Вестник Креономикона - Александр Го

Рид выругался, поспешно накинул рубаху и штаны, затем обулся и вышел на улицу. День выдался светлым, Приорат уже вовсю прогревал плодородную землю. Пожилые соседи, как обычно, старательно ковырялись в огороде, но выкрики Милжека обратили их любопытные взгляды во двор старосты. На Рида в последние дни люди смотрели с опаской.

У калитки его поджидал взмыленный, но разодетый по парадному Милжек и две лучшие деревенские лошади.

— Это ещё что? — удивился староста.

— Как и полагается, староста деревни встречает важных гостей в сопровождении своего помощника на лошадях. Кхм. Правда ещё не хватает бабы с угощеньями да радостных детишек… А вам полагается одеться хорошо…

— Что ты несёшь?! — не сдержался Рид и снова закричал на помощника. — Какие детишки, какие угощенья?! Кто там едет?! Да я даже самого блюстителя не стану встречать как полагается, пока эти зажравшиеся морды не пришлют нам помощь!

— Побойтесь вы власти их, — робко пролепетал Милжек, протягивая поводья.

Переодеваться, конечно же, староста не захотел и, запрыгнув в седло, в том что было, поскакал к тракту посмотреть на гостей. Может быть, и правда приехал сам блюститель или хотя бы провинцор? От таких нелепых мыслей ему даже сделалось смешно.

«Чтобы эти-то да сюда?»

Однако будь там сам блюститель, это был бы один из самых запоминающихся дней для правителя республики, и пускай пойдёт голова Рида с плеч. Староста бы не пожалел грубых слов в сторону власти.

По тракту, подымая пыль, мчался экипаж в сопровождении двух всадников. Рид удивлённо смотрел на них издалека, ожидая прибытия, и не мог понять одного.

— Милжек, а ты как понял, что они подъедут к этому часу? Я думал, они уже здесь.

«Правая рука» подъехал на лошади поближе и встал рядом.

— Так, птица прилетела с письмом. Там было написано, что-то вроде: «Ожидайте нас к полудню…»

— Письмо?! — перебил староста удивлённым возгласом и усмехнулся. — Чтобы кто-то из столицы посылал нам ответ? Да когда такое было?

Когда экипаж приблизился, Рид, наконец смог разглядеть его поближе. Закрытая повозка, кажется, принадлежала гильдии Шести Колёс, как и улыбчивый смуглый извозчик. В повозке запряжён мускулистый и пушистый ашинур.

Позади на расстоянии, не слезая с лошадей, держались два всадника, оба рослые и широкие, в кожаной броне. Их лица почему-то были закрыты шлемами и, несмотря на весьма скромное оружие — по небольшому кинжалу на поясе — оба выглядели грозно и воинственно.

— И чего так нарядились? Война, что ли, идёт? — пробурчал Рид, подходя к двери экипажа.

Вряд ли кто-то из всадников услышал его дерзость, а даже если и так, староста уже давно не переживал на этот счёт.

Пару минут он стоял в ожидании, что вот-вот дверца откроется и выйдет важный гость из столицы или центра провинции, но ничего не происходило. Терпение Рида кончилось, когда он заметил переглядывания двух всадников и нескрываемые смешки.

«Да они надо мной издеваются!»

Тяжело дыша, с недовольным лицом, староста схватился за деревянную резную ручку дверцы и дёрнул на себя. И всё же он немного переусердствовал, потому что петли слегка скрипнули, а экипаж тряхнуло. Сидящий на передке извозчик недовольно воскликнул:

— Эй! Полегче там, иначе платить за ремонт сам будешь!

Рид лишь прочистил горло и сплюнул на землю. Гильдию Шести Колёс он тоже не уважал, как и любую гильдию.

Никакой важной особой в экипаже и не пахло. Староста наступил на деревянный выступающий порог экипажа и слегка подавшись вперёд, осмотрел пустующий экипаж. Ни души. Лишь какие-то ящики, да сундуки, кажется, с оружием. Связка непомерно длинных и тяжёлых копий — такие, пожалуй, по весу не сильно далеко ушли от его громоздкого меча.

— Что за…

— Так вы, значится, староста Рид? — послышался басовитый мужской голос снаружи.

Староста отпрянул от экипажа, выглядывая человека, который к нему обращался. Один из всадников спешился и снял, наконец, свой шлем. Мужчина лет сорока с лёгкой русой щетиной, длинными русыми волосами, собранными в пучок, выглядел суровым, но простым. Кажется, его манера речи не сильно отличалась от деревенской — точно не аристократ или представитель высшей власти.

— Да, я староста Рид. А вы кто? — строгим голосом спросил Рид.

— Меня зовут Ги, я представляю Гильдию Охотников, — мужчина растянулся в улыбке и протянул руку в сторону второго всадника, который почему-то всё ещё не спешился, а лишь молча сверлил старосту пристальным взглядом из-под шлема. — А это Тьюр. Может быть, вы слышали про Тьюр Рогатину?

Рид почувствовал, как робко подходит Милжек, с явным намерением вмешать в разговор, и уже с упреждающим строгим взглядом повернулся к помощнику.

— Господин Рид, это правда Тьюр? Если так, то там не о чем больше беспокоиться!

— Кто такой Тьюр? — сморщив лоб, спросил староста, переводя взгляд с Ги на своего помощника и обратно. — Я знаю, что есть какая-то там Гильдия Охотников, но они скорее представляют из себя объединение вольных любитель пострелять дичь из лука…

— Вы ошибаетесь, — неприязненно сказал Ги, кажется, его это задело.

— Господин Рид, вы правы, — начал поддакивать Милжек, — но есть ещё и охотники на монстров. Легендарный герой Тюьр Рогатина отличился тем, что убил не меньше сотни всяких гадов…

— Не меньше тысячи, — с усмешкой перебил Ги, на этот раз Милжека.

Староста и его «правая рука» молча посмотрели на Ги. Длинноволосый подошёл ко второму всаднику и протянул руку, как бы предлагая помощь спешиться. Рид почувствовал, как его брови непроизвольно поползли вверх. Всадник грубо отбил протянутую руку тыльной стороной ладони и, недовольно шикнув, ловко спрыгнул на землю.

— А почему Рогатина? — вполголоса спросил Рид у Милжека.

— Есть оружие такое, огромное и тяжёлое копьё, им можно и медведя, и быка убить, а чего говорить про каких-нибудь средних размеров монстров…

— Ага, видел, в экипаже лежат, — хмыкнул Рид. — И как они их туда засунули.

Тьюр, наконец, снял шлем, и Рид вновь увидел длинные собранные волосы, но чёрные, как уголь. Однако, чего он точно не ожидал увидеть, так это миловидного женского личика, которое никак не соответствовало чрезмерно высокому росту и крупной комплекции.

— Это баба, — полушёпотом на выдохе протянул Милжек, поражённый, судя по голосу ещё больше, чем староста. — Неужели она…

— Я всё слышу, у меня отменный слух, — громко сказала Тьюр и подошла ближе, ростом она оказалась на полголовы выше Рида, притом что сам он считался рослым в своей деревне. Голос Тьюр звучал мужеподобно, хотя её лицо всё равно выглядело женственным.

— Мой помощник не сказал ничего плохого. Баба есть баба, так уж у нас выражаются деревенские, — попытался защитить