Последний Паладин. Том 4 - Роман Саваровский

— Ага, доброе, — усмехнулся я, — скажи, как ты вообще с ума не сошла от такой работы?

— С чего бы это? — не согласилась девушка, — это же лучшая работа в мире!

— Как скажешь, — не стал спорить я, допуская, что на моем месте Лекса справилась бы куда быстрее. Но увы, для получения сертификата требовалось мое личное присутствие, — а это могло быть тщательно спланированное нашими врагами покушение на мою психику?

— Не исключено, — заливисто засмеялась Лекса, — а что, у них получилось?

— Почти, — без улыбки хмыкнул я.

— Ты поэтому звонишь?

— Не совсем, — ответил я, — раз земля теперь официально наша, я планирую начать строительство.

— Материалы… — понятливо отозвалась Лекса.

— Именно, — вздохнул я, — в комитете меня развернули, сказав обратиться в Клан Земли.

— Маркус, прости, но…

— Что значит «прости»… — удивился я, — ты же не хочешь сказать, что альтернативы им нет?

— Не хочу, — ответила Лекса, — но придется. Все строительные фирмы в Империи принадлежат Клану Земли, как и добыча и оборот материалов.

— Зашибись, — откинулся я на кресле и потер переносицу.

Вся тщательная выстроенная мной бизнес-модель начала трещать по швам так и не начав воплощаться.

— Неужели нет ни одного другого варианта?

— Есть черный рынок, но с распиаренным участком в центре столицы никто не станет связываться. Тем более что этот кусок земли принадлежал Клану Света, который входит с Кланом Земли в одну коалицию.

— Ясно, а еще?

— Можно привлечь строителей и поставку материалов из соседних государств… — не очень уверенно отозвалась Лекса.

— Но?

— Но сейчас мы не потянем это финансово, — разочарованно выдохнула девушка, — остается третий вариант. Организовать поставку через посредничество центрального Имперского бюро. В идеале получить грант на строительство, но это будет небыстро. Можно подать запрос на выкуп материалов с баланса Империи, но в связи со строительством четвертого кольца стен запасов практически нет. Все до последнего кирпичика уходит в работу.

— То есть тупик, — заключил я.

— Нет такого слова тупик, — хмыкнула Лекса, — дай мне недельку, я что-нибудь придумаю, — чуть увереннее добавила девушка и попрощавшись, положила трубку.

Я же остался за столом и глядя в небо, тяжело вздохнул.

— Может, все-таки стоило объявить этому Князьку войну?

Хотя стоп, есть же еще кое-кто.

Воодушевившись, я вновь взял телефон и набрал номер.

— Анюта, солнышко, привет. Я по делу. Майор у себя?

* * *

Недовольный жилистый мужчина сидел за массивным столом кабинета, сложив свои руки в замок. Его хмурые брови сливались в одну грозную линию, а пульсирующие красной огненной энергией глаза безотрывно смотрели прямо на меня.

Начальник Министерства Стражей Майор Никита Никитич Горемыка был не особенно доволен запросом на встречу, но и отказываться не стал.

Вернее, не мог.

Каюсь, пришлось немного воспользоваться статусом Главы Клана Теней. Но хоть где-то же он должен был мне пригодиться⁈

— У тебя десять минут, Маркус, — демонстративно глянув на часы, объявил Майор.

Все же я не ошибся. Мой маневр в прошлый раз крепко задел вояку, но большого выбора у меня нет.

Никто иной из Министерства меня даже слушать не станет. Особым уважением среди Имперцев Клан Теней не пользуется.

— Когда в конце нашей прошлой беседы вы просили не строить театр, вы ведь уже знали? — поинтересовался я.

— Что ты решишь воевать с Кланом Земли, на котором завязаны 90% Имперских контрактов? Нет, Маркус, не знал. И я, кажется, тебя предупреждал, что если будешь наживать только врагов, то долго не протянешь.

— Не переживайте, товарищ Майор, союзники у меня тоже есть, — вежливо ответил я.

— Но у этих союзников нет того, что тебе нужно, — хмыкнул Майор.

— Как всегда зрите в корень, — улыбнулся я.

— Работа такая, — нахмурился еще сильнее вояка, — и чего ты хочешь от меня?

— Честного мнения, — отозвался я и поставил на стол три пакета.

Майор хмыкнул, разгладил свои седые усы и выудил из первого пакета контейнер с едой.

— Блюдо от одного из лучших поваров в Империи. Уверяю, грибов вкуснее вы в жизни не пробовали.

Вояка отодвинул контейнер в сторону, но тут слюна предательски выступила у него изо рта, а живот оглушительно заурчал. Майор на миг смутился, а потом сделал вид, что так и планировал и открыл контейнер.

Блюдо было еще теплым, и мой повар головой ручался, что любому огневику оно снесет башню, так как готовилось с использованием секретной восточной техники огня, которую повар не демонстрировал даже мне.

Последующие пять минут Майор жадно поглощал блюдо, стараясь не смотреть мне в глаза, а я спокойно ждал.

Об отведенным мне десяти минутах я уже переживал, так как в процессе поглощения пищи Горемыка демонстративно отбросил мешающие ему часы, вызвал Лидочку и повелел принести нам чай.

Лучший чай из своих запасов, так как подобная еда иного не заслуживает.

С этого момента дело пошло куда лучше.

Глава 15

— То есть ты хочешь построить там ресторан? — закончив с едой, поинтересовался Майор.

— Не совсем, — покачал я головой, — откройте второй пакет.

Вояка нахмурился, но послушался и притянул второй пакет к себе.

— Что это такое? — неуверенно пробасил Майор Горемыка, покручивая в руке бутылку с неопределенного цвета жидкостью внутри.

— Целебная настойка от моего фармацевта, — пояснил я, с наслаждением пригубив принесенный чай.

Если честно, времени на объяснения не было.

Все, что я успел, это выдать Лекарю Денису, Повару Егору и заместителю лавочника Малому задачу предоставить на пробу лучший товар, на который они способны.

Товар, который способен прорекламировать нас в лучшем свете.

Через секретаршу Анюту я узнал, что Горемыка — мужик консервативный и взятку не возьмет. Более того, обидится. А обижаются люди его уровня весьма… агрессивно. Поэтому все, что мне оставалось, это зайти с другой стороны и продемонстрировать свой бизнес-план на тот клочок земли.

Вернее, его видимую внешнюю часть.

— И от чего эта бурда? — открыв бутылку и поморщившись от запаха, спросил Майор.

— От всего, — уверенно констатировал я, — мой фармацевт убеждал, что вам понравится. Хит продаж, оставшийся в единственном экземпляре.

Подозрительно щурясь, Горемыка все-таки сделал глоток, и его глаза