Лекс. Книга 1 - Евгений Нетт
— Быстро они, — выдавил из себя я просто для того, чтобы не молчать. Напряжение, навалившееся в первые секунды появления НЛО, начало понемногу отступать.
— Да, господин Лазарь, — графиня вышла вперёд, прямо под луч прожектора, который как по щелчку пальцев начал светить рассеянным, мягким светом, охватившим две трети холма разом. — Мой супруг с такими вещами не медлит. И заслуги каждого здесь будут оценены по достоинству, именем клянусь.
Я не нашёлся, что ответить — лишь неглубоко то ли поклонился, то ли кивнул даже несмотря на то, что графиня смотрела в другую сторону. И раз на меня глядеть волками не стали, то и по местному этикету вприсядку я не прошёлся.
«Красковы — союзники Сориар? Возможно. Присутствие рода Сориар в регионе невелико, а значит и свои силы на спасательную операцию в этом мире они перебрасывали бы ещё долго. Авиации-то человеческой не существует. ПОтому привлечь тех, кому доверяешь — разумный ход. Особенно когда счёт идёт на часы» — мои попытки анализировать хоть что-то, располагая лишь обрывочными сведениями, даже для меня самого выглядели жалко.
Но расслабиться и плыть по течению, словно известно что, я не мог.
Тем временем дирижабли зависли прямо над холмом. Борта одного из них раскрылись, и вниз скользнули тросы. А уже по ним вниз устремились фигуры в тактических экзоскелетах — более лёгких и подвижных, чем те монстры, которые использовались гвардией Императора.
Эти бойцы приземлялись мягко, почти бесшумно, и мгновенно рассредотачивались, беря под контроль местность и всех тех, кто казался им подозрительным.
«Профессионалы».
Последним на холм высадился их лидер — сухой, жилистый мужчина с лицом, исполосованным шрамами. Будь он в шлеме, и ото всех остальных безликих болванчиков его было бы просто не отличить.
И он, окинув площадку цепким взглядом, направился прямиком к графине.
— Артур Красков, леди Сориар. Граф Сориар прислал за вами и детьми. Вы, ваши племянники и дети будут эвакуированы немедленно. Прошу следовать за мной, сейчас спустят снаряжение для подъёма…
Графиня выпрямилась:
— А остальные? Здесь раненые, женщины, дети…
— Грузоподъёмность не позволяет, миледи. Основные силы прибудут наземным путём через несколько часов. Состав уже в пути. Наша приоритетная задача — ваша безопасность. Остальные дождутся эвакуации здесь, под охраной.
«Грузоподъёмность? Два дирижабля, и из одного за раз высыпалось двадцать солдат в броне. Конечно же, там негде разместить хотя бы девушек и раненых» — я, полный скепсиса, напрягал слух, как мог, не желая пропустить ничего важного.
Графиня колебалась лишь мгновение, после чего кивнула, поджав губы. Она наклонилась к детям, что-то тихо сказала им с Лизой — и вновь обратила свой взгляд на офицера.
— Господин Красков, я останусь здесь и проконтролирую, чтобы эвакуация прошла гладко. Заберите детей, моего племянника и эту юную леди. Она присмотрит за всеми.
— Это неразумно, графиня.
— Такова моя воля, — отрезала женщина, бросив взгляд на всех тех, кто, как и я, прислушивался к разговору. — Если я покину это место несколькими часами позже, мир не перевернётся. Вы ведь сумеете обеспечить безопасность для людей, верно?
Дальнейший спор закончился так же быстро, как и начался. Красков капитулировал и переговорил с Громовым, у которого предполагалось нагло реквизировать родственницу. После этого детей, Элизабет и единственного выжившего племянника графини, подняли на борт дирижабля, который тут же умчался прочь.
А второй «владыка небес» остался, начав медленно барражировать над лесом по спирали и постепенно удаляться от нас. С учётом того, что часть солдат двинулась в чащу леса, откуда совсем скоро донеслись первые глухие хлопки, выводы сделать было нетрудно.
— Зачищают, — прокомментировал Дмитрий, вернувшись. — Значит, там ещё кто-то был. Хорошо, что мы смогли оторваться.
— Хорошо, что на сигнал графини помощь примчалась так скоро, — отозвался я, натянуто улыбнувшись. — Без неё мы бы куковали тут до утра, в лучшем случае.
Дмитрий улыбнулся:
— Это правда. Но подождать несколькими часами больше — не столь критично в нашей ситуации, — парень окинул взглядом Алисию, всё ещё за меня державшуюся. — Серьёзно раненых в группе нет. А с твоей рукой, как докладывала Шталь, в запасе есть пара суток, прежде чем отсутствие квалифицированной помощи начнёт угрожать конечности.
— И на том спасибо, — я хмыкнул, встретившись с парнем взглядом. Алисия вцепилась в меня чуть крепче. — Но приятного всё равно мало.
«Для реалистичности образа могу позволить себе пожаловаться. Хотя бы чуть-чуть».
— Очень мягкие выражения для того, у кого рука запеклась в собственном соку, Лазарь, — вздохнул Громов, сложив руки за спиной. — Ладно. Отдыхай, в ближайший час никто никуда всё равно не двинется. А мне нужно поговорить с офицерами. Поделиться оперативной информацией, так скажем.
— Именно этим я заняться и планировал, — я кивнул. — Удачи, Дима.
— И тебе, Лекс.
Оставшиеся часы до прибытия состава спасателей тянулись бесконечно долго даже несмотря на то, что мы с Алисией как могли пытались себя занять праздной болтовнёй.
Вернее, таковой она была только поначалу, пока девушка не попросила рассказать, как я делал то, что делал, и что вообще творилось у поезда после того, как они ушли в чащу леса. Отмалчиваться не было смысла — особисты Империи или хотя бы безутешные родственники преждевременно погибших будут рыть землю носом, и наверняка наткнутся на свидетелей моих подвигов.
Но исключительно для Алисии я опускал некоторые моменты, приукрашивая действительность и скрадывая детали. Слишком уж наивной казалась эта блондинка, не отошедшая от меня даже тогда, когда этого потребовал медик из отряда Краскова.
Этот специалист начал свой обход только после того, как солдаты образовали вокруг холма жидкий периметр, убедившись в том, что атаки ждать не приходится. И лично я удостоился беглого осмотра с рядом вопросов — «в поле» со мной ничего сделать было нельзя, а Эльза, со слов профессионала, «сделала всё правильно».
Вот только взгляды, которыми Алисия то и дело удостаивала хвостиком следующую за медиком Эльзу, вызывали беспокойство.
— Всё нормально? — спросил я, легонько толкнув девушку плечом.
— Да, — она ответила слишком быстро. — Просто… Я рада, что помощь пришла. И что ты жив.
— Я тоже рад, что жив, — хмыкнул я. — И что ты цела. А с остальным разберёмся.
Она кивнула, вновь замолчав.
И я не мог сказать, что её терзало. Зависть? Чувство собственной неполноценности на фоне аристократов, которые и здесь, в глухом лесу сразу после теракта, умудрились сохранить достоинство и применить свои навыки в деле?
Я слишком плохо знал Алисию, чтобы читать её, как открытую книгу. Но то, что она переживала, было очевидно.
