Лесник поневоле 2.0 (СИ) - Мархуз

Павел ещё не знал, что на него открыто дело в НКВД, как на попавшего в плен и какая-то тыловая крыса ждёт лишь момента отличиться за счёт героя-диверсанта. Правда, пока руки коротки в связи с востребованностью младшего лейтенанта. Точно такой же тыловик чуть не сделал карьеру на Маресьеве, но вовремя получил по ручонкам. Впрочем любое дело можно возобновить и после войны. Ну не было у наших предков специального крысиного яда против мелких уродцев, как его нет и сейчас. Всё-таки разновидности хомо сапиенс разными бывают, причём искренне считают именно себя «героями нашего времени».

Война с железной дорогой разной бывает. Кто-то подрывает пути непосредственно перед поездом, кто-то уничтожает полотно при случае, а наши диверсанты вплотную занялись истреблением паровозов. Лёжку организовали между Пружанами и Берёзой, дотащив две телеги с РСами. Вес ракетснаряда — семь кило, а вот длина порядка шестидесяти сантиметров, много не поместится. Поэтому разбились на три тройки и брали понемногу. Закон диверсанта «валить, пока при памяти» строго соблюдался. Конечно, паровозы можно и восстановить, особенно, если попутно кто-нибудь мастерские или ремцех не взорвёт, но время у фрицев по-любому теряется. Идеальным вариантом считался тот, когда поезд прёт на полном ходу. Тогда и вагоны могут навернуться, но и отдыхающих где-нибудь «железных коней» тоже не западло замочить.

— Парни, нас спасает бог Гермес, — пояснял подполковник, — у него крылышки на сандалиях, вот быстро и бегает.

Действительно, попадая в учебки, новобранцы мечтают о занятиях карате-шмарате и пострелять, но обламываются, столкнувшись с регулярной беговой подготовкой, плюс марш-бросками на выносливость. Причём по сильно пересечённой местности, где преследователи не могут использовать автомобили и мотоциклы. Остаётся лишь дуэль класса «человек против человека». Не лицом к лицу, а кто быстрее передвигается. Хотя, эту фигню неинтересно ни читать, ни в кино снимать. Вот когда протагонист с антагонистом сцепятся и друг другу морды бьют всякими приёмчиками — тогда интересно. Как и те эпизоды, когда пистолеты стозарядные и можно куда-нибудь «перекатом уйти». Увы, Геннадий таким не страдал, считая что всё должно быть «эффективно», а не «эффектно». Ясно, что в кино его бы не взяли даже консультантом.

Фашисты достаточно быстро стали перестраиваться после потери четырёх «тяни-толкаев». Даже каких-то лесорубов с бензопилами отправили на отдельные участки леса, находящихся слишком близко от железки. Ну и самолёты барражировали туда-сюда в дневное время суток. Всё это отнимало ресурсы у фронта, тем более что партизаны тоже начали получать РСки, а подпольщики — магнитные мины. Где-то наверху сработал механизм осознания, что точечные удары могут оказываться порой полезнее, чем действия большими силами. В реальной истории именно в 1942 году всерьёз отнеслись к партизанскому движению, а ныне добавились средства уничтожения.

— Всё, товарищи, на этом заканчиваем миссию, — подытожил подполковник, хотя ещё несколько ракет оставалось, — разбомбим полустанок и возвращаемся на базу.

Никаких «но» не прозвучало, так как от Пружан на восток леса переполнились фрицами и вероятность боестолкновения резко возросла. На обратном пути вышли в эфир, используя трофейную рацию, с гордыми матюгами о том, что Полесская армия получила первые сто тысяч ракет и с Первомая начнёт плановое истребление паровозной братии до самых Барановичей. Явное враньё было воспринято всерьёз и в Германии началась дополнительная мобилизация целой дивизии фольксштурма, точнее ополченцев, чтобы прикрыть транспортную артерию, ведущую из Бреста на восток.

— Если понадобится, то даже юноши и старики будут призваны для того, чтобы принести цивилизацию русским варварам!

Говорили, что это высказывание Гитлера было сопровождено ехидной репликой Гудериана. Что-то там про объединение русских под знаменем Сталина, как ответная реакция. Наверное врали, потому что в официальные средства информации реплика не попала. Танкового генерала просто отправили в его имение (или что у него там было) и велели не высовываться.

Вернувшись к себе межовцы узнали о результатах фашистского пикника. Фрицы, ничтоже сумнящеся, прибыли отдыхать со своими «волчицами» (или как их там называли в народе), затеяли своеобразный «барбекю» из сосисок и кусков мяса, а когда жаровня малёхо нагрелась сработала припрятанно-замаскированная «теплушка». Чего-то там замкнулось, сигнал рванул по закопанным проводам и всё повсюду жахнуло. Конечно и в живых кое-кто остался, и парочка даже не раненых (видимо отливать ходили), но остатки сотрудников комендатуры городка больше пикники не устраивали. И другим не советовали. Всё-таки это не парк культуры и отдыха им. Максима Горького, а очень даже вражеская территория, как выяснилось.

Группа Трофимова вернулась с операции с небольшими потерями, зато при достаточных трофеях в виде оружия и боеприпасов. Хотя, основную задачу они не выполнили, наткнувшись на каких-то карателей.

Фашистов заметили возле какой-то маленькой деревушки в лесу к которой вела некачественная грунтовка. То ли они прибыли, чтобы наказать за что-нибудь жителей, то ли готовились к рейду в лес за партизанами, так и осталось неизвестным. Другое дело, что более двадцати грузовиков застряло и немцы вокруг них толпились группами. Трофимов рассредоточил своих на опушке, метрах в трёхстах от врагов, приказал не высовываться, а залечь и лишь стрелять, не устраивая фронтальной атаки. Во-первых, фрицев больше, во-вторых, фактор неожиданности будет утрачен уже через минуту-другую. Всё-таки тренажи Межова сказались. А вот замполита Селиверстова он приказал связать и заткнуть ему рот, уж очень тот рвался покомандовать, да и взгляд эдакого самоубийцы почудился.

Перестрелку начали пулемётчики из своих «дегтярей», остальные начали молотить из СВТшек. Не очередями, а, как до этого учили лишь одиночными, но прицельными. Без ажиотажа и фанатизма. Для того, чтобы нагнать на врагов жути, подбили РСками четыре грузовика. «Воющая смерть», в данной ситуации, оказалась психологическим фактором. Немцы, конечно же залегли (те, которые уцелели после пулемётных очередей) и пытались достойно ответить. Немец — соперник серьёзный, но в данном случае не эсэсовцы, а «гордые завоеватели Европы». Да, в Голландии, Бельгии и Франции тоже воевали, но здесь СССР, пусть и оккупированный. Диверсанты имели преимущество, всё-таки бронежилеты и поголовные каски (виноват за каламбур в бою), прекрасная стрелковая и атлетическая подготовка. Да, когда боец атлетически развит, ему гораздо легче управляться с доверенным оружием. Вроде перевес в мелочах, но именно на них базируется итоговый успех.

Две РДГ послали лесом, в обход, для атаки фланга противника через деревню. Попросту закидать немцев феньками и РГДшками, особо не высовываясь из-за домов. Ну и чтобы свои пулемёты удачно установили, а потом гасили всех, кто рванёт в деревушку. Приятно, но такую разновидность боестолкновения, на всякий случай, тренировали до этого. Вот и пригодилось. Итоговым плюсом оказалось, что и у фашистов есть свои «замполиты». Какой-то взводный, видимо недовольный неуважительным отношением русских варваров к «покорителям Вселенной», неожиданно поднял своё подразделение и помчался бегом прямо на диверсантов. Солдаты побежали за ним, автоматически исполняя приказ. Ясно, что почти всех покрошили, спаслись лишь совсем задние, успев залечь. Именно в этот момент, когда оба отряда отвлеклись на арийского героя и его бойцов, ударили те, кто подобрался через деревню. И гранатами фланговых закидали, и из пулемётов покосили кого смогли. Тут ещё и подполковник дал команду сделать ещё парочку выстрелов ракетснарядами по грузовикам.

Даже самые отпетые фашисты не выдерживают излишнего морально-боевого напряжения. Сначала отдельные фигурки в фельдграу рванули на север через поле в лес, потом ещё и ещё… Мало кто спасся, всё-таки пулемёты Дегтярёва это серьёзное оружие, хоть и числятся ручными. Подмога не успела прибыть, а может её и не успели вызвать. Люди Трофимова прошлись между трупами, добили раненых, не задавая дурацких вопросов, собрали особо ценное оружие и боеприпасы к нему (МГ-34, сколько было, и МПшки). После чего тоже ушли на север в лес. Правда, на всякий случай, заминировали немецкую технику, а в лесу, чтобы за ними никто не ходил, понаставили растяжки.