Первый среди равных. Книга X - Жорж Бор

обычным, на каких-то семьсот-восемьсот килограмм драгоценного минерала из аномальной зоны?

— Разница в том, что при хороших условиях малыши будут правильно развиваться, не будут болеть, будут весёлыми и игривыми, — начала перечислять Нюша. Потом девочка ненадолго задумалась и добавила. — А еще они смогут построить прокол в то пространство, вокруг которого стояла та пелена.

В этот момент я замер и озадаченно посмотрел на сестру.

— Ты уверена? — прямо спросил я. — Сколько времени это может занять?

— Я даже еще не получила минерал, — ответила Нюша наморщив носик. — А ты уже спрашиваешь меня о том, до чего смогут развиться Би и Бо. Хотя бы нужно посмотреть, как они действуют в этой среде, и не будет ли им плохо от этого.

— Аня, — вздохнул я.

— Да я все понимаю, Яр, но прямо сейчас я не могу тебе ответить. — честно призналась княжна. — Просто есть ощущение, что все россожи изначально заточены на то, чтобы накапливать ценные ресурсы. Именно они позволяют этим существам строить дальние проколы. А если ресурсов будет очень много, то…

— Не только расстояние, но и границы разных закрытых областей можно преодолеть. — понятливо кивнул я. — Бери столько сырья, сколько тебе нужно. Но через пару дней… хотя бы через пару дней мне нужно знать примерные сроки.

— Я поняла, — кивнула девочка и исчезла.

— Так… — прикидывая дела на этот день, произнес я. — Так, вроде здесь все.

Тут же пришла мысль о том, что в Горынино все еще оставался Егор Алексеевич со своими людьми. Я дождался возвращения Бетюжина, и мы вместе вернулись на базу моей родовой дружины.

Егеря к этому моменту уже были готовы возвращаться в столицу.

— Рад был, что заехали в гости, Егор Алексеевич, — на прощание, пожимая руку командиру егерей, произнес я. — Если вдруг выдастся еще один отпуск, заезжайте непременно.

— Обязательно заеду, Ярослав Константинович, — улыбнулся в ответ Бестужев. — Такой охоты у меня давненько не было. Насколько помню, у вас завтра церемония снятия Права Последнего?

— Все верно, Ваше Благородие. — кивнул я. — На рассвете назначено начало церемонии.

— Загляну посмотреть, — произнес Бестужев. — Очень уж интересно, что скажет чаша по поводу ваших талантов, ваша светлость.

— Самому интересно, — вздохнул я.

Бестужев уехал, и я пришел к выводу, что наконец могу нормально отдохнуть. Миновал полдень, и у меня в запасе был еще почти целый день.

— Григорий Антонович, — посмотрел я на Бетюжина. — Как вы смотрите на то, чтобы перебраться ко мне во владение?

— Это было бы более удобно, Ярослав Константинович. — почти безразлично ответил юрист. — Если вы не против, то я организую строительство небольшого флигеля неподалеку от вашего имения. Расстояние будет достаточным для приятной пешей прогулки, и в то же время я всегда буду рядом.

— Хорошее решение, — не стал возражать я. — Тогда пока что вас покину. Хочется прилечь после долгого похода.

— Еще один момент, ваша светлость, — обратился ко мне юрист.

— Конечно, Григорий Антонович. Что вы хотели?

— Ваша сестра, Анна Константиновна… — произнёс Бетюжин и ненадолго замолчал, будто подбирая слова. — Может вы замечали за ней что-нибудь странное в последнее время?

— Что вы имеете в виду, Григорий Антонович? — моментально забыв о намечающемся отдыхе, серьезно посмотрел я на оборотня.

Глава 14

Нюша в целом была из тех детей, о которых сказать, что у них «всё как у всех», невозможно. Чего стоили только её питомцы и собственное небольшое поселение в подчинении в возрасте двенадцати лет. Но юрист явно имел в виду что-то другое.

Я требовательно смотрел на Бетюжина, а тот не торопился с ответом, явно тщательно подбирая слова и продумывая линию поведения. Такая подготовка многоопытного оборотня мне не понравилась.

— Те существа… — наконец начал Бетюжин, — которых ваша сестра собирает вокруг себя… Они… по какому принципу она их выбирает?

— Изначально не было особого принципа, — спокойно ответил я. — Первым питомцем моей сестры стал Шустрик. Громадная улитка третьего ранга. Потом так вышло, что в распоряжение девочки попали детёныши убитого нами россожа. Двое. На данный момент эти существа очень сильно помогли моему роду в решении разных вопросов.

— Безусловно, подобные вещи сами по себе довольно интересны, — произнёс Григорий Антонович. — Но я имел в виду немного другое.

— Тогда я не понимаю, — спокойно ответил я.

В этом не было ничего такого. Я всегда готов был узнать что-то новое и признать свою ошибку, если она действительно имела место. А когда ты говоришь с существом, осознающим свой аспект на невероятно глубоком уровне, можно было запросто признать, что ты пропустил что-то важное. Тем более что у меня самого доступа к менталу всё ещё не было.

— Глядя на вашу сестру, у меня возникло ощущение, что она распределяет свои силы между питомцами. Это так? — спросил юрист.

— Всё верно, Григорий Антонович, — нейтрально ответил я. — Нюша нашла свой способ обойти естественные ограничения, связанные с тем, что у неё маловато собственной маны. Она распределяет сферы разума между питомцами, и так как звери в её подчинении достаточно сильные, этот способ очень хорошо себя показал. На данный момент у сестры несколько десятков сфер разума, что сопоставимо с хорошим первым рангом обычных магов. Или даже вторым. Но для менталиста её уровня этого определённо мало.

— Очень мало, — согласился со мной оборотень. — Но убить отряд врагов точно хватит. Если хватит знаний.

— В этом отношении я не могу ничего сказать, — невозмутимо ответил я. — Но знания никогда не бывают лишними, Григорий Антонович. Было бы здорово, если бы вы занялись обучением моей сестры.

— Тоже хотел вам предложить такой вариант, Ярослав Константинович, — одобрительно кивнул Бетюжин. — Думаю, ваша сестра станет выдающимся менталистом. Но вернёмся к положению дел с запасами энергии княжны Анны. Я обнаружил мощный отток маны — постоянный и крайне стабильный. Учитывая затраты на поддержание связей и ментальный контакт с питомцами, затраты, на мой взгляд, слишком велики.

— Будто моя сестра подкармливает кого-то ещё, — понятливо произнёс я.

— Именно так, Ярослав Константинович, — задумчиво глядя на меня, кивнул юрист. — Знаете, меня иногда поражает ваша осведомлённость