Купец XIII ранга - Павел Вяч

— Поживём — увидим, — с сомнением протянул Виш, наблюдая вместе со мной, как Галицин с пацаном исчезают в ревущем пламени портала. — Ну что, Макс, Орава?

— Орава, — подтвердил я, открывая портал в Варшаву. — Заодно и проверим, как дела в Царстве Польском.

Глава 12

Стоило мне появиться у портальной стелы Варшавы, как ко мне подошёл гвардеец в чине капитана.

— Князь Пожарский? — уточнил он и, получив утвердительный кивок головой, щёлкнул каблуками. — Барон Покровский. Мне приказано передать Вам приглашение от генерала Миллера.

— Проводите, барон?

— Всенепременно, — кивнул гвардеец. — Прошу за мной.

Он проводил меня к карете и, дождавшись, когда я сяду, забрался следом.

— Как вообще дела на фронте? — поинтересовался я, стоило карете тронуться с места.

— Да как вам сказать, князь, — задумался Покровский. — С переменным успехом. Западная Польша, считай, обезлюдела. Сначала австрияки всеми силами выдавливали лояльных Империи местных и щедро спонсировали всякое отребье. А потом с удивлением обнаружили, что на западе от Варшавы власть взяли разбойники и банды.

— Дай угадаю, — усмехнулся я. — Эти ребятки охотно брали деньги австро-венгров, а за спиной грабили их обозы и склады?

— Что-то вроде того, — согласился Покровский. — Там сейчас настоящие Серые земли. Никаких законов, никакой чести. Бандиты, разбойники, народные мстители, сталкеры и даже идейные. Кого там только нет.

— Идейные? — переспросил я.

— Шляхтичи из числа одарённых, которые посчитали, что Австро-Венгрия их обманула. Партизанят, вырезают фуражные команды. Делают ночные вылазки на лагеря австрияков. Ну и так далее.

— В общем, все против всех, — покивал я.

— Лучше и не скажешь, — подтвердил Покровский. — Мы тоже время от времени засылаем небольшие отряды. Прощупываем, так сказать.

— Готовимся к контрнаступлению? — уточнил я.

— Скорей всего, — пожал плечами капитан. — Но пока что приказа не было.

— Ясно.

Беседа сама собой сошла на нет, и я уставился в окно.

Несмотря на близость к фронту, Варшава была полна народу. В основном это были молодые и не очень мужчины, стоя́щие в очереди к имперским вербовщикам, но попадались и женщины с детьми.

Они в основном встречались около палаток с гуманитарной помощью, на которых отчётливо виднелись два герба. Имперский и рода Пожарских.

И это было приятно.

Одно дело читать отчёты, в которых Прохор приводит сухие цифры эвакуированных, спасённых и накормленных, и совсем другое — видеть своими собственными глазами.

Да, такая благотворительность требовала внушительных сумм, но что может быть дороже человеческой жизни?

К тому моменту, когда мы подъехали к генштабу, я увидел более чем достаточно, чтобы понять — у Миллера и Новиковой всё под контролем.

— Прошу за мной, князь!

Покровский проводил меня до главного зала генштаба и лично доложил Миллеру о моём появлении.

— Макс! — как только генерал услышал мою фамилию, он тут же бросил всё и поспешил мне навстречу. — Знал бы, как ты вовремя!

— Генерал, — я пожал Миллеру руку. — Что-то случилось?

— Случилось, Макс, — генерал скривился так, будто съел целый лимон. — Но для начала я должен тебя спросить, с какими целями ты прибыл в Варшаву?

— Император дал мне полный карт-бланш, — честно ответил я. — Скоро будет заключён мир, но ценой станет объявление Свободной охоты на меня.

— На тебя или на твой род? — нахмурился Миллер. — Это важно.

— Насколько я понял, Александр гарантировал безопасность моим родичам.

— Значит, разговор идёт о тебе, — покивал Миллер. — Звучит логично.

На мой взгляд, логики в таком решении не было, но спорить я не стал.

— Вот почему ты здесь? — уточнил Миллер. — Чтобы все желающие знали, где тебя искать?

— В общем-то, да, — не стал спорить я. — Ну и проверить, как дела у Ангелины с Марией.

— Девушки отлично справляются, — заверил меня Миллер. — Признаю́сь, я был настроен скептически, но чтобы навести порядок, им хватило считаных недель. В первые же дни открылись пункты приёма беженцев, всех начали ставить на учёт, улицы патрулировались усиленной армейцами стражей. Не знаю, чем занимается Ангелина, но из Марии получился отличный комендант.

— Рад слышать, — помимо воли, у меня на лице появилась горделивая улыбка. — Выходит, девчонки вас немного разгрузили.

— Не то слово, — улыбнулся в ответ Миллер. — Только благодаря им, мне удалось полностью сосредоточиться на ведении боевых действий и удержать Варшаву.

— А сейчас… — протянул я, подталкивая Миллера к тому, ради чего он и пригласил меня в генштаб.

— А сейчас нам нужно не только вернуть контроль над западной Польшей, но и занять часть территории Австро-Венгрии, — Миллер, перестав улыбаться, посмотрел мне в глаза. — И без тебя потери будут слишком велики.

— А нам точно надо возвращать контроль? — поморщился я. — Как я понимаю, те националисты и бандиты, которых так старательно выпестовали австро-венгры, теперь воют против них? Так пусть жрут друг друга.

— Не поверишь, но я такого же мнения, Макс, — поморщился Миллер. — Но пришёл приказ.

— Опять политика… — поморщился я в ответ.

— Именно. Австро-Венгрия настаивает на установлении границ, как есть. То есть по линии боевых действий.

— И что мешает нам вернуть западную Польшу? — не понял я. — Ввести войска, как в случае с Германией? Дать генеральное сражение?

— Не выйдет, — покачал головой Миллер. — Венгры использовали древний защитный артефакт, и сейчас практически всё левобережье Вислы представляет собой неприступную крепость.

— Неприступных крепостей не бывает, — возразил я.

— Это так, — вздохнул Миллер. — Если бы не одно но. Воздвигнутый австро-венграми бастион имеет практически стопроцентное сопротивление стихии Земли.

— Это меняет дело, — вставил свои пять копеек Виш. — Зуб даю, раз уж Австро-Венгрия решилась на использование такого артефакта, то они прекрасно понимают, с кем они имеют дело!

«А с кем они имеют дело?», — мысленно уточнил я.

— С нами, конечно же! — возмутился фамильяр. — Без пяти минут наместником этого мира! Теми, за кем стоит Стела!

«Получается, Австро-Венгрия играет против Стелы? То есть, в Европе есть ещё кто-то типа Стеллариса?».

— Скорей всего, — кивнул Виш. — Стела не случайно дала тебе максимально недвусмысленное задание — захватить