Призыватель нулевого ранга. Том 3 - Дмитрий Валерьевич Дубов

и он не даст его приспособить под обычный коммерческий данж.

Следователь отложил одну бумагу и посмотрел на воительницу.

— Это-то и ушло в народ, как слова хозяина земли, — он тяжело вздохнул, затем взял новую бумагу. — За последние полтора года у владельца земли некоего Флегга умерло три родных человека, пять кошек, шесть собак, домашний скот. Сам он восемь раз попадал в больницу с различными болячками, но отказывался переписать землю.

— Жесть какая, — нахмурилась Асакура. — А я в это время развлекалась по уютным данжам.

— Мы вообще тут были, — пожал плечами Миллер, — но ни одно из этих дел к нам не попадало, они все замяты на этапе открытия. Поэтому не вините себя, вы тут ни причём. Если бы не жертва Макса Грушина, это так и осталось бы тайной.

— Поехали дальше, — оборвал его Гроздин. — Вот документ в котором мэр в рамках поддержки юных дарований приказывает организовать выезд добровольцев в новичковский данж, хотя обычно подобные «экскурсии» совершаются лишь через шесть-восемь недель после инициации, — Гроздев поднял другую бумагу к лицу. — Первые столкновения с низкоуровневыми монстрами лучше проводить через шесть-восемь недель, когда пет привыкнет к хозяину и станет его полностью слушаться.

— Млять, старый штопанный гандон, — не выдержала Асакура и сжала кулаки. — Он же прям знал, что посылает детей на смерть, — она вытерла кулаком глаза, хотя те и не были особо влажными и добавила. — Если будете его пытать, я хочу присутствовать. Я ему, сука, покажу, как детей убивать!

— Вот бумаги по договору, — теперь снова вступил в разговор Миллер. — И они оформлены с ошибками. Тут даты не бьются, ещё кое-что, но главное, ощущение, что продавец действовал не по своей воле. Смотрите!

Гроздев и Асакура подошли к монитору.

— Вот это подписи Флегга в обычных документах, а это подпись под продажей земли с данжем. Видите разницу? — Миллер поднял глаза на присутствующих.

— Как будто сдавило, — высказалась Асакура.

— А теперь представьте, что в данже на твоей земле вдруг погибает два десятка человек, — сказал Гроздин, и поднял ещё одну распечатку. — А до этого там же погиб только ещё один-единственный человек, который запнулся о камень, упал и сломал себе шею пятнадцать лет назад.

— Я помню этот случай, — усмехнулась воительница. — Да что говорить, я тут сама училась побеждать монстров, — она покачала головой. — Вот же — Аристарх, хрен ушастый.

— Стойте, кажется, нашёл, — проговорил Миллер и чуть ли не боднул экран ноутбука, приблизившись к нему. — У нас тут нарушение. Формальное, конечно, но есть за что зацепиться, от него можем плясать.

— Какое ещё? — заинтересовался Гроздин.

Приблизилась к экрану и Асакура. Она тоже хотела поставить в этом деле точку.

— Смотрите, есть два документа. Право собственности и договор о купле-продаже. Так вот, первый оформлен за неделю до второго. И на договоре купли-продажи подпись Флегга вообще не должна была пройти.

— И что это значит? — Асакура распрямилась и посмотрела на двух немолодых мужчин, с которыми бы ни за что не встретилась, если бы не их общий знакомый. — Мы можем его привлечь?

— Сейчас-сейчас! Стойте, — Миллер копался в документах, словно крот в грядке с морковью. — Есть! Вот он бесстрашный мудозвон! Смотрите, деньги на покупку выделяет город, а в собственность уходит в аффилированные с мэром структуры.

— Мальчики! — чуть ли не впервые в жизни воительница приподняла левую бровь, а не правую. — Можно при дамах не выражаться? Что это значит?

— У нас есть формальный повод привлечь его к допросу, — ответил на это Гроздев, затем тяжело вздохнул и посмотрел на напарника. — Но нас заставят его выпустить!

— Слушайте, ребят, — Асакура достала телефон, у меня есть его признание в том, что он знал о гибели Грушина, когда об этом ещё никто не мог знать!

— Мало! — Гроздев покачал головой. — Категорически мало. Нам позвонят сверху и прикажут его выпустить. После этого наше время пойдёт на минуты.

— Он труслив! — воительница блеснула глазами. — Если мы его прижмём, то расколем!

Гроздин посмотрел на Миллера. Тот снял очки.

— Если честно, давай сделаем вид, что ты не участвуешь, а? — сказал он напарнику. — Мне, правда, терять нечего. Не то, чтобы я прям правильный, но в данном случае надо переть до конца, — он усмехнулся. — Особенно, когда к этому готова столь шикарная особа противоположного пола.

— Противоположный пол — это потолок, — Асакура закатила глаза. — Что делаем?

— Доказательств маловато, — покачал головой Гроздин.

— Он виновен, значит дожмём, — сказал Миллер, и хлебнул из горла чего-то крепкого.

* * *

Через некоторое время они стояли в приёмной мэра со всем объёмом доказательств его вины, которые у них только были. Разбираться во всём этом можно было месяцами, главное — прищучить его и потом уже мариновать в допросной.

— Аристарх Второй у себя? — спросили они у помощника, являя собой абсолютно представительное посольство.

— У себя, — кивнул помощник, — как представить?

— Дэн Миллер, воительница Асакура, Анатолий Гроздин, — с улыбкой ответил Миллер.

Помощник попытался дозвониться по внутренней связи, но у него ничего не вышло. Затем он постучал в дверь, но там тоже была тишина.

— Не понимаю, — ответил он, обернувшись к посетителям. — Был на месте. К нему ещё один приходил оттуда, — он показал пальцем на потолок. — И после этого я не отлучался, а он не выходил.

— Беда! — рявкнул Гроздин и с разбега выбил дверь.

В кабинете никого не было. И даже окна были все закрыты, что исключало падение мэра с высоты.

Следователи обыскали всё. Они даже воспользовались своими приборами, чтобы попробовать отыскать волны ауры Аристарха Второго, но так и ничего не нашли. Лишь в самом конце поисков, недалеко от кресла мэра, Асакура нашла обгоревшую пуговицу от лацкана пиджака, которая, может быть, принадлежала мэру.

Глава 11

Днём ранее.

Выйдя из магазина, я понял, что что-то не так. Слишком уж всё было хорошо и безупречно. А с некоторых пор я знал, что расслабляться мне нельзя.

Отойдя в сторону, я незаметно впитал сферу просто на всякий случай, чтобы улучшить рефлексы и усилить мозг. Надо было быть готовым абсолютно ко всему.

«Йонир, ты что-нибудь чувствуешь? — спросил я, но демон не откликнулся. — Йонир!»

«А? Что? — наконец, ответил тот сонным голосом. — Что случилось?»

«Ладно, ничего, спи, — ответил я. — В таком состоянии всё равно вряд ли что-то почувствуешь».

«Кстати, ещё раз огромное спасибо за квартирку, — проговорил тот, чуть ли не зевая. — Очень удобно стало. Не то что раньше».

— Рик, — тихо позвал я. — Ты тут?

— Ну а где мне ещё быть? — сварливо откликнулся голос из ниоткуда. — Ты ж