Сильнейший Столп Империи. Книга 3 - Алексей Ермоленков

Даже не знаю уместно ли это? Наши рода воюют уже не одно поколение.

— Ну так пора избавляться от дурных привычек и становиться сильнее. А сильнее мы сможем стать только объединившись. Тем более, что в настоящее время у вас с Макаровыми заключён союз, пусть и временный. Вы сами-то хотите присутствовать при этом событии?

— Честно говоря, не отказался бы, но не знаю, как на это отреагирует Илья Александрович.

— Так давайте узнаем это, — предложил я и совершил видеозвонок Макарову.

— Здравствуйте, Максим Валерьевич. Что-то случилось? — спросил Макаров, Как ни странно, приняв видеовызов.

— Честно говоря случилось. Михаил Юрьевич буквально недавно прилетел ко мне и оповестил меня о своём выборе. Отныне мы с ним, как и с вами друзья. Вот он кстати, — я перевёл камеру на Константинова и тот неожиданно для себя помахал рукой Макарову, который тоже помахал ему в ответ. После этого я продолжил:

— Я что подумал. Раз уж я с вами и с ним дружу, то почему бы вам не закопать топор войны и не подружиться. Вы ведь Отлично ладите, когда объединяетесь против кого-то. Я вам предлагаю объединиться не против кого-то, а с кем-то. Точнее со мной. Воевать из-за моих земель вам больше нет смысла. А втроём мы станем сильнее.

Более того, мы сможем организовать совместные предприятия и производства. Причём, если захотите, то можем установить их на моей земле, или часть из них на моей, а часть на вашей. Уверен, что мы сможем найти совместные решения для ведения и развития прибыльных предприятий. Что скажете?

— Я не против. С вашим появлением причина нашей вражды действительно исчезла и, если вы объедините нас, да ещё и предложите выгодные предприятия я только за. А что скажет Михаил Юрьевич?

— Я согласен, — тут же ответил Константинов.

— Ну вот и замечательно. Тогда предлагаю скрепить эту договорённость действием, — предложил я.

— Что вы имеете в виду? — поинтересовался Илья Александрович.

— Я предлагаю вам пригласить Михаила Юрьевича на сватовство к вашей младшей дочери, а он в ответ пригласит вас на знакомство с его вторым сыном, когда тот поправится. Полагаю это произойдёт недельки через две.

— Эм-м… Честно говоря, я не думал, что это произойдёт настолько быстро. Но вы правы, не стоит откладывать наше примирение в долгий ящик. Заранее приношу вам свои извинения, Михаил Юрьевич. Не все из моей родни будут рады вас видеть у нас дома, но это первый шаг и со временем они изменят своё мнение. Я вам обещаю. А сейчас официально приглашаю вас послезавтра на сватовство моей младшей дочери.

— С удовольствием принимаю ваше приглашение, Илья Александрович. И как только, мой сын закончит лечение, я жду вас у себя. Буду рад вас представить своей семье, но вынужден тоже принести вам свои извинения. Не все будут рады вас видеть, но со временем я сумею их убедить в вашей честности и порядочности.

— Вот и замечательно, что всё решилось. Ну что ж, Илья Александрович, до встречи, — подытожил я.

— До встречи Максим Валерьевич и Михаил Юрьевич, — попрощался Макаров и разорвал связь.

— Максим Валерьевич, я тут взял на себя смелость и привёз вам кое-что. В прошлый раз вы нас угощали, и мне всё очень понравилось, но я заметил, что кое-чего вам всё-таки не хватает. Вы позволите, я преподнесу вам это в подарок? — спросил у меня глава рода Константиновых.

— Я не против, — ответил я и Михаил Юрьевич махнул рукой своим людям, которые сидели в вертолёте. После этого у вертолёта откинулся борт и оттуда начали вывозить один за другим огромные контейнеры. Кажется, теперь я понял, почему он прилетел на грузовом транспорте.

Глава 11

Российская Империя. Краснодарский край. Владения барона Бессмертного.

Гвардейцы рода Константиновых один за одним выкатывали огромные контейнеры и откатывали их в сторону.

— Не многовато? — поинтересовался я.

— На самом деле маловато, но на двух вертолётах я лететь не стал, подумал ещё собьёте по дороге, — ответил Михаил Юрьевич.

— И что там?

— Предметы первой необходимости.

— Понятно.

— Кстати, за минералы спасибо. Вы хоть представляете сколько стоит эти два килограмма, которые вы нам подарили?

— Имею смутное представление. Только вы не спешите их продавать.

— И не подумаю. Такую партию на рынок выбрасывать нельзя. Мы за всё время вражды между мной и Ильей Александровичем продали грамм сто этого минерала. Брали только тогда, когда могли договориться между собой. А вы нам сразу по килограмму подарили.

— И что, даже втихаря друг от друга не пытались спереть кусочек?

— Нет, конечно. Если бы мы нарушили наши договорённости, то о богатстве этих земель узнали бы посторонние, а мы этого допустить не могли. Поэтому держали своё слово. Да и появись на рынке дополнительный грамм этого минерала, мы сразу об этом узнали бы, поэтому воровать не было смысла.

— Ясно. Только я рекомендовал вам его не продавать не потому, что вы перенасытите им рынок, а потому, что мы можем открыть своё производство конечного продукта и заработать на этом значительно больше.

— Было бы, конечно, здорово, но боюсь, что нас не пустят на этот рынок. Если мы даже втихаря попытаемся создать и продать конечный продукт, нам тут же объявят войну родов.

— Тем лучше, завоюем всё имущество родов, которые объявят нам войну и монополизируем рынок.

— Не всё так просто. Рода, контролирующие этот рынок, очень сильны и влиятельны.

— Боюсь, Михаил Юрьевич, что вы сильно недооцениваете наши возможности. Род Константиновых и Макаровых воевали друг с другом на протяжении многих столетий. Вы по отдельности-то сильны, не говоря уже о том, что теперь вы союзники. А если в эту схему добавить ещё и меня… Как вы думаете, многие смогут противостоять нам?

— Боюсь, это вы не до конца понимаете, что такое война родов, Максим Валерьевич. В этой войне, выигрывает не тот, у кого войска сильнее. Физическое устранение играет немаловажную роль, я с этим согласен, но в основном война родов заключается в том, что одна сторона медленно обескровливает другую.

Для этого устраивают экономическую блокаду, и поставщики одной из сторон отказываются продавать ей оружие и еду. Источники дохода противников стараются превратить в источнике расходов. И пока вы штурмуете чей-то замок, ваш род обнищает, и