Сильнейший Столп Империи. Книга 3 - Алексей Ермоленков

class="p1">— Здравствуйте ваше благородие! Нас за вами прислал Илья Александрович, — отчеканил гвардеец Макаровых и вытянулся в струнку.

— А скажи-ка мне, боец, неужели я столько вешу, что за мной нужно присылать грузовой вертолёт, да ещё и такую громадину?

— Виноват, ваше благородие. Не сообщил вам сразу. Его благородие Илья Александрович велел доставить вам предметы первой необходимости. Он имел честь гостить у вас недавно и заметил, что после переезда вы ещё не обзавелись всем необходимым. Вот он и снарядил вам небольшой подарок. Так сказать, со всем уважением.

— Ясно. Ну, если подарок, да ещё и с уважением, то отказываться нельзя, чтобы не обидеть. Выгружайте. Лихач, принимай подарки от рода Макаровых. И аккуратней там, человек старался.

— Есть! — отозвался Лихач и принялся раздавать команды гвардейцам, а те и рады стараться.

— Ну что, любезный, полетели? — обратился я к гвардейцу Макаровых, когда все контейнеры выгрузили.

— Полетели, ваше благородие, — ответил он, и мы отправились в вертолёт.

Вскоре мы высадились на вертолётной площадке перед замком Макарова. На этой же площадке я заметил вертолёт с гербами рода Константиновых. Значит, Михаил Юрьевич уже здесь.

Как только я покинул вертолет, ко мне тут же подбежал лакей, низко поклонился и пригласил:

— Прошу вас следовать за мной, ваше благородие. Илья Александрович уже ждёт вас.

— А красиво тут у вас, — искренне восхитился я. Замок смотрелся величественно, причём и он сам, и всё, что его окружало было сделано в готическом стиле. В сумерках это будет смотреться ещё красивее, но и сейчас этот дизайн вызывает восхищение.

Деревья, скамейки, дорожки, даже фонтаны, во всём этом чувствовалась настоящая древность и благородство. Всё, что меня окружало волей и неволей заставляло проникнуться уважением к возрасту этого рода. Я был тут ночью, и толком рассмотреть ничего не успел, а сейчас у меня есть время на то, чтобы полюбоваться местными красотами.

— Полагаю, что Илье Александровичу понравится ваша оценка его родового гнезда. Род Макаровых очень древний. Почти всё это строилось очень и очень давно, но величие и крепость этих строений нерушимы и по сей день. Пройдёмте, пожалуйста, в замок, там тоже есть на что посмотреть, уверяю вас, — ответил слуга, испытывая гордость за то, что он является частью этого рода.

— Нисколько в этом не сомневаюсь, ведите, — согласился я, и мы отправились в замок.

Его изнутри я уже видел. Здесь всё так же расстелены ковровые дорожки, на стенах висят картины, кое-где даже гобелены. Всё это чередуется с инкрустацией серебром и золотом, дорогими декорами и много ещё чем.

Меня привели в главный зал, где у противоположной от входа стены стояло три кресла рядом и ещё несколько кресел чуть позади.

— Его благородие барон Максим Валерьевич Бессмертный, — объявил мой приход глашатай, все тут же обернулись и в зале воцарилась полнейшая тишина. Все с большим интересом принялись разглядывать мою персону.

— Ну, наконец-то, Максим Валерьевич. Мы вас уже заждались. Что-то случилось в дороге? Почему вы задержались?

— Предметов первой необходимости оказалось слишком много, долго разгружались, — в шутку ответил я и Макаров посмеялся.

— Позвольте вам представить мою супругу. Это Алевтина Матвеевна.

— Очень рада, наконец-то, с вами познакомиться, Максим Валерьевич. Вы знаете, я даже не подозревала о том, что существует человек, способный помирить рода Макаровых и Константиновых. И особенно я вам благодарна за тельняшку, которую вы подарили мужу.

— Тельняшку? — удивился я, пытаясь вспомнить, когда я её успел ему подарить.

— Ну тельняшку, — она стрельнула глазами на зад мужа, и я догадался о чём речь.

— Ах вы про эту тельняшку.

— Да, про неё. Вы не поверите, как мне иногда хочется самой сделать ему такой подарок, но я слабая женщина и мне такое не под силу. Могу я рассчитывать на то, что вы периодически будете баловать моего мужа такими подарками? — захлопала ресничками Алевтина Матвеевна, а её супруг смотрел на неё и еле сдерживал свой смех.

— Боюсь, что для вашего мужа и Михаила Юрьевича и я такие подарки больше достать не смогу.

— Как жаль. А счастье было так близко. Но всё равно, знайте, что вы желанный гость в этом доме, и я надеюсь вы когда-нибудь пригласите нас к себе.

— Боюсь, это произойдёт не скоро, если только вы не любите отдых на природе.

— Обожаю отдых на природе.

— Ну, тогда уговаривайте вашего мужа, потому что дверь моего дома для него всегда открыта.

— Дорогой, может съездим к его благородию в гости? Ты там был, а вот я ещё не была ни разу, обратилась Алевтина Матвеевна к мужу.

— Обязательно съездим, дорогая. Только дай Максиму Валерьевичу время освоиться. Он недавно приехал и ещё не обжился. Куда ему гостей-то приглашать? Потерпи чуток. Барон Бессмертный очень быстро все делает, так что, скоро он нас пригласит.

— Рад вас видеть, Максим Валерьевич, — подошёл к нам к Константинов и протянул мне руку. Я пожал её и спросил:

— Я тоже рад вас видеть. Как вас здесь приняли?

— Честно скажу, далеко не все довольны тем, что я был приглашён на семейное событие, однако приняли меня значительно лучше, чем я того ожидал.

— Может быть это потому, что вы женаты на моей сестре? — вмешалась в разговор Алевтина Матвеевна.

— Вы что, женаты на сёстрах и при этом враждовали? — удивился я, переводя взгляд с Макарова на Константинова и обратно.

— Если быть точным, то на троюродных сёстрах. Мы это выяснили уже после того, как поженились и узнали это от своих жён, когда встретились на балу у князя, — признался Макаров.

— Вот это для вас был сюрприз, наверное, — усмехнулся я.

— Вы даже не представляете какой. Особенно этот сюрприз понравился нашим отцам. Они тогда ещё живы были. Представляете каково им было породниться с теми, с кем мы воюем уже не одно поколение?

— Да уж. Денёк выдался ещё тот, наверное.

— Денёк? Да я год на грани развода ходил. Сказал отцу, что если он нас разведёт без нашего на то согласия, то я отпишусь Его Величеству и попрошу признать этот развод недействительным. А если отец будет продолжать настаивать на разводе, то я уйду из рода и буду жить своей жизнью со своей семьёй. В общем, на него подействовало