Целительница его сердца (СИ) - Рин Скай

кантибэг, кошка облезлая! — вздохнула я, — не то руководство ресторана настоящую кошку по твою душу отправит.

— Вкусняшек не забудь для меня со стола захватить, — пропищал Ричард, запрыгивая в кантибэг, — а то только свою глупую Тыкву кормишь… Ай! — это тыква ощерилась ртом и попыталась цапнуть крысеныша за хвост.

— Ну-ка прекратите споры! — прикрикнула я на стремительно расширяющееся количество домашних питомцев, и прищелкнув, скрыла кантибэг от посторонних глаз.

* * *

— Дарк… какие люди, и без охраны… — послышался нагловатый женский голос. — Как я рада тебя видеть!

Я, хотевшая было пойти навстречу к куратору притормозила и попятилась к кадке с искусственным раскидистым деревом, которое украшало коридор по пути в уборные.

— Мелисса… не думал, что ты в Сардале. Мне говорили, что ты уехала. — в голосе куратора смешивались нотки удивления и раздражения.

— Век вдовы печален и безрадостен. — ответила женщина. — Я продержала положенный траур в Лубне целый год, и теперь со спокойно душой вернулась в Сардал.

Я рассматривала так называемую вдову из-за кустов дерева. Женщина высокого роста, чуть ниже куратора, она была одета в роскошное платье кремового оттенка, с безупречной прической и прямой спиной.

— А как ты свой век проживаешь? — наклонила голову Мелисса. — Нашел ту самую, ради которой расстался со мной?

Ого, так он встречался с этой женщиной? Бывшая любовь? Вообще, подслушивать, тем более так мерзко, не хорошо, но что делать, если я вообще ничего не знаю ни об этом мире, ни о кураторе, ни о той, куда перенеслось мое сознание.

— Нашел. — кивнул Дарк.

Мое сердце забилось сильнее. В смысле, нашел он? Меня что ли?! Да не может быть. Наверняка, речь не обо мне, а о какой-то другой девушке, больше достойной его.

— Ты уверен, что это она?

— Нет. Я не в чем не уверен, Мелисса. Но, все мы люди. И всем нам свойственно ошибаться.

— Ты — не обычный человек, Дарк! — возразила женщина улыбаясь. — Даже, не совсем человек.

Она поднесла ладонь к лицу Винтера, и под его недовольную гримасу нежно провела по его щеке.

— Я скучаю по тебе, Омар! Я скучаю по нашим временам, когда мы были вместе. Я все еще страдаю от того, что вместо меня, ты предпочел какую-то эфемерную девицу, в которой сомневаешься до сих пор.

— Мелисса, не стоит. — осадил ее куратор.

— Нет, стоит! Я двадцать последних лет только и делаю, что страдаю, и думаю о тебе! Мой муж умер, а у меня ноль эмоций, потому что я до сих пор люблю другого мужчину… люблю тебя!

Дарк кривится еще больше.

— Мелисса, я честно поступил с тобой тогда. Я сказал тебе, что разлюбил, сразу как понял это. Я не хотел вводить тебя в заблуждение, ранить, давать ложную надежду. И страдать по этому поводу только твой осознанный выбор!

— Черствое, черное сердце! Почему ты так жесток, Винтер?

— Ты права, Мелисса, я — такой. Я — жестокий. Не нужно меня романтизировать, не нужно обо мне мечтать. Мне жаль, что ты потеряла мужа, и осталась вдовой в столь молодом возрасте.

— А мне нет! — повышает голос женщина. — Может, это знак свыше, Винтер? Может, нам все же следует воссоединиться? Попробовать заново?!

— Мелисса, я был честен с тобой, когда говорил, что разлюбил. С того момента ничего не поменялось. Мне очень жаль.

— Ненавижу! — топнула ногой женщина, и толкнула куратора, вернее попыталась толкнуть, но он даже не пошевелился. С таким же успехом она могла бы толкать бетонную стену.

Глава 22

Карета была до отвала заполнена бумажными пакетами, свертками, и обтянутыми бархатом и атласом коробками.

Винтер пытался оформить это все доставкой на дом, чтобы не тащить самим, но мы так хотели перемерить дома все новые вещи, аксессуары, и прочее, что в итоге он сдался, и мы ехали так, будто бы сами работали в доставке.

Ночной город мне понравился, и было немного грустно возвращаться обратно в Академию с ее холодными серыми стенами, надменными преподавателями и еще более надменными студентами. Но во всей этой ситуации радовало одно: Дарк поселил нас в теплые комнаты, и мерзнуть в ледяной общаге нам больше не придется.

Уже на подъезде к Академии я ощутила некую тревогу и панику, царившую в стенах учебного заведения, и прилегающей к ней территории.

К нашей карете подбежало несколько охранников и преподавателей.

— Сидите спокойно. — властно приказал нам Винтер, а сам вышел из кареты. — Не высовывайтесь!

— Что случилось? — уставилась на меня Ава.

— Да тихо ты, дай послушать! — потребовала я, и прильнула к холодному стеклу окна.

— Господин Винтер, господин Винтер! У нас ЧП в Академии…

— Что случилось? — спокойно поинтересовался куратор, а я только что и могла — восхищаться его спокойствию и уверенности в себе.

— Арианна Мадреленни была найдена мертвой! — выпалил один из преподавателей, которого я не успела узнать.

— Сэр Винтер, хорошо, что вы приехали! — спешил к карете сам ректор Блэкхар. — Придется вызывать полицию и городских стражей… Год прошел в спокойствии, и вот опять.

— Кто такая Арианна Мадреленни? — уверенным тоном уточнил куратор.

— Это студентка третьего курса. Из сироток. Ее тело с колотыми ранениями было найдено в подвалах. Она умерла еще прошлой ночью, а обнаружили ее только сейчас…

— Пресвятая Кала… — побледнела Ава… — Это опять началось.

— Что началась? — переспросила я.

— Ты что забыла? Уже сколько девушек убили в этих стремных подвалах — не сосчитать!

— Да?! — ошарашенно спросила я.

— Айрин, ты что и вправду позабыла? В том году мы всем общежитием оплакивали Лану, а в позапрошлом Ареви…

— Хм… действительно… — пробормотала я, полностью без понятия, и кто такая эта несчастная Лана, и не менее несчастная Ареви.

— А кто их убивает, Ава?

— Какие-то обряды проводят… незаконную магию. Жертвоприношения. — растерянно пояснила Ава. — А то, что сироток убивают, так это не удивительно. Принеси они в жертву студентку из богатых — тут такой водоворот поднимется, а сироток кто спохватится? Никто за нами горевать не станет. Ни одной слезинки не прольет, ибо никому мы не нужны, Айрин, вот нас и можно убивать!

Винтер, выслушав доклад ректора вернулся к нам в карету.

— Кучер довезет вас до особняка барышни, и проводит до апартаментов. Никуда из дома не выходите, я вам запрещаю! Обеим! — строго посмотрел он на меня.

Мы послушно закивали в знак согласия, а я не выдержала:

— А вы не придете домой?

— Пока не знаю, Айрин. — посмотрел на меня с тревогой Винтер. — Дело серьезное. Я очень настоятельно требую, чтобы ты ложилась спать. Не ходи по улицам, это опасно!

— А