Дракон, выйди вон! - Анна Митро

сдерживала порывы ради учеников, которым я была нужна. Здесь не получится громко хлопнуть дверью, и здесь я нужна только самой себе. Но ректору нужен бытовик, а никто не горит желанием, как я понимаю, занимать такую должность. Считают ниже своего достоинства. Снобы.

– Ты сейчас серьезно? – прищурившись, посмотрела на меня Этери.

– Смотря о чем, – улыбка для подруги вышла помягче, но у нее все равно дернулось веко. – Хотя… Мне интересен диапазон возможных манипуляций, угроз и наказаний, которые я могу использовать.

– Наказаний? – теперь глаз дернулся у Гаира. – Бри, ты же училась у нас… Хотя, тебя-то наказывать не за что было. А так… Дежурство в вивариях, безмагическая и магическая уборка, реферат или дополнительный вопрос на экзамене.

– А если я, допустим, тому ученику, который ведет себя по-свински, приделаю пятачок и хвостик?

– Что? – друзья даже притормозили, а меня ощутимо взболтнуло в воздухе. – Что приделаешь? – ошарашено посмотрела на меня Эт.

– Ну нос круглый и хвост пружинкой… Как у поросенка. Ненадолго, скажем, пока идет урок? И если извиниться и гадить перестанет, то уберу.

– А ты сумеешь? – засомневался Гаир.

– Приделать или убрать? – съехидничала я и в этот момент, наконец, почувствовала себя юной. По-настоящему. А не старухой в молодом теле. Мне вдруг захотелось проказничать, учиться, увидеть мир… Влюбиться? Ой нет. Это попозже точно.

– А будучи адепткой казалась такой приличной, – воздушник покачал головой. – Как плохо влияет преподавательская деятельность на магов, – и разошелся таким гомерическим хохотом, что крайние из толпы абитуриентов с испугом начали оглядываться, хотя мы отошли от них уже довольно далеко.

– Обстоятельства изменились, и либо мне поменяться самой, либо они меня сметут, – пожала я плечами. – Да и вспомни, как адепты издеваются над преподавателями?

– Ничего не знаю, меня все любят, – отрезал Гаир.

– Ну да, конечно, – усмехнулась Этери. – Девчонки – согласна, а парни тебе бы откусили голову, просто они девчонок опасаются. Те за любимчика могут все свободно болтающиеся органы оторвать. Но вспомни хотя бы предшественника Бри. Покрашенные волосы и липучка на стул это самое безобидное из того что было, – и вот тут я поняла, что попала.

Глава 10

Утром я тихо проклинала свое неуемное любопытство. Ведь вчера я попросила Корга притащить все, что он найдет в библиотеке о скачках уровня силы. И читала до тех пор, пока глаза не закрылись сами собой. Единственное, в какой-то момент я переползла из кабинетного кресла в кровать, однако поэтому чувствовала себя хоть немного живой. Боюсь, ночь на стуле даже молодому телу доставила массу неприятных ощущений.

Зато теперь я знала, что ожидать от себя могу невероятных вещей, если учитывать, что даже менее экстремальные способы, чем смерть, приносили хозяевам дара небывалый рост сил и дополнительные возможности. Сначала я в этом сомневалась, но проведя несколько экспериментов в процессе чтения, убедилась, что все ограничения только у меня в голове. С другой стороны, мои умения это лишь мои умения, а вот учить детей придется по местным стандартам. И хорошо, что я вполне сносно освежила в памяти тела знания, полученные Брианной за время учебы. Еще и новые нашла, а ведь в плане у Форриса стояло не так много тем на изучение. Видимо, большую часть занятия он призывал адептов к соблюдению дисциплины. И раз я здесь, то потуги его были тщетны. А это наталкивает на мысли, что придется постараться завоевать любовь у детей, иначе я никакой дар мне не поможет.

Едва я успела одеться и умыться, как за мной зашли Гаир и Этери. Вместе мы отправились сначала в лекарское крыло, где Эт меня по-быстрому осмотрела и вынесла вердикт, что я здорова и способна выдержать несколько часов приемной комиссии. А потом, уже в столовой, они обрадовали меня.

– Ты про дополнительные вопросы не забыла? – улыбнулся Гаир, когда я одним словом убрала крошки со стола. – По твоему лицу вижу, что это вылетело у тебя из головы.

– Это мы виноваты, мы-то каждый год прием ведем, а ты сама пять лет назад экзамен сдавала, уже и не помнишь, что представители приемной комиссии могут задать вопросы от себя, чтобы определить для себя направленность адепта.

– Ничего страшного, что-то они должны же знать о быте… Как кровать заправить, пыль подмести или приготовить что-то элементарное, – я пожала плечами, а друзья рассмеялись.

Но такой пустяк меня не смутил, и вот в десять утра я уже сидела за столом приемной комиссии. По левую руку от меня сидела Этери, по правую – ректор, за ним устроился Аштау. Перед нами стоял стенд с камнем – близнецом того, что рассыпался у меня в руках. Сотрудника академии, запускавшего в зал по одному адептов, я не знала и мне его никто не представил. Ректор подал ему условный знак, и мужчина впустил первого поступающего.

– Добрый день! Меня зовут Нед Киртен, – счастливо улыбнулся мальчишка лет семнадцати, его светлые вихры постоянно падали ему на глаза и он бестолково пытался их сдуть. – Я из Хастура.

– Добрый день, сир Киртен, – поздоровался с ним ректор, мы же просто кивнули. – Будьте добры, положите обе ладони на камень.

Мальчишка бодро шлепнул ладошки куда попросили и, задержав дыхание, уставился на загорающиеся деления. Перед каждым из нас лежала пластина, демонстрирующая результат измерения. Я внимательно посмотрела, у Неда светились все стихии в разбросе от трех до шести единиц.

– Неплохой результат, ваши документы, – ректор внес имя мальчика в реестр и забрал у него бумаги. – Коллеги, есть вопросы? Магистр Аштау?

– Вы уже пробовали себя в заклинаниях?

– Зажигал свечи и разводил костер, магистр. Под контролем выпустившегося мага, именно он отправил меня сюда, – правильно, самостоятельность в магии у непрошедших обучение могла быть наказуема, если наносила вред. Поэтому обычно перестраховывались. – И когда было сухо, помогал с оросительными каналами.

– Продемонстрируйте, – Аштау указал ему на свечу, тот прошептал слова заклинания, а я, расфокусировав зрение, увидела, как нить, возникшая из ниоткуда, в руках мальчишки обретает форму огонька, а через секунду этот огонек уже занял свое место на фитиле. – Хорошо.

– Мистрес Генезер?

– У мальчика нет данных по моему профилю, вопросов нет.

– Мистрес Моранди, – ректор повернулся ко мне,