Дайте мне меч, и я переверну мир! Том 5 - Стас Кузнецов

кадык, как горб у верблюда. Рамир пристально уставился на нас своими цепкими глазками, пытаясь замаскировать недовольную гримасу, под насквозь фальшивой улыбкой.

Сесть нам не предложили и, что сыграло нам на руку — как не пыжился Рамир строить из себя хозяина положения, мы высотой своего роста беспощадно довлели над этим маленьким человечком.

Я отплатил ему таким же приклеенным к лицу оскалом и затяжелевшим взглядом. Благо, мне еще в прошлой жизни говорили, что я могу убить одними глазами.

Рамир поморщился, проиграв мне в гляделки. И, сменив тактику, накинулся на нас с обвинениями.

— Мне сообщили, что вы устроили драку прямо в общей зале и разнесли там всё⁈

— Мы просто размялись, — возразил я, — а то мы здесь таким вот макаром, можем жиром зарасти на сытых щах-то, и всё своё ремесло растеряем. Нам вольным людям этого допускать нельзя.

— Вы могли сообщить, что вам необходимо потренироваться, и вам отвели бы для этого надлежащее место, — сердито заметил Рамир.

— Хозяин барин. Примем к сведенью, — пожал я плечами. — Может ты нас к столу пригласишь уже, или так и будем яйца мять?

Я, по правде говоря, едва мог на своих ходулях уже держаться и реально побаивался, что тяпнусь в обморок.

Рамир, приподнявшись на локтях, выпрямился на подушках и, взяв со стола персик, демонстративно откусил его. Сок брызнул в разные стороны. Рамир промокнул губы платком и опять с вызовом уставился на меня.

Я этот вызов принимать в этот раз отказался, меня достало уже письками мериться. Я и без всяких примерок знал, что моя больше и крепче, в смысле воля, вот что я имел ввиду.

— Покажите свои бусины, — отбросив всякие церемонии потребовал он.

В свете моих недавних мыслей, прозвучало это заявление двояко. Просилась у меня на язык одна шутеечка, но я её попридержал. Нужно было сейчас играть другую роль.

— Чего⁈ — забыковал я. — Какие бусины, начальник? Ты сначала накорми, напои, а потом уже допросы учиняй! И вообще, в ногах правды нет!

— Здесь я буду решать, кого поить и кормить, а с кого требовать ответы на свои вопросы⁈ — визгливо заорал Рамир, — А правда будет такой, какой я скажу ей быть!

Это хорошо, что завизжал, это он от бессилия визжит, как всякий слабак. Но плохо, что вся эта сцена обещает затянуться.

— А чё требовать-то, а то ты не в курсе, что я вернул свой дар девчонке, — у меня дрогнул голос, по телу поползли мурашки. Я сглотнул подкативший к горлу ком, и все же закончил, не давая эмоциям взять верх и расклеиться себе окончательно, — и бусину она проглотила, если тебе нужна бусина, можешь полазить в какашках своей наложницы.

— Верно, — прорычал Рамир, — но твои дружки свои бусины взяли себе, и я хочу, чтобы они мне их показали. Сейчас.

— Вы что охренели⁈ — делано вознегодовал я, оборачиваясь на Томаша с Филом. — Мы же договорились до обряда практиковать воздержание!

— Это может помешать как-то обряду? — напрягся Рамир.

— Не то, чтобы прям помешать, скорее слегка усложнить, — как бы нехотя признался я. — Обряд лучше делать чистыми. Так легче входить в транс. Так что пускай бусины возвращают тебе.

Я свирепо уставился на Томашас Филом. Томаш не удержался и закатил глаза, давая понять, сколь высоко он оценивает разыгрываемый мной из последних сил спектакль.

Томаш не спеша достал платок и, развернув его, продемонстрировал бусину Рамиру. Тот брезгливо скривился и кивнул, выжидающе уставившись на Фила.

Фил не спешил. Хлопая себя по карманам, он растеряно бормотал:

— Куда же я её дел? Брал с собой иль не брал?

Хорош чертёнок нечего сказать. Не я один умел комедию ломать, вот только сейчас мне было не до смеха. Фила же хотелось пристукнуть за то, что он тянет время. И не мне одному, Рамир аж вперед поддался, как будто намереваясь прыгнуть и вцепиться Филу в глотку.

Я уже всерьёз стал косить на Фила лиловым глазом, когда он наконец-то вытянул свою проклятую бусину из кармана. Ему пришлось взять её голыми руками. От чего меня аж перекосило. Фил же ещё и ловко прокрутил её между пальцами, словно звонкую монетку.

— От держи, хозяин, — с видом деревенского дурачка гаркнул Фил, резко склонившись и сунув Рамиру бусину прямо под самый нос.

Рамир отпрянул, как черт от ладана едва не свалившись со своих подушек. В лицо ему ударила краска, глаза забегали.

Я с трудом успел задушить в себе дикий хохот, который так и рвался наружу.

— Не надо, болван! — испуганно гаркнул Рамир. — Сегодня верните эти бусины своим наложницам, — немного опомнившись, и куда спокойней добавил он.

— Но девушки сказали, что так как мы приняли их дар, то должны будем проглотить эти бусины, когда их ласки нам насучат, — возразил Томаш. — Это мы сегодня и хотели сделать.

Этот остолоп тоже вовлекся в игру желая довести великого визиря до белого каления.

— Они вам солгали, — корежась от злости, прорычал Рамир — Вы вправе вернуть их дар, когда вам заблагорассудится. То есть сегодня!

— Сегодня?.. — протянул Фил.

Мой оруженосец вошел во вкус и был настроен довершить начатое, а именно, нарваться на хорошую взбучку. Издеваться над Рамиром было, конечно, весело, но моё состояние уже требовало чего-то менее опасного и более горизонтального.

— Вот и славно! А теперь мы можем пожрать⁈ — перебил я Фила, не давая разгореться новой перепалке.

— Да, делибаши проводят вас в ваши покои, нукеры принесут вам всё, что пожелаете, — отказался от совместной с нами трапезы Рамир.

— Только пусть в этот раз мясо нормально пожарят, а то в прошлый раз нам принесли сырое, — наябедничал я.

— Ваши пожелания будут учтены, — брезгливо процедил Рамир.

Нам завязали глаза, поэтому лица великого визиря я разглядеть уже не мог.

Я, стараясь не спотыкаться на каждом шагу, плелся за делибашами. Получалось через раз.

По правде говоря, хоть я и потребовал от Рамира нормально прожаренного мяса, о еде я сейчас мог думать в последнюю очередь. После того, что мне довелось сегодня увидеть и пережить, всё чего я хотел — как-то сделать так, чтобы это теперь всё развидеть.

Оказаться бы сейчас в своей маленькой однушке на окраине столицы у телевизора, в обнимку