Первый среди равных. Книга X - Жорж Бор

Я уже хотел было ответить, но Бетюжин, понимающе улыбнувшись, добавил:

— Ну и, разумеется, я помню о том, что родовую библиотеку семьи Разумовских практически полностью разобрали представители родов, участвовавших в атаке на ваше имение. Наверняка у прежнего главы рода имелись секретные хранилища с самыми ценными данными. Я даже допускаю, что вы их сразу же нашли, как только вернулись в родовое гнездо, и первый месяц потратили на изучение самого важного. Причём, касательно всех аспектов сразу.

— Примерно так, — улыбнулся в ответ я. В проницательности оборотню отказать было нельзя. Но даже несмотря на клятву крови, всё о себе рассказывать я не планировал. — Мы говорили о моей сестре, Григорий Антонович.

— Княжна Анна Константиновна каждую секунду теряет столько же энергии, сколько тратит на поддержание созданной ей сети, — спокойно ответил Бетюжин. — У меня сложилось впечатление, что эта энергия… не накапливается, а транслируется куда-то вовне, будто ваша сестра пытается кого-то призвать.

Последнюю фразу оборотень произнёс несколько неуверенно, будто сам сомневался в своих выводах.

Учитывая, что у Ани в подчинении было три чудовища четвёртого ранга и выводок «троек», траты на постоянный контроль всего зоопарка владычицы Сумани были просто огромными. И мне сложно было представить, кого именно пыталась привлечь Аня в свою стаю.

Хотя то, о чём говорил Бетюжин, укладывалось в рамки теории энергии, которой руководствовались бывшие Вершители. Основное положение этой методики гласило, что любая структура стремится к завершённости. В случае с обычным одарённым это могло привести к жесточайшему нервному срыву или даже смерти.

Например, Аларак, который обладал склонностью к крайне редкому «завершённому дару», без моей помощи сделать этого никогда не смог бы. И, возможно, всю жизнь подспудно мучился от того, что не может закончить трансформацию.

Нюша в этом плане могла действовать неосознанно — как, в принципе, и во многих других направлениях своей деятельности. На данный момент в доступе моей сестры было четыре хорошо развитых аспекта: земля, которую олицетворяла Шустрик, огонь — в виде четырехрангового волка, пространство от россожей и ментал, который принадлежал самой девочке.

Если прислушаться к словам юриста, то получалось, что Нюша искала пятое звено — пятую часть своего рассеянного по цепочке живых существ дара — чтобы завершить его, привести к состоянию «грязного Эфира».

Если это так, то у нас могли возникнуть очень большие проблемы. Потому что в такой комбинации для завершения «грязного эфира» требовалась Тьма. И Тьмы требовалось очень много.

Если Нюша притянет из ядра аномальной зоны тварь аспекта Тьмы нужного уровня, то это стопроцентно будет «пятёрка». И как она себя будет вести, сказать очень сложно. Потому что чудовища этого аспекта крайне редко бывали дружелюбными или хотя бы нейтральными. А ещё я ни разу не слышал о том, чтобы кому-то удалось их подчинить.

— Я вас услышал, Григорий Антонович, — немного подумав, произнёс я. — Вероятно, сестра пытается дозваться ещё одного зверя в свою стаю. Если вас не затруднит, я хотел бы, чтобы вы с ней поговорили на эту тему. Ну и… роль полноценного наставника тоже хочу закрепить за вами.

— Я займусь этим немедленно, ваша светлость, — кивнул Григорий Антонович. — Где я могу найти Анну Константиновну?

— На данный момент она, скорее всего, потрошит добычу нашего рейда и утаскивает к себе в логово серый кристалид, — ответил я. Только после этого прислушался к сигналам родовой сети и обнаружил, что Аня действительно таскает ресурсы к себе в подземелье. — Если вы прямо сейчас направитесь в Сумань, то сумеете найти её там.

— Благодарю, — слегка поклонился оборотень и направился к своей машине. А я наконец поехал домой.

Внутри было холодно и гадко. Никакого восторга, никакого торжества по поводу нашего «великого достижения» я не ощущал. Такое чувство, будто все внутренности промёрзли насквозь, и я никак не мог согреться.

Источник подрагивал от перегрузки, а сферы разума постоянно деформировались — то возвращались к нормальной форме, то раздувались и вызывая при этом практически физическую боль.

Смерть пыталась устроиться в моём теле, но у неё ничего не выходило. Будто собака, которая пытается улечься на слишком маленький для неё коврик: постоянно выпирали то хвост, то лапы, то голова.

Между тем каждое такое действие требовало от меня небольшого количества ресурсов. Действий этих было так много, и они были настолько разнонаправленными, что я прямо чувствовал, как тают силы.

— Домой, — упав на сиденье машины, приказал я водителю.

Холод распространялся от Источника по всему телу. Леденели пальцы. В какой-то момент я перестал чувствовать стопы. Веки стали тяжёлыми и практически неподъёмными.

Я сам не заметил, как уснул, очнувшись только тогда, когда перед глазами появилось яркое светящееся пятно.

— Привет! — жмурясь от приятных ощущений в тёплом свете чужого дара, произнёс я.

— Так нельзя, Яр, — послышалось откуда-то из пустоты, находившейся за пятном света, голос моей старшей сестры. — Ты себя совсем доконаешь. Как ты умудрился так отравить себя Смертью?

— Пришлось действовать без оглядки на последствия, — ответил я.

Поток света усилился, пытаясь убрать из сфер разума аспект Смерти, но у него ничего не получилось. Даже напротив — давление на новую силу вызвало у меня приступ озноба.

— Не нужно, — попросил я. — Некоторое время тебе придётся потерпеть рядом полумёртвого брата.

— У тебя завтра очень важное мероприятие. Мне звонил ректор МАМИ — у него всё готово. Анатолий Викторович даже прислал мне список гостей, которые уже изъявили желание прибыть на церемонию, — сердито ответила Настя. — Среди них столько знатных людей, что это больше напоминает коронацию Императора. Боюсь, как бы места хватило в главном зале академии.

— Может быть, предложить Кривошееву брать плату за вход? Или билеты какие-то продавать? — усмехнулся я. — Можно неплохо заработать. Я знаю ряд людей, который точно купят билеты в первый ряд.

— Очень смешно, — поморщилась стоявшая рядом со мной Настя. Девушка касалась тёплыми руками моего ледяного лба, и это ощущение стало тем якорем, который вытащил меня обратно в реальность. — Ты лучше думай о том, что будешь делать со своим Источником. Он сейчас похож на тухлую серую кляксу.

— И это прекрасно, — улыбнулся я. — Я думаю, что в ближайшее время я вообще ничего не буду с этим делать.

— Это неправильно, Яр, — предельно серьёзно произнесла княжна. — Ты же понимаешь,