Реквием забвения - Михаил Злобин

Как скажете, экселенс, — без тени насмешки кивнул повар. — Принести вам в каюту?

— Не надо. Но если не затруднит, то молодого человека позади меня тоже не обделяйте, — попросил полукровка.

— Конечно-конечно, как вам будет угодно, — обходительно покивал толстяк, и действительно плюхнул в тарелку Моррена самого отборного варева, где плавало немало кусков мяса.

Парня столь резкая перемена в поведении команды изумила до глубины души. Он вдруг заметил, что даже остальной экипаж «Последнего шанса» поглядывает в сторону Риза с изрядной толикой опаски. Да кто же он такой⁈

— Почему они такие услужливые с тобой? — догнал Моррен своего попутчика уже на половине пути к каюте. — Ты что, какой-то знаменитый моряк? А-а-а, ну точно! Вот откуда у тебя эти шра… ой, извини! Я, наверное, лезу не в своё дело, да?

Губы собеседника изогнулись в сдержанной улыбке, ставшей уже привычной для взгляда. Но ответить он ничего не успел, поскольку дорогу им преградила троица хмурых и явно чем-то раздосадованных пассажиров. Да ещё и самых плечистых, к тому же…

— Ага, я же говорил, что этим выродкам налили больше! — осуждающе высказался бритоголовый мужчина, что совсем недавно возмущался в очереди.

— Действительно! Ну и как это понимать⁈ — поддержал его другой.

— Вы что, сучье племя, морских законов не знаете? — угрожающе насупился третий. — Всем должно доставаться всего поровну!

— Ну так и идите высказывать свои претензии экипажу, а не нам! Они вам всё объяснят про морские законы! Или что, кишка тонка⁈ — смело выступил вперёд Морран, но Риз вдруг настойчиво ухватил его за плечо и задвинул себе за спину, попутно успев всучить свою тарелку с похлёбкой.

— У вас к нам какие-то вопросы, господа? — абсолютно бесстрастно изрёк полукровка, будто не замечал исходящей от этой троицы угрозы.

— Не то слово! — зло процедил лысый. — Либо вы немедленно отдаёте свою жрачку, либо…

Злоумышленники двинулись к Ризу, недвусмысленно похрустывая костяшками. И тут у Моррена отпали любые сомнения. Сейчас начнётся драка!

— Ах, дерьмо! — забеспокоился парень, тщетно рыская взглядом в поисках места, куда можно поставить тарелки.

Очень уж он проголодался, а потому бросить пищу не поднималась рука. Но с другой стороны, сейчас ведь его спутника покалечат эти громилы! Что же делать⁈ Звать на помощь экипаж? Так вроде капитан Ронд прямо заявил, дескать ему плевать на всё и всех. Для команды избиение полукровок станет лишь бесплатным развлечением. Но вроде бы к Ризу тут совсем иное отношение, нежели ко всем остальным. Возможно, кто-нибудь из моряков решит вмешаться…

Пока парень бестолково метался, не зная, куда пристроить миски с горячим варевом, троица уже плотно обступила таинственного пассажира.

— Дважды повторять не станем, уродец! — прорычал один из мордоворотов. — Гони сюд… ах-р-ра-ак-х-х-р-р!

Ладонь Риза внезапно выстрелила вперёд со скоростью атакующей кобры. Его скрюченные пальцы вонзились в кадык наглеца и сжались с такой силой, что у подонка глаза на лоб полезли. Он захрипел и упал на колени, цепляясь за предплечье полукровки. Но тот, невзирая на все потуги, хватки не ослаблял.

— Ах ты, мразь! — выкрикнул другой неприятель, и уже собирался наброситься на Риза сбоку.

Но попутчик Моррена неуловимо быстро шагнул в сторону, а затем раздался едва слышимый шорох покидающей ножны стали. За одно короткое мгновение желтоглазый пассажир успел всадить колено в морду лысому, не разжимая пальцев на его горле, а второго подлеца наотмашь хлестнуть шпагой, которую, оказывается, всё это время скрывал под плащом.

Первый противник грохнулся на палубу, обильно заливая доски кровью из свёрнутого набок носа. А его товарищ, тоненько взвизгнув, упал на колени, дрожащими руками ощупывая повисшее на лоскутке кожи ухо.

— Всё ещё хотите обсуждать со мной морские законы? — осведомился Риз у оставшегося на ногах подонка, ничуть не меняясь в голосе.

— Н-нет, — сдавленно выдохнул тот, поднимая ладони кверху.

— Разумно.

Полукровка отточенным движением бывалого фехтовальщика спрятал оружие в ножны, а потом с ледяным бесстрастием забрал у Моррена свою тарелку.

Экипаж, как и обещал капитан, в потасовку не вмешался. Хотя несколько матросов, стоящих у бизань-мачты, уважительно присвистнули, по достоинству оценив отменные навыки владения клинком.

— О боги, Риз! Как ты разделался с этими олухами, я и понять ничего не успел! — восхитился парень, когда они вернулись в каюту. — Да ты явно не простой моряк! Командир абордажной команды, не меньше! Я никогда не видел, чтобы кто-то столь быстро обнажал шпагу!

— Поверь, Моррен, есть рубаки куда более умелые, нежели я, — спокойно отозвался полукровка.

— Ручаюсь, их без труда можно сосчитать по пальцам! Сколько же ещё тайн в тебе сокрыто?

Риз неожиданно развернулся и посмотрел молодому человеку прямо в глаза. От этого взгляда парню стало не по себе, и он невольно отступил на шаг.

— Изрядно. Но вот стоит ли в них копаться? — чуть более холодно, нежели обычно проговорил полукровка.

— Т… ты прав! Меня это не касается! Извини. Давай лучше поедим…

И следующие несколько минут прошли в полной тишине, нарушаемой лишь жадным чавканьем Моррена и стуком его ложки по деревянной миске. Потом оказалось, что у Риза в каюте помимо крепкой выпивки, есть ещё и немного еды. И после трапезы парень, от пуза наевшийся сытного варева, закусил твёрдым сыром с сильно разбавленным ромом. Эх, вот это свезло, так свезло! Теперь самое время немного подремать…

— Поведай мне ещё об обычаях алавийцев и языке Капитулата, — беспощадно разрушил планы Моррена голос хозяина каюты.

Молодой человек тяжко вздохнул, понимая, что не найдет в себе сил отказать Ризу. И не только из чувства благодарности за то, что этот немногословный попутчик для него уже сделал. Стыдно признаться, но парень начинал побаиваться собеседника…

До самого заката полукровка мучал Моррена расспросами о высокообразованном обществе темноликих. У бедолаги уже язык болел от длительных разглагольствований, а новый знакомый всё не унимался. Поэтому когда в каюту кто-то робко постучал, юноша искренне обрадовался, что сможет получить хотя бы короткую передышку.

Риз отворил дверь, и за ней обнаружилась та самая девушка, которой толстый кок первой предлагал отработать увеличенную пайку. Пассажирка нервно теребила пальцами подол простецкого, но вполне добротного платья, а её преисполненный немой мольбой взгляд метался между Морреном и его товарищем.

— Простите за беспокойство… Я… я не знала, к кому ещё можно обратиться… — её голос был едва