Невеста инопланетянина (СИ) - Дроздов Анатолий Федорович

— А я? — обиженно спросил Семенов.

— Увы, но там всего два места, — сказал Чернуха.

— Но можно, я хотя бы посижу в кабине? — взмолился лейтенант.

— Можно, — Чернуха улыбнулся.

«Он еще и добрый», — подумал генерал. Тем временем Семенов, боясь, что передумают, залез в кабину и разместился в непривычной форме кресле. Перед ним вдруг вспыхнул экран на всю кабину в ее верхней части, и лейтенант с восторгом разглядел не только то, что было впереди машины, но и круговую панораму вокруг атмосферника. Мгновение он любовался, затем достал фотоаппарат и снял экран. Затем, вздохнув, слез на поляну.

— Возьмите, Никодим Иванович, — отдал фотоаппарат начальнику. — Осталось еще полпленки. Снимайте там.

— Жди меня в машине, — велел Самойлов и спрятал камеру в карман. После чего забрался в атмосферник, сел в кресло. Чернуха разместился рядом, закрылась дверца, и на плечи генерала вдруг опустилось ограждение, прижавшее его к спинке. Такое же зафиксировало и инопланетянина.

— На атмосфернике нет системы искусственной гравитации, — сказал Чернуха. — И после того, как выйдем в космос, неосторожное движение грозит вам травмой. Там невесомость. Ногой толкнетесь — и врежетесь головой в панель. Прибудем на разведчика, там включится искусственная гравитация, фиксация исчезнет.

— Даже не мечтал, что в старости стану космонавтом, — вздохнул Самойлов.

— Возможно, вас за это наградят, — Чернуха засмеялся. — Поехали!..

[1] Чебриков Виктор Михайлович в ту пору занимал пост Председателя КГБ СССР. Генерал армии.

[2] Желающие могут поискать в сети, но предугадали многое. И даже слово «робот» впервые использовал чешский писатель Карел Чапек.

[3] Подробнее смотрите в романе «Зубных дел мастер».

[4] Вообще-то 1445 км по прямой, но по дорогам будет больше.

[5] Не хвалюйтесь — не волнуйтесь (бел.)

[6] Речь о романе Владимира Богомолова «В августе сорок четвертого».

Глава 10

10.

В тот же день Самойлов с лейтенантом улетели в Москву. В «волге», выделенной им белорусским КГБ, имелся радиотелефон «Алтай», по нему генерал связался с дежурным Комитета и попросил забронировать билеты на ближайший рейс в столицу СССР. Дежурный, видимо, доложил начальству, потому что провожать генерала в аэропорт приехал председатель КГБ БССР.

— Что ж не зашли ко мне, Никодим Иванович? — упрекнул столичного гостя. — Не успели приехать — и уже обратно.

— Обстоятельства требуют, Вениамин Георгиевич, — повинился Самойлов. — Служба. Вы не держите обиды. Полагаю, еще встретимся, возможно, что и не раз.

— Нашли, значит, что искали? — понизив голос, поинтересовался председатель.

— Не то, что думали, — уклончиво ответил генерал. — За фигурантом более не наблюдайте — бессмысленно.

— Понял, — кивнул председатель.

— Передайте вашим сотрудникам, которые помогали лейтенанту Семенову, мою искреннюю благодарность. Я непременно упомяну об этом в рапорте Чебрикову и попрошу их поощрить.

— Спасибо! — председатель пожал ему руку.

В самолете Самойлов вспоминал свое путешествие на орбиту. Первое, что его поразило, это размеры космического корабля. Он ожидал встретить тесные отсеки, вроде тех, из телевизионных репортажей, в которых пребывали на орбите космонавты с Земли, а увидел просторные помещения, какие и не всяком морском судне встретишь.

— Это космическая яхта, ранее принадлежавшая богатому человеку, — сообщил ему Чернуха. — В войну была мобилизована и переоборудована в дальний разведчик, поэтому здесь так просторно. На военных кораблях теснее.

— Но как ее вывели в космос такую-то громадную?

— А ее и не выводили, — пожал плечами собеседник. — Собрали на космической верфи. Зачем таскать что-то с планеты, если можно сделать на орбите?

Вторым потрясением для Самойлова стало посещение рубки яхты. Вид экранов, на которые развешенные над Землей зонды транслировали картинки с поверхности, поверг генерала в ступор. Он знал о возможностях космической разведки СССР и США, но то, что наблюдалось здесь, не шло в сравнение с потугами землян что-то обнаружить у противника.

— Зонды можно опустить пониже, — объяснял ему Чернуха. — Тогда, к примеру, можно прочитать этикетку на бутылке в руках у пьяницы, — он засмеялся. — Сканер зонда в состоянии перехватить и записать разговоры по проводной и беспроводной связи. Хотите знать, о чем, говорят в Пентагоне или в Белом доме? Или на Даунинг-стрит, 10? [1]

— Хотим! — сказал Самойлов.

— Тогда сформулируйте интересующие вас темы. Там много людей служит, а в Пентагоне — вовсе тысячи. Все говорят по телефонам. Я дам задание искусственному интеллекту, он отберет интересующие вас вопросы и сбросит информацию в удобном виде. Устроит?

— Конечно! — закивал Самойлов.

Затем Чернуха отвел его в отсек с медицинским оборудованием.

— Стационарный медицинский робот, — рассказывал, демонстрируя. — Он может провести любую операцию, включая пересадку органов. Регенерационная капсула. В ней прооперированный пациент быстрее восстановится. Реактор для выращивания органов человека с набором нужных компонентов. Достаточно заложить в него немного клеток пациента, взятых с требуемого органа, как через месяц получим новый. Он не будет отторгаться иммунной системой человека, поскольку генетически идентичен. Без проблем приживется и послужит пациенту не один десяток лет. Хотите сердце — будет сердце. Хотите почку — будет почка. Короче, вылечим любого и от любой болезни.

— От рака тоже? — удивился генерал.

— Рак — чепуха, — махнул рукой Чернуха. — Одна инъекция вакцины — и раковые клетки преобразуются в здоровые.

— Эта вакцина… — генерал аж встрепенулся. — Она у вас имеется?

— На корабле отсутствует, но это не проблема. Ее довольно просто сделать даже в СССР, причем, в короткий срок.

— И вы молчали! — не сдержался генерал. — Сколько бы людей спасли от верной смерти!

— Меня бы стали слушать? — Чернуха хмыкнул. — Представьте, есть профильный НИИ. Работают там доктора наук и даже академики. И тут является мальчишка с дипломом зубного техника и заявляет, что изобрел вакцину против рака. И чтоб ему сказали? Хорошо бы, если б попросту прогнали, не то б определили в сумасшедшие. Но в оправдание скажу: я собирался этим заняться. Несколько десятков исцелений — тогда б заинтересовались. Но требовалось оборудование и материалы. Там ничего особенного, но денег стоит, и мне пока не по карману.

— Вам все дадут — и оборудование, и деньги, — сказал Самойлов. — И создадут условия.

— Теперь не нужно, — покрутил головой Чернуха. — Все сами сделаете. Я сообщу вам рецептуру и алгоритмы действий. Технология не сложная. Нюансы есть, но, если возникнут затруднения, приду на помощь.

— Так просто отдадите? — удивился генерал. — Не будете претендовать на авторство открытия?

— Так я ее не изобретал, — пожал плечами инопланетянин. — Присваивать чужое неприлично.

«Порядочный», — решил Самойлов.

Они перебрались в жилую комнату для навигатора, где сели на диван.

— Теперь поговорим о принципах сотрудничества, — начал разговор Чернуха. — Свои возможности я вам продемонстрировал, теперь же об условиях.

— Я слушаю, — насторожился генерал.

— Я остаюсь, как был, простым целителем, не подчиненным никакому ведомству. Никто не смеет мне указывать. Хотите что-то — попросите, и я откликнусь. Попытка понукать, взнуздать, поставить в стойло закончится провалом. Во-первых, не получится — пошлю вас далеко и лесом. Насядете — возьму невесту, мать и переберусь в другое государство. Как полагаю, примут с распростертыми объятиями.

«Уж это точно!» — подумал генерал, а вслух сказал с обидой в голосе:

— Вы зря так плохо о нас думаете, Константин Васильевич!

— У меня есть для этого причина.

— Вы о попытке ОБХСС привлечь вас к юридической ответственности?