"Фантастика 2025-22". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Хонихоев Виталий

— Пока логика твоих действий мне ясна. — нахмурилась Хикэру: — но что же тогда случилось?

— К сожалению я не учел тот факт, что Мацумото могут привлечь третьих лиц к охране и сопровождению объекта. Я предполагал, что если объект настолько важен, то и информацию о ней они не станут доверять внеклановым наемникам. Как оказалось я ошибался.

— Наемники. Кто такие? — поджала губы Хикэру.

— Некая группа «Черные Вдовы Сумераги-тайчо». Достаточно известные в своем регионе. За короткое время успели подмять под себя все местное гокудо, уничтожить китайского мага категории SSS, некоего Мару.

— Слышала я о нем. — бормочет себе под нос Хикэру: — Мара — это серьезно. На материке его до сих пор ищут. Значит, они достаточно сильны.

— По местным меркам — да. Не будет преувеличением сказать, что они фактически единственная группировка, с мнением которой Мацумото пришлось бы считаться.

— И они решили попросту их купить… — задумчиво тянет она, потирая переносицу: — узнаю почерк старого пердуна Минору. Не мытьем, так катаньем.

— По всей видимости так и было. По моим расчетам Алан должен был повлиять на объект и настроить ее на полную лояльность себе и соответственно — нашему клану. Для полного подчинения объекта, ему потребовалось бы всего три-четыре недели, после этого настоящие воспоминания и ложные уже практически неотделимы. Я предполагал, что у нас есть эти три-четыре недели, прежде чем Мацумото что-то заподозрят. После этого у нас в рукаве был бы необходимый козырь, объект была бы лояльна нам и своему «любимому». Хоть веревки из нее вей. С учетом этого, Мацумото не осталось бы ничего другого, кроме сотрудничества с нами на равноправной основе. Более того, сам факт вмешательства Алана мы бы тоже сумели скрыть, все выглядело бы как обычная первая любовь у молодых. Понятно, что сам факт этой «любви», очень удобной для нас — вызывал бы подозрения и Минору-доно расколол бы нас в два счета, но формально мы не сделали ничего противозаконного. А подозрения к делу не пришьешь.

— Хороший план. — кивнула Хикэру: — и как он привел к тому, что у нас в семье два трупа?

— По всей видимости в группе Сумераги есть менталист. Или человек, который умеет сопротивляться влиянию менталистов. Алана вычислили в первый же день. Маячок, который был у него с собой — сработал слишком поздно. Он погиб … сложно сказать от чего он погиб. Его заморозили, сожгли и растолкли в порошок.

— Какие … инициативные ребята… — прищурилась Хикэру. Надругательство над телом. Садизм в чистом виде. Она тоже не сильно то любила Алана (как выяснилось сейчас), но и поступать так со своим родственником — не могла позволить.

— Скорее девчата, донна. — поправил ее Малайя. Увидел ее недоумевающий взгляд и пояснил: — у них чисто женская команда. Огненная Сестра Акира, в недавнем прошлом правая рука мелкого босса клана якудза, Тигрица Майко, бывшая наемница, ганфайтер Длань Смерти, или — Убивашка, и конечно сама Сумераги-тайчо. Про последних двух мы ничего не знаем, видимо они и есть настоящая основа силы этой группы. По слухам Сумераги-тайчо — извращенка и маньячка, насилует всех девушек из своей группы, заставляя участвовать в оргиях. Кроме того, она коллекционирует части тел своих врагов, при этом в определенной последовательности. Есть предположение что она собирает из частей тела кадавров. Для чего — неясно, но с учетом ее наклонностей вполне возможно, что для каких-нибудь извращенных целей.

— Ну и союзничков нашел себе старый пердун Минору. — трясет головой от услышанного Хикэру: — не ожидала от него. Нанимать таких отморозков на службу.

— Боюсь, что у него не было особого выбора, донна. В этом городе они — единственная козырная команда, а привлекать туда другую — значило бы неминуемо привлечь внимание к городу и объекту. Это бы разрушило всю их стратегию. Двадцать седьмая стратагема —

— Да, знаю… Лучше делать вид, что ничего не знаешь и не хочешь ничего делать, чем делать вид, что владеешь знанием, и действовать безрассудно. Тот, кто пребывает в покое, не раскрывает своих планов. — процитировала древний трактат Хикэру: — но союз с тигром… старому пердуну лучше позаботиться о том времени, когда он будет с него слезать.

— Думаю, что сейчас уже и сам Минору-доно жалеет что заключил с ними союз, но вы абсолютно правы, донна — начав ехать на тигре — нельзя с него слезть. Думаю, что первоначальные инструкции не предполагали убийства двух членов нашего клана. Все же мы союзники на Императорском Совете Семей, у нас общие интересы в пяти отраслях и много общих … конкурентов. Думаю, что наемники Сумераги действовали самостоятельно. Судя по их modus operandi, они молодые и дерзкие сорвиголовы, которые не умеют отступать и всегда идут напролом, пока не уничтожат противника. Они не гибкие, скорее жесткие.

— Понятно. — ей было на самом деле понятно то, о чем он говорил. Мягкость и гибкость — путь жизни, твердость и жесткость — путь смерти. Если ты жесткий и прямой, то рано или поздно тебя сломают. Нельзя быть сильнее всех, нельзя воевать со всем миром. Война — это путь обмана. Жизнь — это путь дипломатии и гибкости. Клан Митсуи завоевал свое место не войнами и террором, так дела не делаются. Связи, взаимовыгодное сотрудничество, договоры, компромиссы — вот путь к вершине. Но иногда, иногда нужно вставать на путь войны, хотя бы для того, чтобы проучить зарвавшихся молодчиков и остудить пыл всех остальных, кто думает, что у клана Митсуи уже сгнили зубы. Как там — предупредить обезьяну, убив курицу. Решено — нужно показательно наказать этих молодых, в назидание другим, заодно выправив позицию в переговорах с Мацумото.

— Что-то еще? — спрашивает она нетерпеливо.

— Девушка, которая доставила тела наших людей в СКПУ передала … послание.

— Какое?

— Донна, я виноват в случившемся и готов понести наказание, но я вас прошу — успокойтесь…

— Я спокойна.

— Это неправда, донна, я просто хочу сказать что у меня жена и ребенок и я всегда был вам верен и лоялен, а кроме того, вы просто великолепно …

— Какое послание?

— Только не бейте гонца.

— Какое. Послание.

— Эм… — и шепотом: — …

— Не слышу. Громче!

— Она сказала — передайте что она — старая клюшка. — выпалил Малайя и закрыл глаза.

— … Что?! Это я-то старая клюшка?! Он сам старый пердун! Весь в морщинах! А я не старею! Я выгляжу молодо! Я … да я в школу могу ходить вместе с этой… с его объектом, как ее там — Юки Оно! Я… — она вдруг остановилась на полуслове.

— А ведь это идея. — сказала она, повернувшись к Малайе: — вот как мы можем взбесить старого пердуна. Какая там говоришь школа-то?

Глава 44

POV Питер-сан, «Синяя молния», лидер команды «Воины Сейтеки»

У Питера было нелегкое утро. Голова болела из-за вчерашних посиделок с командой Сумераги. Посидели весело, на удивление сошлись как характерами, так и взглядами на жизнь. Мелкий пацан, который вынужден был играть роль «сумасшедшей маньячки Сумераги» — был на редкость адекватен, хотя в его ситуации трудно было сохранять спокойствие. Питер мог покляться чем угодно, что видел, как Майко удлинила руку, чтобы приставать к пацану под столом. Мысли о том, как Майко может преображаться в постели — стоили ему пролитого виски и жжения в носоглотке, когда он поперхнулся своим напитком. Так что, на удивление спокойный парень, несмотря на свой цветник вокруг. Питер и сам вряд ли смог бы сохранять хладнокровие в такой ситуации. И речь тут не идет о старом, добром «сунь-вынь», как думают озабоченные подростки. Питер, как мужчина средних лет прекрасно понимал, что с момента «сунь-вынь» все только начинается, а не заканчивается. С этого момента женщина начинает предъявлять права на тебя. Мое. А в отличие от мужчин, которые таки могут работать в команде, каждая женщина в глубине души — единоличница. Логически они понимают необходимость работать вместе, сотрудничать и так далее. Но на уровне подсознания каждая женщина — собственница. И ей важно показать свою власть над конкретным мужчиной. И особенно в Японии, где власть женщин над мужчинами настолько сильна, что это уже превратилось в клише.