Записки о сломанном мире - Ольга Войлошникова

Я почти наверняка потерял бы её, но проулок оказался тупиком с уходящей вверх металлической лестницей чёрного хода. Моей страшной удачей было то, что два нижних выдвижных пролёта лестницы были подняты, и твари пришлось ползти вверх по ровной стене, впиваясь в трещины между кирпичами. Наверное, я во снах буду видеть теперь эту нечеловечески распластанную фигуру, подтягивающуюся на когтях.

Когда я добежал, она как раз переваливалась через металлические перила.

Выстрел!

Вампирша хрипло и одновременно визгливо закричала, поскользнувшись и повиснув, цепляясь за прутья лестничной площадки третьего этажа.

Нужна перезарядка!

Но стоило мне отвлечься на патронташ, как она тут же свалилась на меня сверху!

Теперь эта тварь не изображала из себя светскую даму. С нечеловеческой силой вырвав у меня дробовик и откинув его в сторону, она вцепилась мне в шею когтями и повалила на землю. В самую мою душу уставилась глянцевая чернота чудовищных глаз с багровыми зрачками.

Мне казалось, что сейчас она должна сказать что-нибудь зловещее, вроде «я выпью всю твою кровь!» — но она лишь широко, словно створки капкана, распахнула пасть, из которой вырвалось только:

— Щха-ах-х-х-х-х! — и тут рука моя наконец-то справилась с кобурой, я вырвал пистолет и высадил весь остаток магазина в живот этой твари. А потом столкнул её с себя, выщелкнул пустой магазин и трясущимися руками вставил второй. Прямо так, лёжа, потому что сил встать не было.

Вампирша ещё была жива. Она возила руками по животу, словно желая стянуть полученные раны, а на губах её с бульканьем пузырилась тёмная кровь. Я подполз ближе, опираясь на локоть и выстрелил ей в глаз. Подумал и добавил в висок. С такой старой тварью, которой, похоже, она была, нужно действовать наверняка. Я бы ещё и голову ей отрезал, если бы было чем. И кол бы осиновый в грудь вбил для верности. А потом бы всё вместе сжёг.

Страшно хотелось закрыть в изнеможении глаза и просто упасть. Я бы, наверное, так и сделал, если бы не странный звук. Я мгновенно (на остатке заклинания, верно?) перекатился на бок, наставив пистолет в ту сторону.

Слуга! Со страшно окровавленной мордой, но всё ещё живой! Он полз в мою сторону и был уже метрах в трёх!

Я содрогнулся, представив, что случилось бы, позволь я себе отключиться хотя бы на минуту. Руки тряслись. Силуэт слуги двоился. Он придвинулся ещё на полметра и замер, не сводя с меня глаз и глухо рыча. И вдруг одним мощным движением рванулся. Я успел выстрелить три раза. Пули попали в пасть, в глаз и в шею, но это я увижу потом.

А пока я думал, что тяжесть его рухнувшей на меня туши просто убьёт меня — задушит, не позволив вдохнуть.

В ушах стучало. Или это стучали шаги десятка ног, бегущих по брусчатке?

— Он здесь! — крикнул кто-то совсем близко. И почти сразу ещё ближе: — Сюда! Помогите…

Тяжесть навалившейся туши исчезла. В лёгкие проник воздух, я закашлялся и сел, хватаясь рукой за горло.

— На полчаса тебя оставить нельзя! — укоризненно сказал из-за спины голос Джеральда.

— Что, в весёлом заведении всё произошло так быстро? — хрипло спросил я и с облегчением услышал, как братец смеётся.

Потом послышался шум подъезжающей машины, скрипнули тормоза и вышли ещё люди. Джеральд крикнул:

— Док, сюда! — и напротив меня присел мужчина в плаще поверх белого халата. Он строго скомандовал кузену:

— Подержите его!

Я хотел возмутиться, что не собираюсь вырываться, но с удивлением обнаружил, что говорить практически не осталось сил.

Доктор бегло осмотрел меня, обработал шею чем-то щипучим и велел — опять же Джеральду:

— Закатайте ему рукав. Пять кубиков сыворотки будет не лишним.

Я вяло смотрел, как с моей руки стаскивают рукав плаща и закатывают рубашку. Укол был слегка болезненным, но вполне терпимым. После когтей вцепившихся в шею — пара пустяков.

— Пожалуй, назначу-ка я дополнительно противовоспалительное, — голос доктора уплывал, качался, словно лодочка на волнах, — а ещё лучше давайте-ка в нашу…

СНОВА ЛЕЧЕБНИЦА

Проснулся я резко и в холодном поту. Перед глазами стояла картинка — сверлящие мозг багровые зрачки вампирши и рваная окровавленная кожа вокруг её глаз, восстанавливающаяся с таким шипением, словно на плите подгорает сало.

— Дурной сон приснился, мистер Уилл? — спросил меня добродушный голос.

Я открыл глаза, не вполне понимая, где я. И сразу узнал сиделку-гномку, увиденную мной в первый день моего пребывания в этом мире! К моему удивлению, она сидела в кресле и вязала носок.

— А, Грейс из клана Доринтов, что в Кертских горах! — я успокоенно откинулся на подушки. Значит, лечебница. Что ж, не худший вариант, учитывая, как вчера всё могло обернуться.

— Вы не забыли, мистер Уилл! — с искренним изумлением воскликнула она. — Хотите пить? Есть? Или помочь вам встать, прежде чем я отправлюсь за доктором?

— Пить, пожалуй. А сколько времени? Уже пора на осмотр?

— Около четырёх часов утра, — она отложила своё вязание, подошла к кровати и подала мне стакан, придерживая, потому что мои руки всё ещё тряслись, — но у меня приказ будить доктора в любое время, как только вы проснётесь.

— Спасибо, Грейс. Встану я, пожалуй, сам.

Она убедилась, что я не завалюсь и смогу самостоятельно дойти до уборной, а затем сообщила:

— Я позову доктора, — и с некоторой заминкой, задержавшись в дверях: — Если будете в Кертских горах, мистер Андервуд… Меня зовут Дороти, — коротко кивнула и вышла.

* * *

— Вам очень, очень повезло, мистер Андервуд! — слегка заспанный доктор Флетчер одновременно радовал меня и ругал, и вся его крупная фигура символизировала собой укор. — Я ведь предупреждал вас! Двадцать пять — это самый крайний допустимый предел. У вас могли возникнуть множественные микротравмы мышц, сосудов… представьте себе, если бы на бегу, при столь мощных нагрузках начали бы лопаться сосуды более крупные? А? Что же вы молчите?

— Не знаю, что говорить, — я слегка пожал плечами. — Неприятную картину вы рисуете, доктор. А что делать? Отпустить старую хитрую тварь бродить дальше, пожирая людей?

Он недовольно закряхтел:

— А если б вы прямо там потеряли сознание? Дорогой мой! Ведь вы бы сослужили ей неоценимую услугу — добрых шесть литров отменной крови, а то и поболее!

— Зато она не выпила бы случайно попавшуюся под руку женщину.