Пентюх - Алексей Александрович Стопичев

дело! Давно пора! – заговорил резко басом. Я же посмотрел дико на Ваньку, на Игоря Фёдоровича и спросил:

- А это зачем?

- По формуляру-с положено, - Ванька втянул голову в плечи, и смотрел не на меня, а на начальника.

- Молодец, Ваня, садись на место! – милостиво кивнул ему Кротовой, и повернулся ко мне: - Сёма, надо так по закону! Ты распишись за пистолетик и за двенадцать патронов к нему! Вот здесь и здесь!

- И что я с ним делать-то буду? Я даже не стрелял ни разу, - в отчаянии спросил я председателя.

- Носить будешь, Семён! – пробасил исправник. Притиснул свою моржовую тушу к столу, высыпал патроны из коробочки и ловким движением откинул какую-то штучку возле барабана. А после стал запихивать в дырки патроны, пулями вперёд, постоянно проворачивая барабан: - Так он заряжается! Потом планочку на место! А потом целишься и нажимаешь на спусковой крючочек! На!

Исправник сунул мне заряженный револьвер, и я машинально взял железяку. Поразился, какой тяжёлой оказалась машинка для убивания, даже чуть не уронил от неожиданности. На вид револьвер легче казался. А исправник в это время сгрёб оставшиеся шесть патронов и бережно ссыпал мне в карман. Потом оглядел меня придирчиво и спросил:

- А кобура твоя где?

- К-какая кобура? – я натурально начал заикаться, глядя на огромного исправника. А тот повернулся к Кротовому и спросил:

- Игорь Фёдорович, а кобуру почему не выдаёте?

- Так по формуляру только наган положено-с выдавать и двенадцать патронов к нему-с! – тут же сообщил Ванька, выглядывая из-за кучи бумаг, как солдат из окопа.

- Действительно так, - кивнул председатель земской управы.

- Ну, положено-с, не положено-с, - благодушно прогудел исправник, - Не в сапоге ж ему оружие носить! Выдайте и кобуру!

- Так нету кобуры, - развёл руками Кротовой.

- Ладно, - исправник махнул своей ручищей: - Зайди после службы к нам в участок, найдём!

И потопал на выход. Кротовой тут же развернулся и зашёл в кабинет. А Ванька и Потап уткнулись в бумаги и сделали вид, что не произошло ничего. Я подумал, и решил уйти пораньше. К чёрту сидеть, всё равно работать не смогу теперь. Взял блокнот, да грифельный карандаш. Подумал немного и сгрёб со стола линейку. В сериале каком-то видел, что эксперты на месте убийства замеряют всё. Вдруг понадобится? Поднялся и уже к выходу пошёл, как вспомнил вдруг про оружие. Вернулся, взял револьвер и стал крутить, соображая, куда его сунуть. Пробовал за пояс, но оказалось – неудобно. Тогда взял волостную газету «Ведомости», завернул в неё пистолет и сунул подмышку. Так и пошёл из присутственного места, провожаемый сочувственными взглядами оставшихся писарей.

По дороге всё думал, что с собой взять. И решил, что нужно пирожков с капустой купить. Очень вкусные они были в булочной, что напротив моей квартиры располагалась. Зашёл, взял сразу десяток, занёс всё домой да так и лёг обутый на кровать застеленную. Думал и не засну, а только глаза закрыл, как провалился в сон. И проснулся уже рано утром…

глава 3

Глава 3. Что такое не везёт и как с этим бороться

Рано утром я пришёл к зданию управы и стал дожидаться почтовую карету. Не знаю, что это за мир, в котором я оказался, но он в чём-то очень похож был на наш. Если не считать монстров всяких, да разные расы. Таких тут, кроме людей, насчитывалось пять штук: тырки, гмуры, грыли, альфилы и парафины. Первые три жили зачастую и среди людей, а вот парафины с людьми не дружили никак. И вообще ни с какими расами не дружили. Жили сами по себе и особо никуда не высовывались. Хотя, альфилы тоже были весьма заносчивыми тварями. Они, по преданию, в этот мир попали первыми. А может, и изначально здесь жили. Это потом уже сюда проваливались и другие расы и люди из разных миров. Когда-то – густо и много. А потом, как я, изредка и по одному. Но я так подозреваю, что королевство Рось, в которое я и попал, было заселено как раз выходцами из России. Оттого так мало различий. Даже если и начинались расхождения, проваливались новые, с более современным языком и понятиями, и нынешняя цивилизация подтягивалась к уровню той. Хотя, тянуть её ещё надо было много, но вот местные условия не всегда позволяли!

Возле управы стояли две девицы, видимо, тоже карету ожидали. Я скромно стал рядом, щупая холщовую сумку, в которую положил и револьвер, и пирожки с капустой, и блокнот с карандашом и линейкой. Вскоре подъехала карета, запряжённая парой здоровенных лошадей. Тут их называли тяжеловозами. Кучером был грыль – мелкое, худощавое существо с сероватой кожей, огромными, без ресниц глазами, тонкогубым ртом и узловатыми конечностями. Грыль глянул на нас и спросил писклявым голосом:

- Билеты есть?

Я достал свой, девицы достали свои билетики. Только они полезли в карету, на площадь вышел дворянин лет тридцати от роду. Высокий, статный, с орлиным носом и усами, закрученными наверх. Он весело глянул на нас, подошёл и спросил у грыля:

- В Ожск карета?

- А куда ж ещё? – пробурчал грыль, - Или тут двадцать карет разных?

- Поумничай мне, - нахмурился дворянин. Сунул грылю под нос билетик и упруго вскочил в карету. Сел рядом со мной, напротив дам, и тут же представился: - Поручик в отставке, Жилов! Егор Егорович!

И коротко так головой кивнул. Я бы мог поклясться, что даже щелчок каблуков услышал. А девицы зарделись, глянулся им поручик. Потупили глаза, как того правила приличия требовали. Одна – высокая, налитая, как уличный надувной батут, так, что груди, казалось, корсет платья разорвут, прошептала томно:

- Скрипина, Катерина Леопольдовна! – и ножкой шаркнула по полу кареты.

Вторая – похудее, побледнее, зато с завитыми в кучеря локонами и красным от помады ртом, тоже жеманно ножкой сделала:

- Ольга Анатольевна! Жугарова!

Бравый дворянин повернулся ко мне. Понимая, что отмолчаться не получится, я произнёс:

- Семён Петрович… Пентюх.

- Как-как фамилия? – вскинул вверх брови поручик. И я его понимал. В этом мире слово пентюх