Призыватель нулевого ранга. Том 3 - Дмитрий Валерьевич Дубов

прав, — согласился я. — Ну что, пойдём, попробуем, каково, когда на тебя падает трёхтонная плита? — спросил я у Рика.

— Я ничего не почувствую, — ответил тот. — И не скажу, что я этим сильно расстроен.

Вытащив ножны из сумки, я повесил их на пояс. А затем и взял меч в руку, чтобы не терять драгоценные секунды. Но нёс его так, чтобы это не особо бросалось в глаза с точки, где сидел убийца.

Я его даже увидел краем глаза, когда входил в сохранившуюся часть защитного прохода. Тут уже было легче, меч можно не скрывать, всё равно он его не увидит. Теперь всё зависело от того, правильно ли я помню расположение коммуникаций под тротуаром.

Затем я увидел линию под ногами. Ага, сейчас он отпустит трос.

Что-то внутри меня воспротивилось следующим шагам вперёд. Пришлось заставить себя войти под тень плиты.

И тут же она сорвалась и полетела вниз.

В быстром беге есть свой плюс. Ты заставляешь свой организм действовать всё быстрее и быстрее в чётком и ясном движении.

Сейчас же мне нужно было ускориться, находясь при этом в состоянии относительного покоя. И вот это оказалось не очень просто. Однако сила, впитанная мною из сферы, помогала. Я ускорился настолько, насколько только мог. Мечом пробил дыру под ногами за то время, пока падала плита и рухнул вниз. Хорошо, что плита меня защищала от убийцы, и он не мог видеть моих телодвижений.

Но немного я всё-таки не рассчитал и оказалось, что пространство внизу чуть ниже, чем мой рост.

Плита влепила мне прямо по лбу, и я потерял сознание.

Очнулся я в темноте от того, что рядом шептал Рик.

— Да жёванный крот, почему он не мог пригнуться⁈ Что теперь делать-то? Хорошо хоть дышит, а если сотрясение? Или вообще что-нибудь плохое?

Я хотел спросить его, с кем он, собственно разговаривает, но у меня тут же адски разболелась голова. Удар всё-таки был хорош. Наверное, с такой же силой могла мне влепить кадзю, но ей я подобного шанса не дал.

Не глядя, я нащупал сумку со сферами и впитал одну. Мне было плевать даже если бы эта оказалась одна из двух оставшихся тёмных сфер от Годзиллы.

Подействовала она моментально, и боль отпустила. И вот теперь я посмотрел на Рика.

— Ты вместо того, чтобы причитать, лучше помог бы, — сказал я, останавливая непрекращающийся словесный поток. — Отдохнуть не дадут спокойно.

— Ты жив! Хвала всем богам! — Рик слетел ко мне и уставился в глаза, хоть в темноте его было почти не видно, но я видел уже гораздо лучше, чем обычные люди, возможно, лучше, чем кошки. — И как я мог тебе помочь⁈ Я же — бесплотный.

Мне показалось, что, если бы это было не так, он бы меня сейчас расцеловал. Поэтому я криво усмехнулся.

— Ну не знаю, глянул бы — ушёл ли киллер, — предположил я. — Или, допустим, как мы отсюда выбираться будем?

— А это ты, конечно, не предусмотрел, — ухмыльнулся Рик. — А я уж подумал, что ты — гений.

— Ну теперь-то точно, — ответил я, прикоснувшись к здоровенной шишке на лбу, которая, впрочем, уже сходила. — Глянь, чего там снаружи, и будем выходить.

— По трубам? — с ехидной улыбкой спросил Рик. — У кого-нибудь в квартире вылезем.

— Нет, для этого я слегка великоват, — ответил я, оглядывая трубы. — Да и размерчик маловат. Тем более, это, кажется, коллектор.

— Никого, — доложил Рик, вернувшись сверху. — Киллер ушёл, падение плиты никто и не заметил. Редкие прохожие либо по ней идут, либо обходят.

Я представил, что меня раздавило этой плитой, а люди двадцатью сантиметрами выше идущие по ней, ни о чём не подозревают. Бр-р-р, аж мурашки по спине побежали.

По коллектору всё-таки пришлось немного проползти, помогая себе мечом в самых узких местах. Но по крайней мере не в трубах, а поверх них. А затем внезапно обнаружился колодец. Я спокойно вылез наверх под чутким руководством Рика, который следил за обстановкой, и, как ни в чём не бывало, пошёл прочь.

Я подавил в себе желание вернуться домой. Мало ли что там могло быть установлено для слежения. Да, после такого удара не выживают. Но что, если убийца очень въедливый?

Первым делом от коллектора я двинул в заросли за домом, чтобы не мозолить глаза редким прохожим. Умерла, так умерла, как говорится.

И затем я позвонил Асакуре. Один-единственный звонок, после чего телефон надлежало выключить, а симку выкинуть поближе к стройке.

— Да, Макс, чего? — спросила меня воительница, и я немного даже вздрогнул, потому что не прошло ни единого гудка, сразу её голос. — Новости?

— Да, — ответил я. — Меня только что убили.

* * *

Я сидел в квартире, которую Асакура использовала, как приёмную. Мне довелось побывать тут один-единственный раз, и он был не самым удачным в моей жизни. Но на этот раз всё было хорошо.

Воительница выпроводила служанку перед моим приходом, сама вышла меня встречать к охране, и быстро проводила наверх.

— Уверена, это лучшее место для тебя, — сказала она безапелляционным тоном. — Сюда никто не сунется, и ты можешь спокойно чувствовать себя, как дома. Всю прислугу я отправила в отпуск до того момента, пока всё не встанет на свои места.

— Я могу попробовать в данж уйти под городом, — я пожал плечами. — Там как раз и время пройдёт быстро.

— Нет, не пойдёт, — Асакура покачала головой. — Во-первых, с тобой связи не будет, если что-то вдруг понадобится. — А во-вторых, слишком много времени уйдёт, если верить тому, что ты говорил про искривления времени внизу.

— Ладно, — я понимал, что она права, но было неприятно, что девушка что-то решает, — но только пока всё не выяснится. А выяснится, как я понимаю, теперь быстро.

— Да, — ответила воительница. — Раз тебя решили убрать, значит, мэру есть что скрывать. Правда, пока не доказано, что это он тебя заказал…

— Всё очень просто, — сказал я, глядя ей в глаза. — На данный момент никто не знает, что я мёртв. Только убийца, мэр и ты. Ты вполне можешь вывести его на чистую воду, упомянув в разговоре меня с какой-нибудь трагической интонацией. Но только не говори, что я мёртв, и посмотри, как он отреагирует.

— Опять к нему переться? — Асакура закатила глаза и тяжело вздохнула. — Ну а что, больше делать и нечего. Заодно соберу следователей, чтобы начинали копать. Ты оставайся тут, никуда не выходи…

— Хорошо, мама, — с сарказмом ответил я, и в меня тут же полетела диванная подушка. — Не буду, мама.

— Остановись, я поняла, —