Моя НЕвеселая ферма - Игорь Николаевич Конычев

косы. Выйдя на крыльцо, я окинул взглядом теперь уже мою землю, определяя фронт работ.

Фронт оказался мое почтение — соток шестьдесят–семьдесят. Почти везде трава выше пояса, из которой сиротливо торчат несколько яблонек и пара незнакомых мне деревцев. Удивительно, но на яблонях росли яблоки. Именно их и пытался сорвать какой-то голый зеленый пупырчатый тип с ушами, как у кролика, но в разные стороны.

— Эй, ты! — окликнул я незваного гостя. — Какого хрена делаешь⁈

Лысый тип обернулся и уставился на меня немигающими красными глазками, чем-то похожими на поросячьи. Он издал похожий на писк звук, и из травы вдруг поднялись еще три его сородича. И как я их проглядел⁈

Толстенькие, кривоногие, зеленые, мерзкие и в чем мать родила.

— Так, корнишоны свои прикройте, — строго велел я. — А потом разворот на сто восемьдесят и шагом марш отсюда!

Естественно, никто меня слушать не стал. Зеленые твари взялись за дубинки и противно осклабились, демонстрируя острые зубы и длинные фиолетовые языки. Кажется, тут назревает конфликт на почве дележки частной собственности. Ну что ж, конфликт, так конфликт.

— Так, черти, — некстати я вспомнил, что психолог советовал давать людям второй шанс и быть добрее. — Последний раз повторяю — валите нахрен или на удобрение пущу.

Как и предполагалось, слова не возымели никакого эффекта. Что ж, ладно. Я достал из сумки волшебный топор.

— Снова работа? — радостно осведомился он.

— Типа того, — я взвесил артефакт в руке и перехватил поудобнее.

— И чем мы займемся теперь?

— Раскроим несколько голов, — я спокойно наблюдал за приближением противников.

— Вы хотели сказать «пеньков»? — осторожно и с робкой надеждой уточнил топор.

— Нет.

— Ой божечки… — тоненько пискнул артефакт, и его рукоять испуганно задрожала в моей руке.

8. Работа не волк

Шарлотт приперся как раз в тот момент, когда я заканчивал орудовать найденной в доме лопатой. Несмотря на запустение, земля под яблоньками оказалась мягкой и податливой — четыре ямы получилось выкопать достаточно быстро, а закапывать и того проще. Теперь о наглых ушастых уродцах почти ничего не напоминало.

— Работа кипит? — радостно осведомился мэр.

— Типа того, — отозвался я, ровняя получившийся над закопанной ямой холмик.

— Чем занимаетесь? — любопытный лепрекон без приглашения миновал калитку и направился ко мне.

— Яблоньки удобряю.

— А чем, если не секрет?

— Да так, — я закончил ровнять землю и пожал плечами. — Дерьмом всяким.

— Оу… — приблизившийся ко мне Шарлотт поспешно отступил на несколько шагов и наморщил нос. — Уже обустроились? — он взглянул на дом.

— В процессе.

— Очень рад, — поднявшись по ступенькам, мэр огляделся. — Уверен, вы наведете здесь порядок.

— Ага. Уже начал, — я бросил косой взгляд на свежевскопанную в четырех местах землю.

— О! — лепрекон обнаружил торчащую из зарослей бурьяна рукоять топора. — Бранн дал вам волшебные инструменты? — он быстро спустился и вытянул артефакт. — С ними работа пойдет…

— Вопли… кровь… агония… — дрожащим голосом принялся причитать топор. — Голоса! Я все еще слышу, как они кричат!

— Что это с ним? — Шарлотт едва не выронил артефакт.

— Перегрелся, наверное.

— А в чем он испачкан? Это… Это кровь?

— Варенье. Нашел банку в подвале. Крышку снять не получилось, поэтому топором поддел. — Я бесцеремонно отобрал у лепрекона артефакт и принялся оттирать его чем-то похожим на лопух.

— Варенье? А где оно?..

— Съел. — Я исподлобья взглянул на гостя. — Извини, тебе не оставил. Не ждал гостей. Ты, кстати, зачем прип… — «вежливость и спокойствие» — напомнил я себе и исправился, — пришел.

— Предупредить вас! — Шарлотт огляделся, приблизился и продолжил заговорщическим шепотом. — По окраинам шныряют фейгоблы!

— Кто?

— Фейгоблы, — повторил мэр и снова огляделся.

— Я слышал. Что это за зверь такой?

— Это не зверь! — завертел головой Шарлотт. — У нас как-то завелись гоблины и повадились захаживать к лесным феям. Вот из их… эм… союза, и появились эти фейгоблы. Они живут в самой чаще. Любят заросли. Вредные и мерзкие существа.

— Дай догадаюсь: толстые, кривоногие, пузатые, зеленые, красноглазые и остроухие?

— Вы очень точно их описали, — закивал лепрекон, а потом его глаза округлились. — Неужели они уже успели досадить вам⁈

— Да не особо, — я снова посмотрел на перекопанную землю. — Я им доступно объяснил, что ко мне лучше не лезть.

— Доступно? — переспросил Шарлотт.

— Весьма, — я важно кивнул.

— Если вы их прогнали — они непременно вернутся!

— Эти точно не вернутся.

— Вы уверены?

— Хм, — я поскреб заросший густой щетиной подбородок. — А у вас зомби водятся?

— Нет… — после недолгой паузы ответил лепрекон.

— Тогда точно не вернутся, можешь быть спокоен, — я приобнял лепрекона и настойчиво, но вроде как не шибко навязчиво, повел в сторону калитки.

— А почему вы спросили про зомби? — задумчивый мэр послушно шагал на выход.

— Из любопытства, — заверил его я. — А теперь мне нужно вернуться к работе. Здесь еще полно дел.

— Ах, да, точно! — спохватился Шарлотт. — Простите, что отвлек.

— Ничего страшного, — я буквально выпихнул гостя за калитку и красноречиво закрыл ее за его спиной. Ну, точнее попытался закрыть, но она печально скрипнула, раскрылась вновь и повисла на одной петле.

— Чуть не забыл! Приходите сегодня вечером в таверну. Бранн покажет дорогу, он ее хорошо знает. Я познакомлю вас с Роландом. Он тоже иномирец, помните?

Ну хоть какая-то полезная информация!

— Я приду.

— Тогда до встречи! — лепрекон привычным жестом приподнял свою неизменную шляпу-котелок и отправился восвояси.

Мне же пришлось вернуться к работе. Лопата-то в доме нашлась, а вот коса — нет. Значит, время засучить рукава.

— И стоило продавать бабкину дачу, чтобы теперь горбатится черт знает где?

Никто мне не ответил. Ожидаемо. Кошка только зажмурилась от ярких солнечных лучей и перевернулась на другой бок, подставив теплу блестящую черную шерсть. Ну да, ей-то ничего делать не надо. У нее лапки.

У меня лапок не было. Только руки. Надел на них заботливо положенные в сумку Бранном перчатки и отправился прореживать бурьян. Он, сука, кололся