне взмельком приближается Анас.

— Завал на тропе, — сообщил он, мотыляя вокруг меня.

— Стойте! — рявкнул я спутникам. — За поворотом завал. Мой дух его обнаружил, сейчас выясню, что там, — на этом я сделал морду говорящего с духами и слышащего голоса.

Спутники затормозили, стали на мою одухотворённую рожу пыриться. Ну а я, с понятным волнением, мысленно трепаться с Анасом.

— И кто нас ждёт? — уточнил я.

— А не знаю, — радостно сообщил Анас. — Может — вообще никто.

— Это, твою призрачную маму, как?! — возмутился я.

— Матушка была бы не против, — противно похихикал Анас. — Та ещё оторва была, трёх мужей пережила, мдя. Дело в том, Рарил, что я не могу от тебя далеко удаляться. И я тебе, бестолковый потомок, об этом сообщал!

— Не ври, не помню такого! — огрызнулся я. — Но логично вообще-то. В общем, врагов ты не чуешь.

— Метров двадцать от завала — нет. Там просто кусок скалы с обломками, посреди дороги. Мог и сам упасть, хотя верится не особо.

— Да уж, непонятно, — признал я. — Ладно, двигаться надо, раз так. Сейчас сообщу этим.

— Разумнее было бы вообще вернуться, — отметил мертвечина.

— А то я не знаю, — хмыкнул я. — Ты это Вурвару скажи, придурку торопливому.

— А он меня не услышит.

— А я-то причём? Меня он слышит, но не слушает, — подытожил мыследиалог я и стал озвучивать для спутников вслух.

— За поворотом на тропе лежит кусок скалы. Мог и сам упасть — дух в окрестностях живых не чувствует. Но он не слишком чувствителен, — невинно отметил я, на что метрвечина заподпрыгивала. — Так что даэдра знает, что там. Что делать будем, уважаемые?

— Не нравится мне это, Вурвар, — подала голос Листа. — Давай всё-таки вернёмся…

— Шутишь? Ну упала скала, мало ли. Сколько проехали. Сейчас посмотрим, Шор и Кайлен справятся с булыжником, — на что норды равнодушно кивнули. — И через полтора-два часа будем в Балморе! — победно заключил Вурвар.

Вот только голосёнка его бодрый в особо патетических местах давал петуха, да и жестикуляция слишком интенсивная. Боялся, морда работорговая. Но нахера он тогда прёт на рожон? Непонятно, даже не особо интересно, но слабенькая надежда на отсутствие рожна теплится. А то купец — хер бы с ним, но из-за него на этом рожне могу оказаться ценный и полезный я!

— Пойдём, маг, — спрыгнул один из нордов с телеги, а за ним второй. — Телеги на вас, господин Вурвар, — бросил норд нанимателю, на что тот суетливо соскочил с телеги и, ведя гуара под уздцы, подсеменил к нам.

И нашего гуара под уздцы взял. Листа же сидела с мордой лица кислой, стервозной, явно на стартовой позиции для “я же говорила!”

Ну да делать нечего, положил я лапу на кинжал да потелепался за нордами, держащими пращи наготове. По чуть-чуть отставая — а ну нахрен мне с этими пид… вояками рядом идти. Их-то за дело убьют, если что, а меня-то за что?

Анас же метнулся вперёд, нарезая круги над скалами. Вурвир с телегами двигался мертах в десяти сзади. Подошли мы к крутому изгибу тропы, норд морду за скалу засунул, там ей повращал. Но не лишился думалки, а распрямился и поманил за собой рукой.

А за поворотом оказался кусок каменюки, длинный, тонкий, просто заклинивший сам себя между стенами ущелья. Вставший аккурат поперёк дороги. Здоровенный. Но не скала непомерная, именно здоровенный булыжник, который, в принципе, с помощью лома и какой-то матери можно и руками в сторонку откантовать.

Хотя и не подъедешь-не объедешь. Норды башками повращали, ну и потопали к булыжнику. А я встал, готовя стрелу, и продолжил разглядывать склоны. Склоны разглядывались,