Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 3 (СИ) - Афанасьев Семён

— Мы уже посмотрели. Операционный стационар нейрохирургии, торакальной хирургии и абдоминальной хирургии. Плюс какие-то амбулаторные подразделения, но они в это время не работают, только днём.

— Понял, спасибо, — сказано с облегчением. — Видимо, поехали проведывать кого-то из знакомых. На сегодня всё, меня можно больше не беспокоить.

— Если будет что-то выходящее за рамки?

— Только в случае угрозы или риска. Если как сейчас — зашли на вечеринку, поехали в клинику — просто пишите в текстовой строке. Я потом прочту. — Голос старшего добавляет в сторону. — Вдруг они так до утра кататься будут — то в ресторан, то на приём. То на одной машине, то на двух. А потом ещё опять в бассейн соберутся…

— Прекрати обдирать когтями мою кожу, — ухмыльнулась Моэко с водительского сиденья.

Хину вздрогнула и посмотрела на свои пальцы: её ногти действительно оставили следы на красном кожаном подлокотнике.

— Извини, случайно, — вздохнула Хьюга. — Оплачу в сервисе любой счёт.

Миёси отмахнулась:

— Мы уж как-нибудь без твоего сервиса обойдёмся. Можешь расслабиться.

— В смысле? — пловчиха думала о своём и не уловила посыла.

— Если за каждой царапиной на наших машинах бегать в сервис… — борёкудан красноречиво ухмыльнулась. — Это негативно скажется на общем бизнесе, пха-ха-ха. — Потом подруга посмотрела в зеркало заднего вида. — Такидзиро-кун, как ты смотришь на сеанс групповой психотерапии? У нас тут, кажется, девиант наметился.

— Зачем? — лениво отозвался стажёр с заднего сиденья. — Хину-сан — достаточно взрослая девочка, чтобы ходить по жизни без заёмных костылей.

— Мне не нравится, когда она думает то, что сейчас думает и чувствует то, что чувствует.

— А ты уверена, что не ошибаешься? — с выражением безграничного буддийского терпения на лице уточнил Решетников.

— Не первую пятилетку знакомы. Я по её физиономии всё без ошибок вижу.

— Давай сравним выводы? — предложил хафу.

Хину почувствовала, что злость и досада в её душе уступают место любопытству.

— Ты же своими глазами всё видел, — удивилась Моэко, имевшая, но не афишировавшая, кроме прочего, диплом какого-то там психолога. — Считаешь, есть место для разных трактовок?

— Давай попробуем, — упёрся Такидзиро. — Ты первая.

— Хину-тян разочарована в своём мужчине. Поскольку она — девочка серьёзная, её раздирают противоречивые чувства: с одной стороны, хочет крушить и ломать, а с другой — свернуться в клубок и хныкать.

— Пф-ф-ф, как писали в одной книге, твоя тактичность может сравниться только с твоей красотой! — не сдержалась Хьюга. — Ничего, что я рядом и вас слышу?

— На то и расчёт, — с компетентным видом заявила Моэко.

— У меня другой анализ, — подал голос с заднего сиденья Решетников.

Хину прислушалась к себе и констатировала, что кроме жгучего интереса уже ничего не испытывает.

Занятный феномен.

— Да ну? — Миёси втопила педаль газа в пол, поскольку скоростная трасса, ночной город и машин немного.

— Она сейчас сердится не на Сузуки Сёго, а на себя, — уверенно выдал стажёр.

Пловчиха в удивлении даже назад развернулась через спинку сиденья, чтобы посмотреть, с какой физиономией он это произносит.

— Ставлю на внутренний конфликт: она изменила принципам и позволила об этих отношениях договориться родителям, — беспрепетно продолжил светловолосый.

— Что за принцип? — тоном экзаменатора уточнила борёкудан. — Который нарушен?

— Решать самостоятельно и за свои решения тоже отвечать самостоятельно. А сейчас получилось, решали родители — а отдуваться ей, — кое-кто в задней части салона легкомысленно пожал плечами. — И Хьюга-сан с её обострённым чувством справедливости не знает, как поступить. — Решетников собирался сказать что-то ещё, но осёкся. — Хину-сан, рассуди, кто из нас прав?

— Уже знаю, как поступить, — мрачно вздохнула пловчиха. — Хорошо сказано, решали другие, а отдуваться мне.

— Такидзиро-кун, чем дольше мы с тобой знакомы, тем больше вопросов в твой адрес у меня возникает, — задумчиво бросила Моэко.

— Спрашивай? — предложил логист. — Я вроде особых секретов ни из чего не делаю.

— Как сформулирую всё, что накипело, тут же и начну, — пообещала Миёси. — А то у меня скоро комплексы появятся.

— У неё есть диплом психолога и она считает, что знает меня идеально, — мстительно ввернула Хину. — А ты сейчас попал в точку.

— Давай, открой мне глаза, — увязвлённо фыркнула якудза.

— Недостатки будущего мужа меня парят как бы не в последнюю очередь. Но вот то, что я не чувствую себя комфортно и безопасно с мужчиной, с которым речь о серьёзных отношениях — это да, это задевает. Кстати, пользуясь случаем. Такидзиро-кун, я хочу извиниться за ту недостойную сцену, из которой тебе пришлось выпутываться!

— Проехали, — флегматично поморщился стажёр. — Мелочи жизни.

— Ты правда не обиделся? — она специально взглянула в зеркало ещё раз.

— Если в мои годы обижаться на глупости пацанов, своего миллиарда йен можно никогда не заработать. Я рад, что вы обе конструктивные и критичные, — Решетников наклонился между передними сиденьями и положил руки на подголовники.

— Тогда уже и непьющие, — заметила Хьюга. — Многих из присутствовавших я знаю: когда трезвые — совсем другой народ.

— Хаяси-сама, рада видеть и приветствовать. — Хьюга придержала Такидзиро за локоть.

Товарищ то ли жил по какому-то другому этикету, то ли и со стариком Юто был на слишком уж неформальной ноге: по правилам иерархии, первой должна войти она.

Да, можно поступить наоборот, но тогда её официальный визит превратится в неофициальный.

— Проходите! — облокотившийся спиной о высокие подушки в положении сидя, патриарх-основатель листал ленту, вооружившись планшетом.

В очках и в больничной пижаме он был похож не на акулу бизнеса, а на доброго дедушку. Разумеется, куратор Регулярного менеджмента внешней маской не обманулась.

— Я позаботился о трёх стульях, располагайтесь, — Хаяси-старший повёл рукой, указывая на полноценные кресла возле кровати.

Интересно, где они в больнице их взяли? С другой стороны, наверное, за здешний ценник вип-клиент может себе позволить любые условия.

— Такидзиро-кун, помодерируешь? — чистейшей воды экспромт.

Поначалу она планировала один разговор, но сейчас, глядя в глаза бывшего соратника собственного деда, интуицией почувствовала, что стоит поступить иначе.

— Цели и задачи рабочей группы? — Решетников включился мгновенно. — Если общих согласованных нет, называйте каждый свои по очереди.

Не успев усесться, стажёр оттолкнулся от подлокотников и прошёл к стене, на которой клиника предусмотрительно разместила офисную доску с маркерами.

— У меня — одно только старческое любопытство, — обозначил улыбку Хаяси-старший. — Разговор был к тебе, Такидзиро-кун. С тобой, Хину-сан, я предпочту слушать.

— Не знаю, насколько это можно считать задачами. — Пловчиха ненадолго задумалась.

С одной стороны, начать хотелось не с этого. С другой же, если она сама выбрала модератора, то и подчиняться следует безоговорочно — правила.

— Сформулируй всё же, — попросил светловолосый. — Без этого разговор не имеет смысла. По крайней мере, с точки зрения бизнеса.

— Первое. Хаяси-сама, у меня есть кое-какая информация о вашем пребывании в предыдущей больнице. — Хьюга ровно смотрела старику в глаза и говорила, что думала. — Без доказательств, но по косвенным признакам лично я предполагаю очень нехорошие вещи.

— Неожиданно. — В глазах патриарха зажёгся отсутствовавший ранее интерес.

— К сожалению, с нашей стороны не всё просто, — продолжила пловчиха твёрдо. — Я ещё буду разбираться на уровне семьи, насколько хватит моего влияния, но сейчас хочу попросить у вас прощения.

Хину поднялась, поклонилась, задерживаясь в этом положении настолько, сколько требовалось для принесения извинений.