Дневник (не)ловкой попаданки (СИ) - Светлана Нарватова

Полыхнувшие свечи разлетелись по сторонам. Дорогой халат вспыхнул, будто его розжигом облили. Я подскочила, балансируя, как на коньках, и бросила пылающий халат в лужу воды и стала затаптывать свечи.

Со стоном, потирая голову в месте ушиба и заметно прихрамывая, из коридора в комнату влетел родонец.

И просто включил дождь.

В дверях появились любопытные головы воинов, но бесшумно скрылись, убедившись, что ситуация у начальства под контролем.

Из дневника наблюдений, дорогой дневник: на дождевание мои особенности не повлияли. Похоже, необходимым условием для их срабатывания является направленность заклинания непосредственно на меня.

— Я нечаянно!

— Изьвините, Полья, случился непредвиденный конфузь, ‑ стараясь держать лицо, проговорил родонец.

Надо признать, что у Лео сдерживать эмоции получалось гораздо лучше.

Кажется, дорогой дневник, маг сейчас мучительно переживал позор, мало того что перед вражеским шпионом, так ещё и женщиной. То есть искренне считал, что накосячил с заклинаниями. Это, пожалуй, самая большая моя удача за сегодняшний день.

Ну а то, что не удалось сломать крепость с первого раза — что ж. Но попытка была зачётная!

— Ничего страшного, многоуважаемый господин Сэтоши. Бывает. Халат был красивый. Очень его жаль.

На скулах родонца заходили желваки.

Видимо, ему тоже было жаль. Даже сильнее, чем мне.

— Если вы не в настроении разговаривать, я могу обратно в темницу… — предложила я от всей души.

Опять же, вид у меня сейчас был как у мокрой курицы. В отличие от родонца, гладкая фигулька на голове которого от воды ничуть не пострадала.

— Я просто обязян теперь высушить вас. — Родонец изо всех сил пытался вернуть себе утраченное в его глазах достоинство.

С ужасом я представила, во что это выльется. Но не знала, как бы поделикатней на это намекнуть, чтобы не оттоптать и так потрёпанное эго родонца.

— Вы не будете возьражать, если мы устроимся у камина? — предложил Сэтоши, будто прочитав мои мысли. Возможно, он сам не ручался за свой дар в таком состоянии.

— Многоуважаемый господин Сэтоши, именно об этом я хотела вас просить, если бы осмелилась. — Я сделала уважительный поклон, но не слишком глубокий.

Интересно, я достаточно прогибаюсь с его точки зрения, или мне полагалось встать на колени и биться лбом в пол от счастья?

Глава 17

Приятно, дорогой дневник, поговорить с интеллигентным человеком

Родонец провёл меня дальше по коридору и распахнул дверь. Комнатка была небольшой, зато тёплой. На полу возле камина лежала шкура. Лишь войдя внутрь, я сообразила, что это спальня. Кровати как таковой не было. Но в углу лежало нечто, напоминающее матрас, и застеленное покрывалом. Возможно, у предложения отправиться к камину изначально был скрытый смысл, но незнание местных обычаев не позволило мне его уловить.

Сэтоши что-то гаркнул в коридор, вошёл в комнату следом за мной и закрыл дверь. И почувствовала некоторое облегчение от того, что выгляжу облезлой оборванкой.

Не то чтобы я всерьёз верила, что могу привлечь внимание такого красавчика. Но на безрыбье, как известно, и рак рыба, не говоря уже про более пошлые варианты пословицы.

— Присаживайтесь к огню, Полья, — щедро предложил мне родонец и подошёл к сундуку, из которого вынул бутылочку и две пиалы. — Вам стоит согреться.

Он поставил пиалы на невысокий столик, вроде тех, на которых подают завтрак в постель (я в кино видела, дорогой дневник), булькнул прозрачного как слеза напитка в обе чаши и поднёс это сооружение к шкуре, на краю которой я расположилась.

Если бы я не знала о своей патологической криворукости, которая стала причиной учиненного погрома, подумала бы, что это было частью хитрого плана. Сегодня господин Сэтоши определённо играл в доброго полицейского.

— У вас очень необычное имя — «Полья». — Родонец жестом предложил мне выбрать чашу, взял оставшуюся, качнул ею в мою сторону и сделал небольшой глоток.

Хозяин явно демонстрировал, что ничего опасного в напитке не содержится. Я, конечно, понимала, что есть такая штука, как антидот, поэтому всё равно была настороже. Однако явно демонстрировать недоверие не рискнула и, кивнув, чуть смочила губы напитком.

И закашлялась.

Градусов сорок там было. А скорее всего, больше. Такой нектар бы для стерилизации — цены бы ему не было!

— В полном варианте оно звучит как «Полина», — ответила я нейтрально, когда спиртовые пары перестали выжигать носоглотку, и я вытерла слёзы.

— Никогда раньше не слышал. Откуда ви?

— Из России, — ответила я честно, как пионерка. Потому что не видела лучшего способа дезориентировать противника лучше, чем рассказать всё, как есть.

Или почти как есть.

— Это большой город?

— Это страна. Да, очень большая.

— А как ви с вашим спутником попали к нам?

— Вы, наверное, мне сейчас не поверите, но я сама не понимаю. Мы были с Лео у меня в квартире… и вдруг оказались посреди леса.

— Просто взяли и оказялись? — Сэтоши прищурил глаза, будто пытался пронзить меня рентгеновским зрением.

Тут в дверь постучали. Хозяин что-то прогэгэекал на своём, и в комнату, хромая, вошёл знакомый мне громила с тарелками на подносе. Башмачок из коры держался на честном слове. Верёвки не могут заменить полноценные бинты.

— Многоуважаемый господин Сэтоши, если у вас найдутся полосы ткани, я бы заменила вашему слуге повязку на ноге.

Родонец резко обернулся:

— Зячем вы это делаете?

— Что?

— Зячем вы пытаетесь за ним ухаживать? — Глаза родонца вновь превратились в щёлочки.

— Потому что могу, ‑ пожала я плечами. ‑ Я могу ему помочь, и это ничего мне не стоит.

— Он сделал вам больно.

— Но ведь это вы ему велели?

Головорез, который в этот момент ставил поднос на столик, вздрогнул. Тоже понимает по-леденски? Любопытно, здесь все такие образованные, или громила совсем не прост?

Я склонялась ко второму.

— С чего ви это взяли?

— Я не знаю родонского языка, в отличие от моего спутника. Вы, многоуважаемый господин Сэтоши, должны были это понять по нашему разговору. Но это было очевидно. Почему я должна злиться на человека, который честно выполнял свою работу?

— А если я сейчас вас ударю, ви тоже не будете на меня зьлиться? — На лице родонца мелькнула острая, как бритва, насмешка.

— Но ведь прямо сейчас у вас нет в этом нужды? И вам никто не приказывает это делать, ‑ напомнила я.

На лице распрямившегося громилы мелькнуло неуловимое выражение. Видимо, я была всё недостаточно почтительна со столь высокородной особой. Но если кому-то что-то не нравится, пусть скажет прямо. Для этого природа дала человеку рот и голосовые связки.

Сэтоши что-то приказал подчиненному,