Правильный Драко - Tasadar

class="p1">Он медленно достал из кармана письмо — то самое, что Драко отправил ему ещё перед заседанием Визенгамота. Развернул его, на бумаге было выведено всего одно слово: крестраж.

— Пожалуйста, объясни, что это значит, — произнёс Дамблдор.

Снейп, сидевший рядом, при виде написанного едва заметно вздрогнул и перевёл взгляд на Драко. В его глазах мелькнуло неподдельное потрясение.

Драко взглянул сначала на Дамблдора, потом — на Снейпа.

Директор, уловив этот немой вопрос, тихо сказал:

— Не тревожься. Профессору Снейпу я доверил бы и собственную жизнь. Ты можешь говорить откровенно.

Драко взял одну из предложенных конфет, бросил в рот — и, к собственному удивлению, обнаружил, что она действительно вкусная. Он запил её чаем и, немного помедлив, произнёс:

— Это то, с помощью чего Тёмный лорд сумел пережить собственную смерть. И то, благодаря чему он до сих пор жив, — сказал он спокойно.

— И откуда у тебя такая информация, Драко? — спросил Дамблдор, внимательно глядя на него поверх очков.

Драко на миг задумался, тщательно подбирая слова. Ему предстояло смешать правду с ложью — как любил говорить сам директор, «ради всеобщего блага».

Хотя в этот раз благо было, скорее, его собственным.

— Некоторое время назад я случайно стал свидетелем разговора моих родителей, — начал Драко, стараясь говорить ровно. — Отец рассказывал матери, как чуть больше пятнадцати лет назад Тёмный лорд передал ему на хранение один очень важный предмет и приказал беречь его как зеницу ока. Это был дневник — на вид обычная потёртая книжечка, абсолютно пустая внутри.

При этих словах глаза директора едва заметно сузились.

Драко сделал короткую паузу и продолжил:

— Отец не видел в этом никакого смысла, но раз приказ исходил лично от Тёмного лорда, он подчинился. Годы дневник просто лежал у него в сейфе. И вот на втором курсе отец решил избавиться от мистера Уизли, обвинив того в хранении тёмного артефакта. Он ещё не знал тогда, что это был крестраж — Тёмный лорд никому не говорил об этом, даже своим ближайшим сторонникам. И отец, во время покупок перед началом учебного года, сумел подкинуть этот дневник Джинни Уизли. Что произошло дальше и чем всё закончилось, вы оба, думаю, прекрасно знаете.

Драко замолчал, пригубил чай и спокойно посмотрел на директора.

Дамблдор не сводил с него взгляда, а сидящий рядом Северус лишь сильнее сжал подлокотники кресла, словно пытался удержать себя от лишних слов.

— После этого отец начал тщательно разбираться в том, что именно оказалось у него в руках, — продолжил Драко. — И когда он понял, что это был крестраж — часть души Тёмного лорда, — пришёл в ужас… главным образом от страха перед тем, что он сделал. Ведь если существует один крестраж, то, возможно, есть и другие. А значит, рано или поздно Тёмный лорд вернётся. И вряд ли бы он простил отцу уничтожение части собственной души.

Драко сделал короткую паузу, опустив взгляд в чашку чая.

— Обо всём этом отец рассказал матери…этим летом. Я подозреваю, что всё, что случилось после — их смерть… — он запнулся, будто слова давались с трудом. — Это не было делом рук случайных людей. Если не сам Тёмный лорд, то кто-то очень близкий к нему. Хотя, опять-таки, это лишь мои догадки. Доказательств у меня нет. И я ни в чём не уверен.

Дамблдор снял очки и устало потёр глаза.

— Драко, ты не представляешь, насколько я благодарен тебе за то, что ты сделал… и за то, что рассказал мне эту информацию. Я, конечно, подозревал о чём-то подобном, но подозревать и знать — совсем разные вещи. Благодарю тебя за храбрость, Драко.

— Я всего лишь делал то, что считал правильным и разумным, — спокойно ответил он. — Я не прощу того, кто виновен в убийстве моей семьи. Понимаю, что из уст пятнадцатилетнего подростка это может звучать наивно и глупо. Я также осознаю, что не смогу сравниться с таким волшебником, как Волдеморт. Поэтому я рассказал вам. Мне нужна ваша помощь. И если этим разговором я хоть немного помог вам в борьбе с тем, кто, возможно, отдал приказ уничтожить мою семью… значит, не зря пришёл.

— Ты хочешь отомстить Тёмному лорду? — с лёгким удивлением спросил Дамблдор.

— По возможности — да. Но пока, увы, я слишком мелкий, чтобы думать о мести, — усмехнулся Драко безрадостно.

Дамблдор посмотрел на него с мягким, почти отеческим теплом.

— Я понимаю твой гнев, Драко. Но поверь старику: жажда мести разъедает душу. Она не утоляет боль, а лишь делает её глубже.

— И что же мне остаётся? — спросил Драко. — Просто простить возможного убийцу своей семьи?

— Нет, — покачал головой Дамблдор. — Никогда не стоит прощать зло. Когда зло остаётся без ответа, рождается безнаказанность. А безнаказанность ведёт к хаосу. Мы не можем позволить нашему миру снова погрузиться в хаос, — он замолчал, глядя куда-то сквозь Драко. — Я больше не могу этого позволить.

Несколько мгновений в кабинете стояла тишина.

— Есть справедливость и есть месть, — произнёс он наконец. Голос звучал мягко, почти печально. — Справедливость приносит порядок и мир, а месть лишь пожирает душу.

Он снова надел очки и посмотрел на Драко поверх стекол.

— Я надеюсь, ты выберешь первое…

— Потому как проще всего выбрать второе… — тихо перебил его Драко и за несколько глотков допил чай.

— Спасибо за угощение, директор, — добавил он после короткой паузы. — Конфеты и чай были очень вкусными.

Дамблдор мягко улыбнулся, и его глаза на мгновение вспыхнули тёплым одобрением. Затем он откинулся в кресле, снова становясь тем самым задумчивым, усталым волшебником, каким его знали все.

— Всё же я устал за день и хотел бы отдохнуть, — сказал Драко. — Могу я идти?

— Конечно, ступай, — ответил Дамблдор. — Нам с профессором ещё нужно кое-что обсудить. И, Драко… — он сделал паузу, — если когда-нибудь захочешь поговорить — о чём угодно, знай: я всегда здесь и готов тебя выслушать.

Драко коротко кивнул, поблагодарил и пожелал спокойной ночи. Когда дверь мягко закрылась за ним, в комнате повисло короткое молчание.

— Ну что, Северус, — спокойно произнёс Дамблдор, наливая себе ещё немного чаю, — что скажешь о юном Драко?

Снейп, всё это время неподвижно сидевший в кресле, наконец разжал пальцы, отпуская подлокотники. Его лицо, и без того бледное, казалось почти мраморным.

— Парень сильно изменился за это лето, — произнёс он сухо. — Он буквально стал другим человеком. На мгновение я даже заподозрил оборотное зелье.

— Я тоже подумал об этом, — с лёгкой усмешкой ответил Дамблдор и поднял чашку. — Именно поэтому чай, по его словам, был таким «очень вкусным».

Снейп прищурился.

— Вы подмешали