Вампиры тут беспризорные - Тони Марс

Маниэр встревоженно мялась на месте и резко подняла глаза, стоило двери открыться.

— Привет. — наконец выдавил Степан

— Здравствуй. — она слабо улыбнулась, теперь между ними не было непреодолимой пропасти из титулов и предрассудков. Но они, стоя друг от друга в паре шагах, всё ещё оставались невероятно далеко. Теперь между ними был клан. И её скорое замужество.

Веце краем глаза заметил Маниэр, скривился и тихо удалился в свою комнату — не дай боже она его увидит. Вампирша ж ему хребет переломит за всё то, что он ей вчера наплел.

Ыыых, не нужно было лапшу на уши такой опасной женщине вешать. И кто его вообще за язык тянул, кто просил тот бред нести?

— У тебя тихо. — скромно ответила Маниэр, косясь за спину Степана, — Я думала, что с гаремом в таком маленьком доме будет куда более шумно. У вас сон-час? Или они ещё спят? — то ли с ехидством, то ли с иронией спросила она, осуждающе глядя на попаданца.

— Гарем"? Ты вообще про что? — недоуменно спросил Степан. — И кто «они»?

Маниэр зло стрельнула глазами, мол, нечего придуриваться и святым прикидываться, и сменила взгляд на равнодушно отрешенный.

— Ну как же кто? — протянула она, — Я про твой гарем из переселенок, в котором у тебя сорок три прекрасные женщины. И ни одной вампирши.

Степан осознал, что нет, женщин он не понимает вообще. Про что Маниэр говорит и что за странные намёки? Там вообще намёки были-то?

— Оу, очень приятно, конечно, что ты считаешь меня настолько эмм притягательным? — произнёс он, неловко улыбнувшись, — Но спешу тебя расстроить, гарема у меня нет.

Её лицо ничуть не изменилось, только бровь недоверчиво изогнулась, мол, вот врать-то мне не надо.

— И с кем же ты тогда живёшь? — проронила она, глядя на него из-под тёмных ресниц.

— Один. То есть с Веце, но он типа квартирант, снимает комнату, носит воду, всё такое…

Не очень хорошо получится, если Маниэр решит, что Веце, слугу, попаданец в новую жизнь с собой взял, а от нее отказался.

Девушка чуть повернула голову, пристально смотря на Степана, и вздохнула. Вампир слишком явно пялился на нее и Маниэр с легким оттенком недовольства проговорила:

— Что ж, у тебя, Кифен, своя жизнь, у меня клан, нас больше ничего не связывает. Да?

— Ну, нас необязательно должно что-то связывать. — он только сейчас понял, что в принципе жених не муж, и Маниэр пока девушка относительно свободная. И идея украсть ее, как какой-нибудь кавказец, обретала все больший смысл. А почему бы и нет? — Хочешь зайти? На улице холодно. — красть он, конечно же, будет не сегодня, но еще пять минут на морозе и простуда обеспечена.

Она отрицательно качнула головой, крепче прижав сверток к груди.

— Нет. Я ненадолго. Пришла сказать только, что герцог Касар умер. — печально промолвила девушка и поежилась от своих же слов. Маниэр и самой в это не верилось.

— Что? Как умер? — растерянно вырвалось у Степана.

Да разве ж может герцог так просто умереть?

Насколько сильным нужно быть, чтоб убить такого вампира и выжить самому?

— Вчера он уходил на осмотр территорий со старейшинами, все, кроме него, вернулись. — Маниэр снова вздохнула. Вампиры погибали часто и в этом не было чего-то странного. Но не когда так просто умирает кто-то вроде Касара. — Он наткнулся на гнездо Грантака и задержал монстра, пока старейшины уходили. — закончила она.

Степан опустил разочарованный взгляд. Он прочел большую часть книг, подаренных герцогом, и знал, что уж от Грантака бы Касар не пострадал. Не зря же герцог разработал отдельное атакующее заклинание специально для этого монстра.

Но тут герцог вдруг якобы погиб от лап Грантака.

— Вот значит как. — осипло прошептал Степан и взглянул в тот миг на Маниэр иначе, потому что предателем мог оказаться кто угодно. И она тоже.

Кто знает, сколько крыс в клане? Только вот Маниэр примчалась с вестью о смерти Касара первая, и это одновременно располагало, и настораживало.

Но ведь кто угодно может оказаться предателем. И Маниэр в том числе.

Вдруг её любовь всё же стала маниакальной, и она решила пойти на крайности? Впрочем, вряд ли бы она смогла прикончить Касара своими силами. Но, с другой стороны, девушка могла рассердиться на Степана и убить герцога, выместив на нем свою злость — лица-то у вампиров одинаковые.

Попаданец напряженно свел брови. Нет. Герцог был со старейшинами, и вернулись все, кроме него, значит, и предатели должны быть среди совета. Только нельзя и исключать, что и нижестоящие вампиры тоже вполне могут оказаться не очень чисты.

Агх, слишком сложно. Простым мозговым штурмом он предателей не вычислит.

Степан понял лишь одно — никому нельзя доверять, и никто не должен узнать о послании герцога Касара. Пока вся шумиха не уляжется, попаданец в зоне риска. Если уж такого, как Кровавый герцог смогли незаметно убрать, то чего предателям будет стоить избавиться от вольного бесправного вампира?

— Я хотела отдать это тебе. — и протянула сверток. Попаданец с опаской взял его и вопросительно посмотрел на Маниэр. — Там последние записи герцога. С его смерти не прошло и суток, но кто-то начал уничтожать все вещи, принадлежащие ему. Мне кажется, что все это не просто так. — проговорила она взволнованно, комкая подол юбки.

— А если они узнают, что ты принесла мне это? — пусть девушка и может оказаться предательницей, а этот жест доверия не более чем обманом, Степан не хотел доставлять ей проблем. Вальдернеские не те, с кем можно шутить.

— Они не узнают. — улыбнулась Маниэр лучезарно, — Я подожгла комнату, в которой жил герцог. Никто не станет там ничего искать. — знаете, она действительно пугала Степана своей гениальностью. Честно, он бы до такого вредительства не додумался.

Попаданец на секунду задержал взгляд на свертке и снова поднял глаза на Маниэр.

— Почему ты принесла вещи герцога именно мне?

— Ты единственный, кто имел право его убить, но еще и единственный, кто бы не стал это делать. — ответила девушка и Степан поджал губы.

Как странно слышать, что кто-то имеет право отнять чужую жизнь. Как будто такое право вообще существует. Эти слова и мысли слишком чужды для него, но в реальности другие произносят их