Индульгенция 1. Без права выбора - Тимур Машуков

в общем. Однако действенная и часто используемая. Теорию я знал и теперь самое время опробовать ее на практике.

— Отлично!!! — заорал отец, крутясь во все стороны. — Уровень дружинника, не меньше!!! Иного я от наследника Раздоровых и не ждал!!! А теперь…

Не знаю, кто меня дернул сделать следующее плетение — будто под руку подтолкнули… Из моей ладони вырвалась стрела света и устремилась к отцу. Тот ловким движением отклонился, попутно накрывая ее пеленой мрака.

— Эм… Это как вообще? — замер он, выпучив на меня глаза. Обычно серьезный и максимально равнодушный, отец сегодня вел себя как обычный родитель, радующийся успехам своего ребенка. — Какого цвета у тебя источник?

— Серый, — скрывать это я не посчитал нужным.

— Серый, да? — призадумался он. — А у меня?

— Черный. С переливами такими серебряными. Блестят так, что аж глазам больно. А еще ты сейчас собираешься эфир выпустить, — чуть напрягся я, увидев, как напряглись его каналы и ток по ним усилился.

Эх, мне бы такие — у него они были раза в два толще и прочней моих! А я-то думал, что вернул свои прежние кондиции. Впрочем, магия тут иная и сила у магов тоже. Может, маг шестой ступени там был бы на уровне дружинника или воина здесь.

— А вот сейчас ты прекратил.

— Значит, это правда, — внезапно успокоившись, он вытер проступивший пот со лба. — Ты можешь видеть магию еще до ее возникновения. Все-таки этот дар может передаваться по наследству. Права была наша прабабка, когда говорила об этом.

— О чем? — не понял я.

— Есть у нас в роду предсказание одно — одна часть его тебе пока неинтересна, а вот другая… В общем, она повелела назвать одного из своих потомков Видаром, то есть, видящим дар. И потомок этот должен был родиться в день солнечного затмения. Я вот как-то подзабыл о нем, а твоя мать нет. Так что имя мы тебе, можно сказать, не выбирали.

— И чем меня это порадует? Или нет, не так. Чем мне это грозит?

— Пошли ко мне в кабинет. Потому что это правильный вопрос, но говорить об этом надо в самом защищенном месте.

Ну, мы и пошли, а я по дороге гадал, что за хрень происходит, и во что я вляпался…

Как и обещал, за 500 лайков внеплановая глава. Еще +500 и повторим.

Глава 11

Глава 11

Вот и уже знакомый мне кабинет, в котором совсем недавно я общался с Настей. Вроде бы совсем мало времени прошло, а кажется, будто целая вечность… Все было как и в тот раз, вот только теперь на месте главного сидел не я, а отец.

— Ты вообще как, голоден? Есть хочешь? — задал он мне внезапный вопрос, когда мы сели. — А то я как-то увлекся всем этим…

— Есть не хочу, а вот чаю бы выпил. Удалось по дороге перекусить, -усмехнулся я.

— Жертв много? — понимающе кивнул он. — Мое вмешательство требуется?

— С десяток светлых, которые в себя поверили и решили наказать одного слабого темного всего лишь за то, что он зашел в их кафе.

— И?

— Было кафе «У Серафимы», а стало «Уголек». Навка не терпит полумер, да и голодная была.

— А я и сейчас голодная.

— Ты вечно хочешь жрать.

— У меня молодой и растущий организм.

— Тебе больше тысячи лет!!! Какой, к светлым, молодой?!!!

— Вот я и говорю — молодая, прекрасная и голодная. И вообще, ты мне обещал души этих предателей!

— Так и нечего было когтями щелкать, когда добыча уходила…

— Я вам не мешаю? — не выдержал отец.

— Прости. Мозг она выносит качественно. Еще не привык.

— Сам ты такой. Я хорошая!

— Вы прям как семейная пара после двадцати лет совместной жизни, — умилился он, но тут же вновь стал серьезным.

Пока служанка расставляла чайные приборы и блюда с выпечкой, испуганно косясь на Навку, отец сидел с каменным лицом. И только после того, как та вышла, активировал Вуаль молчания — аналог моего звуконепроницаемого щита.

— Видар, ты задал верный вопрос насчет твоего дара. Дело в том, что магию до того, как она покинет тело, никто не может видеть. Ну, разве что боги, наверное, но их силы и возможностей никто не знает. Одно это уже поднимает тебя над всеми остальными. А вот твой источник — знаешь ли ты, что означает его серый цвет?

— Что я могу пользоваться и темной, и светлой магией?

— Верно. Но это ещё не все. Это значит, что теперь для того, чтобы справляться со светлыми монстрами пустоши, светлые маги нам не нужны. Ты представляешь собой дисбаланс, камешек, что попал в шестеренки идеально работающего до этого механизма. Этот мир держится на одном правиле — темное не может существовать без светлого. И наоборот. Стоит миру узнать об этом прецеденте, как темные тут же задерут нос, а светлые постараются тебя убить. Без гнева — просто чтобы не ломать сложившийся за века баланс и не позволить нам получить преимущество.

— Но ведь я слышал, что можно сменить полярность — ну, в смысле, светлый, например, может стать темным?..

— Верно. Это возможно. Один раз в жизни каждый может сменить сторону. В этом, собственно, и заключается моя работа — находить среди светлых подобных сомневающихся и направлять их во тьму.

— Но подобные тебе наверняка есть и у светлых?

— Конечно. Такая работа ведется обеими сторонами, и это нормально, понимаешь? Таков сложившийся порядок. Все о нем знают и принимают его. И вот появляешься ты — неизвестная величина на стороне темных. Что бы ты сделал на месте императора Олега?

— Убил бы, чтобы не ломать систему.

— Верно. Не потому, что ты плохой или хороший. А просто потому что другой. Не все любят перемены.

— Ну, есть и ещё один вариант…

— Какой? — внимательно посмотрел на меня отец.

— Привязать к себе. Заставить сменить цвет.

— Хороший вариант. Но маловероятный. Будь ты из менее знатного рода, такое было бы возможно. Но мы, Раздоровы, приближены к трону, а значит, рычагов влияния на тебя нет.

— И что прикажешь мне делать?

— Скрывать свои возможности, что же еще. Об этой твоей