Боливар исекая - Алексей Богородников

ведь там рядом её родня и оставив Шилнагаила, оставалось только подождать пока Шил свалит к своей бабе. Потом я с Марди, который подговорил помочь Дахама, прискакала в Самур.

— А что за баба у принца? — полюбопытничала Кая.

— Да так себе, графиня какая-то, — махнула рукой Аиша, — ничем не одаренная кроме своих доек.

И словно невзначай поинтересовалась у Аисаки: «хочешь вас познакомлю?»

— На день рожденья свой пригласишь что-ли? — не выдержав, съехидничал я.

— Моя старшая сестренка вольна посещать со мной хоть королевские пиры! — отрубила она, гордо вздернув носик. А в сторону прошипела что-то вроде: «вот жеж сущеглупый холоп».

Меня это больше развеселило, но похохотать я не успел. Мы подошли к лужайке на котором оставался авантюрист с лошадьми и там его не было. В живом состоянии в смысле. Какое-то черное пятно сидело там и жадно чавкало, как я понимаю, нашим товарищем, оставив трупы лошадок на закуску.

Глава 11

Реально напрягает такое — мне кажется, эта мысль пришла в голову мне и тварюге одновременно. Только пока она прыгала, я уже успел вытащить рельсотрон. Одна беда — стрелял я получается сверху-вниз, потому что тварь была невысока, приземлилась уже в метрах шести от нас, поэтому вместо опознания тела монстра и подбора добычи, там тупо образовался кратер, а мы все долго откашливались, отходили от искр в глазах и чихали от пыли.

Доплетясь до пляжа, я скинул ненавистное тельце принцесскиного телохрана на землю, побрел к океану и упал там лицом вниз. Полежал немного, перевернулся, кайфанул минуты три, отбрел чуть дальше и умылся.

Из воды я выходил, смотря на девчуль как Карбышев на фашистов. Холодновато ночами, даже в таком южном королевстве как Шайн. Обнял кеннун и минут десять не отдавал Кае — она видите-ли хотела подогреть остатки шашлыка и накормить мелкую.

Только после стакана вина я пришел в себя настолько, что понял: я завернут в одеяльце, прямо сейчас дуба не врежу, а мышцы плеч разминает Аисаки. Аиша как-то злобно поглядывая на меня, уплетает шашлык, нахваливая кулинарный шедевр, Кая рекомендует меня в королевские повара и вообще — вон там красивейшие звезды, спасены два прекрасных человека (нет), монстры повержены, в кармане ликвидный товар на соточку золотых.

— Так, историю твоего грехопадения я уже знаю, — строго сказал я Аише. — Гордыня, завышенные ожидания, шантаж, побег и нелепая попытка самоубийства. Я одного понять не могу: нафига это всё, для каких целей?

Мелкая отвернулась и невнятно пробубнила какую-то гадость в сторону.

— Не, не, не — замотал я головой, — я тебя спас, я тебя и погублю. Быстро повернулась и четко доложила: кто, с кем, зачем и почему.

— Ариша Шторморожденная, Повелительница Воды, в четырнадцать лет взяла двенадцатый уровень с группой простых авантюристов на Великом болоте, — выдохнула она, — я хочу быть такой же выдающейся личностью как моя пра-пра-бабушка! Но вместо этого мне привозят связанных монстров, которых я убиваю с четырех лет. Как это всё опротивело! Папа за меня трясется, мама и шагу ступить не дает, братиша только смеется, когда прошу взять с собой на возвышение. Из меня хотят сделать тупо ирригационную систему, а потом выгодно продать. Нахер такую жизнь!

Ну вот, очередной бунт подростка против системы. И не так уж она не права: её прабабушка потопила пол-армии Южной Каталии в битве, где Шайн почти сломался и начал драпать. Великая была старуха: задружилась с Роштией, подняла сельское хозяйство, настучала какому-то Нашествию. Это всё описано в балладах, по которым Джерк совсем не фанател, но кое-что запомнил.

— За временем топить армии, — убеждающе изрек я, — приходит время притапливать ячменный роголистник. Каждой эпохе — свои герои. Чего плохого если люди будут почитать тебя за плодородие и провозгласят Аишей Урожайной?

— Фи, — скривилась мерзавка, — вот ты и помогай с посевами, чучелком там постой. Глядишь монстрики так испугаются, что принесут прошлогодний урожай.

Я потер виски, сдаваясь. Не мое это дело педагогика. Я только плохому могу научить.

— Значит хочешь быть крутым авантюристом? — коварно спросил я, — вообще не вопрос, упала — отжалась тридцать раз. Время пошло.

Чтоб вы думали: она упала и отжалась. Правда не тридцать, а восемь. Еще хныкала, что это нечестно после шести часов боя с импами. Поглядев на её страдания, я преисполнился, мир стал понятен во всем фрактальном подобии, так что я спокойно помедитировал под дыхание Каи в свое ушко, отхлебнул еще немного вина и поперхнулся, услышав от Аиши: «так когда, семпай, ты примешь меня в свою команду?»

— Н и к о г д а, — раздельно и четко произнес я, — не бывать такому никогда, даже без учета того, что наше величество меня в темницу сразу закинуть попытается за такое.

— А почему попытается? — наивно спросила Аиша

— Потому что все, кто попытается, — сурово сказал я, — умрут от болезни Вильсона.

— А что вызывает эта болезнь? — не унималась принцесска.

— Вот ты дыру в великане разглядела, — спросил я, и получив подтверждающий кивок, продолжил, — как думаешь, что её вызвало?

— Ну сила удара заклинания, очевидно, — возмутилась она.

— А вот и нет, — коварно сказал я, — переизбыток меди в организме.

Аиша затихла, обрабатывая информацию, а я получив долгожданный отдых, схрумкал яблоко. Ну и запросы у молодежи в трендах: монстры, насилие, величие, не посрамим предков. Здесь что, ток-шоу уже появились? Иди, да над новыми сортами пшеницы ботань: весь мир за еду скупишь.

— Спасиб, Каечка, — отблагодарил я лисодевочку за размятие плеч, — уже намного лучше.

— Семпай, поможем Аише? — внезапно предала меня моя соратница.

Я аж себя Цезарем почувствовал с кинжалом в печени. Вот оно как, значит, бывает.

— Это как мы поможем? — едко осведомился я, — один раз спасли, теперь всю жизнь за это расплачиваться?

— Подарим ей клык великана и продадим скипетр, — задумчиво сказала Кая, — она его папашке покажет, его величество может не сразу — но с правильным подходом — осознает: дочь выросла и вправе сама за себя решать, что ей делать и как дальше жить.

— Может еще замуж по любви