Сделаю, что смогу 4 - Александр Беркут

вы делайте всё так, как у вас обычно происходит. А я, если посчитаю нужным, потом пройдусь ещё раз по кабинетам и побеседую с людьми.

- Хорошо, Александр Николаевич.

Похоже, во всех наших отделениях работа была построена по одному шаблону с небольшими отклонениями, связанными с местной спецификой.

Здесь утром, в основном собирался только руководящий состав, хотя и простые сотрудники, по той, или иной причине могли присутствовать.

Судя по докладам начальников отделов, никаких чрезвычайных ситуаций не было, и Ольхов вопросительно посмотрел на меня.

- Какие-нибудь вопросы будут?

- Да нет, - пожал я плечами, - пусть товарищи приступают к работе.

- Все свободны, - объявил начальник филиала.

Народ поднялся и загомонил, обсуждая свои дела и планы на день.

Когда мы остались вдвоём, я спросил:

- Олег Олегович, а как вы сами оцениваете работу вашего отделения.

Ольхов задумался и почесав голову неторопливо ответил:

- Коллектив у нас неплохой, и я бы даже сказал хороший. Молодёжи маловато, но мы стараемся выискивать способных парней и девушек, чтобы растить смену. Наверное, как у всех, бывают и удачные дела и не очень, но полных провалов не было ни разу. – Он поднялся и приоткрыл окно, впуская свежий воздух в тёплое помещение. - Летом был у нас инцидент, я о нём докладывал в Москву. Один из наших сотрудников убил русалку. Нам потом пришлось проводить специальные мероприятия по исправлению ситуации.

Я удивлённо спросил, - За что же он её?

Мне и самому, конечно, приходилось делать подобное, не русалок убывать, но других нелюдей. И мне было интересно, что же произошло.

- Молодая русалка, по человеческим меркам, конечно, молодая, начала хулиганить на пляжах и побережье Байкала. Хватать людей за ноги, пугать рыбаков, путать и рвать сети, и всё в том же духе. Мы отправили туда группу спецов и вместо того, чтобы просто отпугнуть её, руководитель группы убил русалку, так толком и не объяснив, зачем он это сделал. Мы отстранили его от руководства группой и теперь он рядовой сотрудник.

Я задумался. Мне почему-то тоже всё время приходится вступать в схватки со всякой нелюдью и нечестью. Но убивать кого-то просто так, мне не приходилось.

- А что он сам говорит?

- Сказал, что ему показалось, что она хочет опрокинуть лодку, в которой находилась группа. К сожалению, никто из его товарищей ни подтвердить, ни опровергнуть его версию не может. Каждый наблюдал за своим сектором водной глади.

- Можно мне с ним поговорить?

- Если есть желание – конечно. Сейчас скажу, чтобы его пригласили.

Через несколько минут в кабинет зашёл парень, приблизительно моих лет.

- Вызывали, Олег Олегович?

- Да, Николай, проходи, садись, - Ольхов указал на стул. – Вот Александр Николаевич, хочет с тобой поговорить.

- Наверное опять про русалку будете спрашивать, - присев, посмотрел на меня парень.

- Угадал, - сказал я и пристально взглянул на него.

Мне стало понятно, что парень мучается из-за этого убийства.

- Николай, расскажи, что у тебя произошло незадолго до этого происшествия?

- Почему вы решили, что у меня тогда что-то произошло? – Удивлённо спросил он.

- Но ведь я прав, - мне пришлось чуть надавить на него.

Парень задумался, и потом сказал:

- Я чувствую, что вы пытаетесь меня разговорить.

«Надо же, какой чувствительный», - мелькнула мысль.

- Я пытаюсь тебе помочь, потому что это убийство до сих пор тяготит твою душу. И да, я могу заставить тебя говорить, но не буду этого делать, потому что в дальнейшем нам, очень может быть, придётся защищать спину друг друга, или драться с врагом бок о бок, и недомолвок среди нас не должно быть.

И парень рассказал…

После службы по контракту, он вернулся домой и, через какое-то время попал в нашу контору. Николай был чувствителен ко всевозможным мистическим проявлениям. С его помощью, была найдена ведьма, которая жила недалеко от родильного дома и пакостила будущим мамашам, насылая на них всевозможные страхи и ужасы. В результате которых во время родов происходили всякие неприятные случаи и даже патологии.

И вот однажды, отдыхая с приятелями на Байкале, он познакомился с девушкой. Они начали встречаться, и вскоре решили пожениться, но отец девушки был категорически против этого. Он оказался какой-то местной «шишкой» и подыскивал для дочери соответствующего жениха, и вроде нашёл, но теперь уже девушка была против. Что там дальше произошло, Николай не знал, но вскоре Дарья, так звали девушку, резко переменила отношение к нему. Она, громко смеясь над ним, стала называть его нищебродом и хвастаться, что скоро уедет жить за границу.

Обида и злость поселилась у него в сердце. И вот когда он с группой выехал на поиски русалки, это чудо подплыло к их лодке и вдруг засмеялось, точно так же, как над ним смеялась Даша. Парень даже не помнил, как у него в руках оказался багор, которым он насквозь пронзил существо.

Я внимательно смотрел на Николая. Ему было тяжело, ведь он не русалку ударил багром, а свою любимую! И вот именно это тяжёлой ношей висело на нём.

- Ну а ты с тех пор виделся с Дашей? – Спросил я, уже догадываясь, что он ответит.

Но его ответ удивил и насторожил меня.

Оказывается, девушка так и не вышла замуж, и мало того, у неё случилось помутнение рассудка, и она перестала узнавать друзей и знакомых. Её отец сначала всё грозил кому-то, но потом притих и теперь ходил, как в воду опущенный.

У меня было такое ощущение, что в этой истории не обошлось без чего-то такого, с чем я всегда боролся, борюсь и буду бороться.

- Олег Олегович, - обратился я к Ольхову, - дайте машину, я хочу съездить к этому папаше и узнать, что случилось с его дочерью. И Николая с собой возьму, он дорогу покажет.

- Берите мою служебную, - сразу согласился начальник филиала.

Через десять минут, мы уже мчались в сторону Байкала.

Места здесь, конечно, живописные, а летом так и вообще. Хотя у каждого времени года своя красота.

Часа через полтора мы подъехали к большому двухэтажному дому, стоявшему на возвышенности, с которой открывался замечательный вид на устье Ангары и покрытое льдом знаменитое озеро.

Пока мы сюда ехали, я расспросил у Николая, чем занимается отец Дарьи. Он