Кто ты, Такидзиро Решетников? - Семён Афанасьев

подходом результаты намного выше, та база знаний всё же не сегодняшняя, — подумав, добавляю, — особенно если темой интересоваться, любить и изучать не из-под палки, а по причине искреннего любопытства.

— Решетников-сан, ты полон сюрпризов, как я погляжу.

— Никогда и не утверждал, что моим единственным увлечением является офис. Я много чем интересуюсь, просто рассказываю не обо всём. И не всем.

— Поняла. А ты по любому человеку так можешь сказать характер и мысли по фотографии? — женский голос становится вкрадчивым.

— По фотографии видна в лучшем случае четверть и то, на момент фиксации. Если вживую — думаю, по любому. При условии что у него лицо есть…

— А-ха-ха.

— … И что мышцы этого лица не парализованы — тогда картина искажается и с реальной ничего общего не имеет.

— Хм. А ведь ты уже понял, что я хочу предложить.

— Думаешь брать меня на всякие интересные встречи, где приложение достоверности на телефоне не включишь? А намерения второй стороны актуальны?

— Угу. Тем более, по возрасту мы с тобой отлично сочетаемся — вполне мотивировано можем представляться парнем и девушкой. Никому и в голову не придёт наигрыш. — Она оценивающе смотрит на меня и откровенно добавляет. — И ума в вечном стажёре никто не заподозрит, хотя у тебя с головой всё в порядке. В лучшем случае о нас с тобой подумают, что у хафу известный орган большой, вот я на тебя и запала. По причине собственной слабости на передок.

— Как насчёт репутации? Союз со мной — для тебя явный мезальянс. Вон, Хонока-сан вообще бесится из-за того, что наши имена оказались связаны.

— Ой, она от шестнадцатого века взглядами недалеко ушла! — отмахивается Уэки. — И вообще, она помешана на классике! Я где-то согласна, среди фамилий Бархатной Книги и её приложений есть свои правила. Но мы же не женихом и невестой представимся, а так, парнем-девушкой! Если ты непротив, — спохватывается она. — Ну и век какой на дворе? Как «начали встречаться», так и «расстанемся», я о совместном статусе. Мне бы на должности директора освоиться, а там…

— Одно условие. О выходах договариваемся хотя бы за день: у меня на ближайшее время грандиозные планы. Чтобы я мог планировать график.

— Ты не скажешь, что хочешь взамен? — собеседница серьёзно смотрит мне в переносицу. — Если промолчишь, это изящный способ увеличить сумму моего долга в несколько раз. При прочих равных.

— Я тебе клятвенно заявляю, — прикладываю руку к груди. — Что с тактичностью, совестью и порядочностью у меня проблем не было, по крайней мере, до этого момента. Если хочешь, включи ещё раз свой детектор, я повторю.

— Да я не выключала, просто уведомление с графики на звук переключила. Оно бы пикнуло, — честно сообщает она. — Детектор тебе верит.

* * *

— Такидзиро-сан, я очень разочарована. — Начальница отдела складской логистики уже в третий за сегодня раз столкнулась со стажером возле входа в сектор.

Она демонстративно взглянула на часы:

— Почти два часа. Я думала, ты уже на половине пути к складам.

С одной стороны, так ставить на вид любимчику кое-кого из совета директоров (и, кажется, даже акционеров) — не самая лучшая идея. С другой, подобное наплевательское отношение к работе ни один начальник от подчинённого терпеть не будет.

— Вы заметили, что я не смеюсь, Аяка-сан? — Решетников расплылся в идиотской улыбке. — Хотя и очень хочется, еле сдерживаюсь. Третий раз на том же месте! Если сейчас ещё и уважаемый Абэ-сан… — договоритесь он не успел.

— Андо-сан, пожалуйста, зайдите ко мне с вашим человеком! — в динамике прозвучал голос заместителя директора департамента.

— А-га-га-га-га… — сотрудник покраснел, напрягся, пытаясь сдержаться, но не преуспел. — Аяка-сан, ну извините! Как тут не веселиться.

— На твоём месте я бы думала не о веселье, а о ревизии. — Настолько спокойно, что практически холодно ответила Андо. — Если уж ты никуда не поехал, то хотя бы здесь сегодня не появлялся: мы ведь договорились.

— Я всё сделал, потому и вернулся, — возразил хафу. — Зафиксировал пересортицу и небольшую недостачу, — он протянул ей стопку листов. — В твёрдой копии, с живыми подписями, с их мокрой печатью. Если бы всё было нормально, я бы поехал по своим делам, а раз недостача…

— Дай. — Она выхватила бумаги.

Акт, акт, акт… Подписи нужных персон действительно были на своих местах.

— Это какая-то мистификация? — она подняла взгляд.

— В смысле?

— Каким образом ты быстрее чем за два часа успел всё это оформить? — она потрясла листками в воздухе.

— Там работы на час, — пожал плечами метис. — Основное время забирает дорога. Хонока Хаяси-сан дала мне свой вертолёт, я слетал на нём туда и обратно. Это по земле телепаться через горы три часа, а если лететь, то выходит гораздо быстрее.

— Хаяси-сан дала тебе свой вертолёт? — растерялась Аяка. — Чтоб ты слетал на таможенные склады сделать ревизию?

— Ну да. — Решетников отчего-то завёлся. — Да позвоните ей сами, если не верите! Или Уте Уэки-сан, она меня до этого вертолёта провожала и в него сажала! Они подтвердят! Я действительно был на складах и действительно сделал свою работу! Вас сейчас не обманываю! А в свой законный отгул вернулся сюда только потому, что недостача — и акты должны быть у вас в оригинале в день фиксации!

— Прости. Если я сейчас неправа, приношу извинения, — заморожено кивнула Андо, задумываясь.

То, что аутсайдеру их департамента, вечному стажёру Решетникову, сразу двое членов совета директоров содействуют подобным образом, явно что-то значит. Понять бы, что.

Первый вариант: для финансистки Хаяси была чем-то очень важна эта ревизия. Чем?

Аяка ещё раз пробежала взглядом по бумагам. Да ну, фигня. Яйца выеденного не стоит. Уровень в лучшем случае старшего уборщика, но никак не члена Совета директоров.

Тогда что? Им чем-то важен сам Решетников? Ну-у-у, слухи как бы уже поползли, причём стремительно. Но к чему такая откровенная демонстрация с вертолётом?

С другой стороны, семейство Хаяси ничего не делает просто так, а младшая Хонока — втройне, потому что та ещё стерва.

Так и не придя ни к какому заключению, Андо развернулась на каблуках и бросила через плечо:

— За мной! — после чего модельным шагом от