Дроны над Сталинградом - Алексей Андров

наконец остановился, прислонившись к холодной стене. Его сердце гулко стучало в груди, но он заставил себя успокоиться. Глубокий вдох, затем другой. Внутри всё кипело, но его лицо оставалось холодным.

*****

Работа снайперов под прикрытием дронов Громова начала давать ощутимые результаты. После нескольких успешных операций вражеская снайперская активность заметно снизилась. Немецкие стрелки, привыкшие доминировать, оказались в непривычной ситуации: их позиции вскрывались раньше, чем они успевали закрепиться. Точные удары советских стрелков по вражеским позициям выявленным согласно координатам, полученными с воздуха, вынудили немцев оставить несколько ключевых точек в секторе, которые до этого полностью контролировались ими.

На фоне этой положительной динамики Алексей Громов и техник Дурнев посвятили несколько ночей детальному анализу собранных данных. Снимки, сделанные дронами, позволяли понять, как именно немцы маскируют свои позиции, какие элементы выдают их местоположение и как лучше оптимизировать маршруты беспилотников. Громов сделал вывод, что его аппараты должны не только фиксировать контуры укрытий, но и анализировать изменения в ландшафте, особенно после выстрелов. Это могло бы ускорить процесс поиска стрелков и снизить риск для бойцов на земле.

— Мы должны быть на шаг впереди, — объяснял он Дурневу, показывая на карту с отмеченными точками немецких укрытий. — Если наши дроны смогут в реальном времени распознавать даже небольшие изменения — скажем, сдвинутую часть стены или изменившийся угол тени — мы будем находить их ещё до того, как они сделают второй выстрел.

Дурнев задумчиво кивнул. Он уже видел, как это работает на практике. Теперь оставалось усовершенствовать аппаратуру: улучшить стабилизацию камер, доработать алгоритмы съёмки и наводки, чтобы беспилотники могли действовать быстрее и точнее.

На уровне командования дивизии также не осталось сомнений в эффективности нового метода. На утреннем совещании полковник Пичугин отметил успехи:

— Товарищи, работа снайперов под прикрытием инженерных аппаратов доказала свою эффективность. Это не только позволило нам избавиться от нескольких ключевых стрелков противника, но и лишило немцев их уверенности. Они больше не могут спокойно сидеть на своих местах. Каждый выстрел для них теперь — риск.

Слова полковника были восприняты с одобрением. Командиры подразделений, чьи бойцы непосредственно участвовали в этих операциях, не скрывали радости. Кто-то даже пошутил, что скоро разведывательная рота станет самой спокойной в дивизии — ведь все снайперы будут уничтожены заранее. На этот комментарий Пичугин ответил строго:

— Даже не думайте расслабляться. Немец противник серьезный.

Вечером того же дня в штабе устроили небольшое собрание, где Громов рассказывал о планируемых изменениях в конструкции беспилотников. Молодые операторы внимательно слушали, стараясь запомнить все нюансы.

К концу недели советские снайперы уже действовали с ещё большей уверенностью. Они знали, что дроны Громова укажут им цели, а их собственная подготовка сделает остальное. На некоторых участках фронта немцы вообще отказались от попыток занять высокие точки. Подразделения докладывали о чистых периметрах, а бойцы начали с большей уверенностью двигаться в местах, где ещё недавно господствовали немецкие стрелки.

Всё это вдохновляло не только солдат, но и самих инженеров. Инженер и его команда видели, что их усилия не прошли даром. Теперь они готовились к следующему этапу работы: усовершенствование связи с дронами, модернизация навигационных систем и, возможно, разработка небольших модификаций для работы в ночное время. Их цель оставалась прежней — обеспечить Красную армию таким преимуществом, которое поможет не только защищаться, но и решительно наступать.

Глава XXV. Прибор ночного видения.

В штабе 73-й стрелковой дивизии было оживлённо, несмотря на морозный декабрьский вечер. Полковник Пичугин, командир дивизии, сидел за столом в полутёмной комнате, освещённой лишь лампой "летучая мышь". За его спиной висела карта местности, густо испещрённая пометками. По другую сторону стола стоял Алексей Громов. Инженер вернулся в штаб после очередных запусков беспилотников, и он выглядел уставшим.

— Алексей Андреевич, — начал Пичугин, беря в руки лист бумаги, — настало время перемен. Ваши «птички» уже давно работают не только на нашу дивизию. В штабе армии решили, что вы должны выйти на новый уровень. В дивизии к вам привыкли, и отпускать вас будет нелегко. Но мы все понимаем, что беспилотники должны работать на армию, если не на фронт. Впрочем, у вас все впереди.

Громов молча кивнул. Ему было ясно, что это рано или поздно случится. Полковник продолжал:

— Ваши дроны помогли нам в самые сложные моменты и решали самые разные задачи. Видел, как ваши снимки позволяли артиллерии бить точно в цель. Но вы сами понимаете — война диктует свои условия. Теперь ваши знания и аппараты нужны на уровне всей армии. А может, даже выше.

Пичугин сделал паузу, затем положил лист бумаги перед собой и встал. Он обошёл стол и протянул Громову руку. Тот пожал её, чувствуя, как в этом жесте собралась вся благодарность, которую не могли выразить слова.

— А теперь идемте, — сказал полковник, подмигнув. — Там уже наши ребята приготовили небольшой сюрприз.

Громова провели в соседнюю комнату, где собрались офицеры и бойцы дивизии. На столе стоял самовар, дымилось миски с нехитрой фронтовой едой, нарезано сало и была поставлена фляга медицинского спирта. Старший лейтенант Бойко, который помогал Громову на многих операциях, разлил спирт по кружкам и взял слово:

— Товарищи, я говорить не мастак. Скажу просто: Громов нас не раз выручал. Он не только делал то, что было нужно, но и то, чего мы даже представить себе не могли. А теперь он идёт туда, где его аппараты помогут ещё большему числу людей. За инженера! За Громова!

— За инженера! — подхватили остальные.

Громов только улыбнулся и поднял кружку в ответ. Слова давались ему тяжело, поэтому он лишь коротко сказал:

— Спасибо вам, товарищи. Вы научили меня многому. И я надеюсь, что эти аппараты ещё не раз помогут нам всем.

Боевые друзья-операторы, конструкторы, разведчики окружили Громова, вспоминая, как его аппараты не раз выручали их в самых сложных ситуациях. Один из них рассказывал, как беспилотник вывел их отряд из окружения, обнаружив слабое место в обороне противника. Другой упомянул случай, когда дрон вовремя передал снимки, позволившие избежать засады. Все говорили просто, без лишнего пафоса, но в этих словах звучала неподдельная благодарность.

Ближе к концу вечера кто-то достал гармошку. Бойцы запели тихую песню о доме и родных, и даже Громов, несмотря на усталость, почувствовал себя частью этого сплочённого коллектива. Он понимал, что оставляет здесь не просто коллег, а друзей, с которыми прошёл через огонь и воду.

Когда вечер закончился, Пичугин подошёл к нему ещё